По красоте, умиротворенности и стойкому ощущению, что попал в другой мир, где ничто тебе не угрожает.
Добавить в моё избранное
5 мин, 27 сек 170
И просыпаюсь от того, что друг шлепает меня мокрой ладонью по голове. Мелкие брызги падают мне на лицо. Я открываю глаза, щурясь от вечернего солнца.
— Ты долго еще валяться думаешь? Солнечный удар схватишь! Если уже не схватил.
Далеко впереди, видимый «анфас», посреди воды торчит конец полуострова. В этом ракурсе он похож на смуглую голову, увенчанную короной готического особняка, позади которого висит над горизонтом диск солнца.
Я лежу почти вертикально, поэтому кажется, что капающая с друга вода летит не вниз, а куда— то в сторону.
— Вставай! Ты обещал, что сегодня нырнешь по-людски. Скоро солнце сядет. Хочешь сказать, что в сумерках будешь смелее? Не верю.
Поднимаюсь с песка, и мы, опираясь руками о склон, идем в сторону мыса, только что виденного мной во сне.
Все-таки, у моего учителя явные задатки лидера. Обычно я просыпаюсь долго, как всплывающая со дна подводная лодка, а тут пришел в себя в доли секунды.
Когда друг выбирается наверх, показав в очередной раз «высший пилотаж» прыжка, мне становится не по себе: это точный повтор«кадра» из недавнего кошмара! Потом вспоминаю, что мы прыгали всю первую половину дня, и я видел все это еще до того, как уснул.
— Все, давай ты.
Я разбегаюсь, а на полпути к обрыву друг кричит мне:
— Стой!
Падаю от неожиданности и переворачиваюсь на спину. Он совсем с ума сошел! Нет, больше я с ним сюда не поеду!
Он нависает надо мной.
— Думаешь, я не вижу, что хочешь опять солдатиком сигануть? Хватит! Или ныряй, как человек, или утром я собираю вещички, и спи здесь хоть до старости!
— Ладно! — Я поднимаюсь и снова иду разбегаться. — Ладно— ладно! Будет тебе «как человек»! Только не вздумай опять орать!
Эх, семи смертям не бывать…
Подбегаю к обрыву и отталкиваюсь ногами, когда вытянутые над головой руки оказываются нацеленными на воду.
Как, оказывается, это хорошо! Только очень быстро.
Мое тело входит в воду… и тупой удар настигает макушку. Слышу, как трещат кости моего черепа. Тело по инерции складывается, я начинаю тонуть, хватаясь из последних сил за скользкий толстый холодный штырь, торчащий из озерного дна. Открываю глаза и вижу, как на фоне искривленного толщей воды неба расплывается облако крови. Моей крови! Руки разжимаются, вода стремительно холодеет по мере погружения. Вокруг темнеет, я кричу и слышу свой крик, искаженный водой, как трубный глас.
— Ты долго еще валяться думаешь? Солнечный удар схватишь! Если уже не схватил.
Далеко впереди, видимый «анфас», посреди воды торчит конец полуострова. В этом ракурсе он похож на смуглую голову, увенчанную короной готического особняка, позади которого висит над горизонтом диск солнца.
Я лежу почти вертикально, поэтому кажется, что капающая с друга вода летит не вниз, а куда— то в сторону.
— Вставай! Ты обещал, что сегодня нырнешь по-людски. Скоро солнце сядет. Хочешь сказать, что в сумерках будешь смелее? Не верю.
Поднимаюсь с песка, и мы, опираясь руками о склон, идем в сторону мыса, только что виденного мной во сне.
Все-таки, у моего учителя явные задатки лидера. Обычно я просыпаюсь долго, как всплывающая со дна подводная лодка, а тут пришел в себя в доли секунды.
Когда друг выбирается наверх, показав в очередной раз «высший пилотаж» прыжка, мне становится не по себе: это точный повтор«кадра» из недавнего кошмара! Потом вспоминаю, что мы прыгали всю первую половину дня, и я видел все это еще до того, как уснул.
— Все, давай ты.
Я разбегаюсь, а на полпути к обрыву друг кричит мне:
— Стой!
Падаю от неожиданности и переворачиваюсь на спину. Он совсем с ума сошел! Нет, больше я с ним сюда не поеду!
Он нависает надо мной.
— Думаешь, я не вижу, что хочешь опять солдатиком сигануть? Хватит! Или ныряй, как человек, или утром я собираю вещички, и спи здесь хоть до старости!
— Ладно! — Я поднимаюсь и снова иду разбегаться. — Ладно— ладно! Будет тебе «как человек»! Только не вздумай опять орать!
Эх, семи смертям не бывать…
Подбегаю к обрыву и отталкиваюсь ногами, когда вытянутые над головой руки оказываются нацеленными на воду.
Как, оказывается, это хорошо! Только очень быстро.
Мое тело входит в воду… и тупой удар настигает макушку. Слышу, как трещат кости моего черепа. Тело по инерции складывается, я начинаю тонуть, хватаясь из последних сил за скользкий толстый холодный штырь, торчащий из озерного дна. Открываю глаза и вижу, как на фоне искривленного толщей воды неба расплывается облако крови. Моей крови! Руки разжимаются, вода стремительно холодеет по мере погружения. Вокруг темнеет, я кричу и слышу свой крик, искаженный водой, как трубный глас.
Страница 2 из 2
