Один мой хороший знакомый, — человек очень не бедный, — взялся восстанавливать церковь XIII века в селе К. Тверской области, где у него дача. Собственно, от церкви-то осталась одна колокольня; основную часть разрушили в советские времена, а вместе с ней сровняли с землёй и сельское кладбище.
Добавить в моё избранное
1 мин, 29 сек 76
Колокольня постепенно разрушалась и торчала посреди села этакой мрачной щербатой головешкой; на руинах паслись козы, а в старинном домике священника устроили сельский клуб. Смотреть на всё это было грустно. Когда со шпиля старой колокольни свалился заржавленный крест, знакомый мой и решился взяться за восстановление. Отстроить заново пятиглавую церковь было бы слишком дорого, поэтому он решил отреставрировать колокольню и пристроить к ней небольшую часовенку с алтарём, чтобы людям было где помолиться. Домик священника он тоже решил отреставрировать и перестроить, чтобы в нём смог поселиться новый священник и можно было устроить воскресную школу.
Начались работы. Местные жители с энтузиазмом восприняли эти начинания: одна бабулька даже принесла старинную икону из прежнего, разрушенного храма — чудесную роспись по дереву. Икону чудом спасли и спрятали на чердаке: разделили на три части и замаскировали под обычные доски.
А однажды пришёл какой-то местный пьянчуга и приволок… могильный камень. Надгробие было со старого сельского кладбища и принадлежало священнику — отцу последнего священника села К., расстрелянного большевиками. Парень рассказал, что в советские времена то ли дед его, то ли прадед, принёс это надгробие себе на двор, да и установил его в качестве фундамента под избу. С тех пор ни один мужчина в их роду не дожил и до тридцати лет; все родные его сошли в могилу, — один он остался. И подумал, что может это наказание такое — за святотатство, что его предок совершил, и всё дело в том самом камне, что под углом дома лежит… Решил вернуть, — замолить грех.
Колокольню теперь не узнать: стоит как новенькая, сияет новым крестом, украшает село. По православным праздникам там проходят службы; скоро новый священник должен поселиться в бывшем сельском клубе. А надгробие то поставили возле церкви, за алтарной частью. Парень, который принёс его, до сих пор жив; даже, говорят, пить перестал. Может, женится ещё, дети пойдут, и не сгинет совсем его род…
Начались работы. Местные жители с энтузиазмом восприняли эти начинания: одна бабулька даже принесла старинную икону из прежнего, разрушенного храма — чудесную роспись по дереву. Икону чудом спасли и спрятали на чердаке: разделили на три части и замаскировали под обычные доски.
А однажды пришёл какой-то местный пьянчуга и приволок… могильный камень. Надгробие было со старого сельского кладбища и принадлежало священнику — отцу последнего священника села К., расстрелянного большевиками. Парень рассказал, что в советские времена то ли дед его, то ли прадед, принёс это надгробие себе на двор, да и установил его в качестве фундамента под избу. С тех пор ни один мужчина в их роду не дожил и до тридцати лет; все родные его сошли в могилу, — один он остался. И подумал, что может это наказание такое — за святотатство, что его предок совершил, и всё дело в том самом камне, что под углом дома лежит… Решил вернуть, — замолить грех.
Колокольню теперь не узнать: стоит как новенькая, сияет новым крестом, украшает село. По православным праздникам там проходят службы; скоро новый священник должен поселиться в бывшем сельском клубе. А надгробие то поставили возле церкви, за алтарной частью. Парень, который принёс его, до сих пор жив; даже, говорят, пить перестал. Может, женится ещё, дети пойдут, и не сгинет совсем его род…
