Мрачные лапы ночного неба обволакивали его. Когтистые клочья седого тумана приняли его в свои объятия. С их лаской приходит успокоенье и ненависть. С их лаской приходит он — ещё один страдалец судьбы.
Добавить в моё избранное
2 мин, 33 сек 66
«Послушай, я понимаю, что тебе пришлось нелегко, но… Я ухожу от теб»… — последние слова прервал гудок сброса вызова. Судьба обделила его своим вниманием.
В старых изнемождённых пытками времени плитках были видны глубокие трещины, а от некоторых даже успели отколоться целые куски бетона. Его взору пало кристально белое озеро, на которое он так любил смотреть со своей матерью, мечтая и радуясь. Однако, сейчас, потрёпанное временем, оно успело превратиться в грязную лужу, словно сам Сатана решил поиграться с его воспоминаниями. Боль душевной утраты является самой страшной. В то же время, она способна мгновенно разбить в человеке личность. За всё то время, он давно успел смириться и принять это чувство так, словно оно стало родным. Вещью, без которой он не видел своё существование.
— Ну ма-а-ам, ещё чуть-чуть! Пожалуйста!
— Нет, сына, мы идём домой! Уже поздно и все нормальные дети давно спят!
С каждым пройденным шагом, ему открывались всё новые воспоминания тех времён. Тех, когда она была рядом с ним. Когда могла утешить, пожалеть, помочь. А сейчас — её нет. Он даже не знал, что она встретила смерть. Потребовалась неделя, чтобы узнать, поверить и смириться. Его никто не известил, никто не сочувствовал. Всем было наплевать на его горе.
— В волосах виднелась седина. Лицо было покрыто мелкими морщинами. Кривой нос, а губы необъятно большие.
— А отец?
— Никогда не знал.
— У Вашей матери были подруги или друзья?
— Не знаю. Никогда не лез в её дела.
— Так-с… Хорошо, хорошо.
— Ничего хорошего, офицер.
— Прошу прощения — не так выразился. Ладно, если мы узнаем подробности смерти вашей матери, то сразу же Вас оповестим.
Туман… Он всегда следил. Он всегда знал и никогда не пропускал через себя чужие взгляды. Он всегда бьёт первым… Запах сырой земли бросился в нос. Атмосфера не самая лучшая — мрачное чёрное небо, словно следящее за каждым шагом придавало немалую дозу страха и адреналина. Но, он не обращал внимания. В его душе читалось глубокое равнодушие и ненависть. Одного апатичного взгляда на улыбающийся портрет хватило на то, чтобы заполнить глаза слезами. Слезами гнева и сожаления. «Я узнаю, кто это сделал и совершу правосудие… Обещаю»…
«Внезапный крик пронзил тишину ночи. Словно молнией он прошёлся по телу паренька. Юноша, что было сил помчался в гостиную. И лишь в последний момент он смог созерцать движение ножа, скользящего по шее отца. Перед ним остановилась вселенная. Сердце замерло в затишье… Затишье перед самой настоящей бурей»…
Одним движением он встал со стула и отбросил рукописи в сторону. Мысли никак не хотели идти в голову, ибо все они были совершенно пусты. Огромная чёрная дыра в сердце, которая постепенно пожирала в нём всё живое.
Сознание началось прорисовываться. Его куда-то несли. Среди размытого пейзажа, он смог разглядеть людей в белых халатах, которые куда-то его несли. Отравили? А может быть, похитили? Или его несут прямиком к матушке? От ужасной головной боли, язык даже повернуться не мог.
Белые стены, мягкий матрас. На самом деле — это райское место. Как раз то, чего мне никогда не хватало. Туман всегда оберегал меня, принимая в свои когтистые и мягкие объятия. Я — страдалец судьбы. У меня нет друзей, нет товарищей. Нету даже простых телефонных собеседников, ибо никто не хочет иметь дел с убийцей…
В старых изнемождённых пытками времени плитках были видны глубокие трещины, а от некоторых даже успели отколоться целые куски бетона. Его взору пало кристально белое озеро, на которое он так любил смотреть со своей матерью, мечтая и радуясь. Однако, сейчас, потрёпанное временем, оно успело превратиться в грязную лужу, словно сам Сатана решил поиграться с его воспоминаниями. Боль душевной утраты является самой страшной. В то же время, она способна мгновенно разбить в человеке личность. За всё то время, он давно успел смириться и принять это чувство так, словно оно стало родным. Вещью, без которой он не видел своё существование.
— Ну ма-а-ам, ещё чуть-чуть! Пожалуйста!
— Нет, сына, мы идём домой! Уже поздно и все нормальные дети давно спят!
С каждым пройденным шагом, ему открывались всё новые воспоминания тех времён. Тех, когда она была рядом с ним. Когда могла утешить, пожалеть, помочь. А сейчас — её нет. Он даже не знал, что она встретила смерть. Потребовалась неделя, чтобы узнать, поверить и смириться. Его никто не известил, никто не сочувствовал. Всем было наплевать на его горе.
— В волосах виднелась седина. Лицо было покрыто мелкими морщинами. Кривой нос, а губы необъятно большие.
— А отец?
— Никогда не знал.
— У Вашей матери были подруги или друзья?
— Не знаю. Никогда не лез в её дела.
— Так-с… Хорошо, хорошо.
— Ничего хорошего, офицер.
— Прошу прощения — не так выразился. Ладно, если мы узнаем подробности смерти вашей матери, то сразу же Вас оповестим.
Туман… Он всегда следил. Он всегда знал и никогда не пропускал через себя чужие взгляды. Он всегда бьёт первым… Запах сырой земли бросился в нос. Атмосфера не самая лучшая — мрачное чёрное небо, словно следящее за каждым шагом придавало немалую дозу страха и адреналина. Но, он не обращал внимания. В его душе читалось глубокое равнодушие и ненависть. Одного апатичного взгляда на улыбающийся портрет хватило на то, чтобы заполнить глаза слезами. Слезами гнева и сожаления. «Я узнаю, кто это сделал и совершу правосудие… Обещаю»…
«Внезапный крик пронзил тишину ночи. Словно молнией он прошёлся по телу паренька. Юноша, что было сил помчался в гостиную. И лишь в последний момент он смог созерцать движение ножа, скользящего по шее отца. Перед ним остановилась вселенная. Сердце замерло в затишье… Затишье перед самой настоящей бурей»…
Одним движением он встал со стула и отбросил рукописи в сторону. Мысли никак не хотели идти в голову, ибо все они были совершенно пусты. Огромная чёрная дыра в сердце, которая постепенно пожирала в нём всё живое.
Сознание началось прорисовываться. Его куда-то несли. Среди размытого пейзажа, он смог разглядеть людей в белых халатах, которые куда-то его несли. Отравили? А может быть, похитили? Или его несут прямиком к матушке? От ужасной головной боли, язык даже повернуться не мог.
Белые стены, мягкий матрас. На самом деле — это райское место. Как раз то, чего мне никогда не хватало. Туман всегда оберегал меня, принимая в свои когтистые и мягкие объятия. Я — страдалец судьбы. У меня нет друзей, нет товарищей. Нету даже простых телефонных собеседников, ибо никто не хочет иметь дел с убийцей…
