Был тихий летний вечер. Я смотрел, как огни города отбивались в ее бездонных карих глазах. Я с трепетом замирал, когда на ее тонких губах играла улыбка, пусть и еле заметная. Мое сердце останавливалось с каждым ее легким прикосновением. Я был влюблен. Как мальчишка, искренне и нежно.
Добавить в моё избранное
6 мин, 40 сек 244
— Сережа, — Илья стоял на пороге кухни, я и не заметил, как он вошел. — Спайк попал в топь, если не вытянешь его — он умрет!
Быстро добежав до озера, я увидел своего пса: его лапы загрузли полностью, он лишь жалобно выл, не в силах себе помочь… Я спасал своего единственного верного друга, жертвуя при этом собой. Илья все это время находился рядом. А когда я обессилено, рухнул на землю, спасая пса, он сел около меня.
— Знаешь, Сережа… Я не смогу больше приходить. Я пойду ждать маму в другое место…
— Илья, как тебе удавалось предвидеть беду?
— Это не важно. Ты мог все потерять, но я не допустил этого. Просто цени их. И знаешь, — мальчик вновь широко улыбнулся и поднявшись на ноги, подмигнул — наверно у тебя очень вкусный чай…
Затем Илюша развернулся и скрылся в лесной темноте.
Я не мог сказать ни слова… Кем бы ни был этот малыш, он спас мои ценности, мой смысл жизни. Ведь для счастья мне большего и не нужно.
Вернувшись домой, я закрепил мольберт. Я захотел, наконец, закончить ту картину. Вот оно, большое красное солнце, что опустившись низко над водой, освещает все вокруг. Лес купается в его золотых лучах, облака обрели нежный, розовый цвет. Был там и тот берег, на котором я однажды впервые увидел Илюшу… Я закрыл глаза и вспомнил того улыбающегося малыша, который искренне махал мне рукой. И улыбнулся сам, перерисовывая его образ на холст…
К утру я закончил работу. Спать не хотелось совсем и, позвав Спайка, я направился к озеру. Усевшись на своем любимом месте, я стал смотреть на воду, что играли лучами восходящего солнца. Уже по привычке я взглянул на берег. Там, в мокрой от росы траве, сидела женщина и, казалось, горько плакала. Я подошел к ней и сел рядом.
— Что с вами случилось? Я могу помочь? — я обеспокоенно склонился над ней, положив руку на плече.
Взглянув на меня, она помотала головой и вновь зарыдала. Глаза ее были полны слез и горя… А ее красивое лицо было бледным и истощенным. Найдя в себе силы, она заговорила:
— Мой малыш… Мой мальчик…
Женщина вновь зарыдала, закрывая лицо руками.
— Тихо, милая, успокойтесь… — я старался утешить ее, хотя и не знал причин ее горя.
— Мой малыш… убила его…
Она вновь принялась плакать. Тогда я взял ее руки и принялся растирать эти холодные ледышки. А она продолжала:
— Три года назад у меня был сын… — женщина качалась и всхлипывала, то и дело вытирая слезы, — Он был таким маленьким, таким милым! Мы каждый вечер гуляли возле этого озера… Но однажды он поскользнулся и упал в воду… — Она зарыдала еще больше. — А я боялась прыгнуть за ним, я, как и он, не умею плавать! Я видела, как мой сыночек отчаянно пытался плыть. Но он тонул, все было напрасно… В моей голове проскочила мысль, что можно позвать на помощь. Я сказала ему: «Я скоро вернусь, жди меня, малыш» и убежала. Когда помощь прибыла — моего сына уже не было… Он утонул, а тела его так и не нашли… Я — убийца! Я — монстр!
Я все еще пытался успокоить бедную женщину, но она меня будто и не слышала… Она лишь плакала и вытирала свои горячие слезы. Я не стал ее больше тревожить. Пока я уходил, до меня еще доносились ее отчаянные крики:
— Ах! Мой Илюшенька! Мой сыночек!
Быстро добежав до озера, я увидел своего пса: его лапы загрузли полностью, он лишь жалобно выл, не в силах себе помочь… Я спасал своего единственного верного друга, жертвуя при этом собой. Илья все это время находился рядом. А когда я обессилено, рухнул на землю, спасая пса, он сел около меня.
— Знаешь, Сережа… Я не смогу больше приходить. Я пойду ждать маму в другое место…
— Илья, как тебе удавалось предвидеть беду?
— Это не важно. Ты мог все потерять, но я не допустил этого. Просто цени их. И знаешь, — мальчик вновь широко улыбнулся и поднявшись на ноги, подмигнул — наверно у тебя очень вкусный чай…
Затем Илюша развернулся и скрылся в лесной темноте.
Я не мог сказать ни слова… Кем бы ни был этот малыш, он спас мои ценности, мой смысл жизни. Ведь для счастья мне большего и не нужно.
Вернувшись домой, я закрепил мольберт. Я захотел, наконец, закончить ту картину. Вот оно, большое красное солнце, что опустившись низко над водой, освещает все вокруг. Лес купается в его золотых лучах, облака обрели нежный, розовый цвет. Был там и тот берег, на котором я однажды впервые увидел Илюшу… Я закрыл глаза и вспомнил того улыбающегося малыша, который искренне махал мне рукой. И улыбнулся сам, перерисовывая его образ на холст…
К утру я закончил работу. Спать не хотелось совсем и, позвав Спайка, я направился к озеру. Усевшись на своем любимом месте, я стал смотреть на воду, что играли лучами восходящего солнца. Уже по привычке я взглянул на берег. Там, в мокрой от росы траве, сидела женщина и, казалось, горько плакала. Я подошел к ней и сел рядом.
— Что с вами случилось? Я могу помочь? — я обеспокоенно склонился над ней, положив руку на плече.
Взглянув на меня, она помотала головой и вновь зарыдала. Глаза ее были полны слез и горя… А ее красивое лицо было бледным и истощенным. Найдя в себе силы, она заговорила:
— Мой малыш… Мой мальчик…
Женщина вновь зарыдала, закрывая лицо руками.
— Тихо, милая, успокойтесь… — я старался утешить ее, хотя и не знал причин ее горя.
— Мой малыш… убила его…
Она вновь принялась плакать. Тогда я взял ее руки и принялся растирать эти холодные ледышки. А она продолжала:
— Три года назад у меня был сын… — женщина качалась и всхлипывала, то и дело вытирая слезы, — Он был таким маленьким, таким милым! Мы каждый вечер гуляли возле этого озера… Но однажды он поскользнулся и упал в воду… — Она зарыдала еще больше. — А я боялась прыгнуть за ним, я, как и он, не умею плавать! Я видела, как мой сыночек отчаянно пытался плыть. Но он тонул, все было напрасно… В моей голове проскочила мысль, что можно позвать на помощь. Я сказала ему: «Я скоро вернусь, жди меня, малыш» и убежала. Когда помощь прибыла — моего сына уже не было… Он утонул, а тела его так и не нашли… Я — убийца! Я — монстр!
Я все еще пытался успокоить бедную женщину, но она меня будто и не слышала… Она лишь плакала и вытирала свои горячие слезы. Я не стал ее больше тревожить. Пока я уходил, до меня еще доносились ее отчаянные крики:
— Ах! Мой Илюшенька! Мой сыночек!
Страница 2 из 2
