В эти летние каникулы я, как всегда, приехал в деревню к бабушке с дедушкой. Наш мохнатый Федька узнал меня. И, радостно виляя хвостом, бросился навстречу! Пёс поставил мне на плечи свои огромные лапы и, по-щенячьи повизгивая, стал восторженно лизать в лицо. Из дома вышла бабушка…
Добавить в моё избранное
5 мин, 49 сек 156
Только слишком долго смотр-реть нельзя. А то обр-ратно р-родиться можно.
«Интересно, а если погляжу в колодец тот, то маленьким взаправду стану? Можно будет в школу не ходить и целыми днями играть?» — подумал я.
Ворон глянул на меня строго и укоризненно:
— Мальчишке нельзя отр-ражение своё выглядывать. Мал ещё. Беда может пр-роизойти! — высказал своё мнение Василевс.
— Ну, хоть издалека на колодец Памяти тот глянуть? А воду из него можно пить? — заныл я.
— Нет такой возможности — воду из него бр-рать. Бездонный он! — пояснил ворон.
Мы шли с бабушкой и дедушкой по спящей ночной деревне. Фонари не горели, и мне было чуть боязно. Свежий ветер доносил аромат молодых трав и шелест листвы. Хорошо, что наша деревенька у самого края леса. Быстрей дойдём.
Ворон сидел на плече у деда Панкрата и дремал. Тут я вспомнил про тётю Зину.
— Василевс, а правда, что её русалки защекотали? — шёпотом спросил я.
Ворон встрепенулся, прогоняя дремоту, и сверкнул глазами:
— А то как же?! Только не защекотали. Этак они с парнями шалят. Зинку они пр-росто за ногу уволокли на дно, бар-рахтаться пер-рестала, так и отпустили. Много эта мымр-ра бед пр-ричинила. Вот и поплатилась! Р-русалки-то зазр-ря не топят.
И я, поёживаясь, подумал: «Вот бы на русалок посмотреть! Красивые они?».
Василевс тихонько клюнул меня в плечо и проворчал:
— Даже и не думай. Любопытных они не жалуют.
Где-то совсем близко громко ухнул филин. Бабушка вздрогнув, шепнула:
— Тьфу ты, леший! Напугал.
Зашумели кусты позади. Все мы разом оглянулись. И в свете фонарика увидели на тропинке маленького рыжеватого старичка в ветхой косоворотке и таких же, видавших виды, штанах. Лапти его были оба левые. В одной руке он держал суковатую палку, покрытую мхом, а в другой — корзину с грибами.
— Лукерья Пафнутьевна пожаловала. Здорово и тебе, Панкрат Никодимыч. Мальчонка, я гляжу, с вами. Васёк, ну, как успехи в школе? Небось, о вечном детстве мечтаешь? Это ты хватил! — и леший усмехнулся в густую бороду.
Дедушка с бабушкой поклонились ему в пояс. А я замялся, не зная, что сказать.
— А со стар-рым пр-риятелем тебе не интер-ресно поздор-роваться?! — обидевшись, надулся ворон.
— Здорово, Василевс. Рад, что ты из безвременья колодец Памяти вернул! Как это я тебя сразу не увидел? — удивился леший.
— Пр-риветствую тебя, Хозяин леса, — внезапно серьёзно ответил ворон. — Пусть удача сопутствует тебе.
— И всей вашей семье удачи. А колодец — вон, недалече. Мальчонке-то лучше не глядеть туда. Слишком омолодиться может. Подрастёт — тогда уж… — и леший исчез в единый миг.
Мы вышли на большую поляну. Луна, ухмыляясь, выглянула из-за облаков.
— Вот он… колодец Памяти, — сказал дедушка. — Ну как, Лукерья, поглядим, повспоминаем? Омолодимся?
Бабушка ответила:
— Да, пожалуй, уже пора.
Василевс каркнул:
— Дверь колодец отвори, чудо покажи внутри! Молодеют старики, пусть не ведают тоски!
Тяжёлая каменная крышка волшебного колодца на глазах стала таять, вот уже совсем прозрачная, вот и нет её.
Бабушка, постепенно молодея, задумчиво глядела в колодец. Дедушка, улыбаясь в темнеющие усы, тоже мечтательно смотрел вглубь волшебства.
А я думал: «Как всё-таки хорошо, что у нас есть волшебный ворон!».
В траве перешёптывались феи, летая разноцветными огоньками. И было томительно сладко от предвкушения новых чудес…
«Интересно, а если погляжу в колодец тот, то маленьким взаправду стану? Можно будет в школу не ходить и целыми днями играть?» — подумал я.
Ворон глянул на меня строго и укоризненно:
— Мальчишке нельзя отр-ражение своё выглядывать. Мал ещё. Беда может пр-роизойти! — высказал своё мнение Василевс.
— Ну, хоть издалека на колодец Памяти тот глянуть? А воду из него можно пить? — заныл я.
— Нет такой возможности — воду из него бр-рать. Бездонный он! — пояснил ворон.
Мы шли с бабушкой и дедушкой по спящей ночной деревне. Фонари не горели, и мне было чуть боязно. Свежий ветер доносил аромат молодых трав и шелест листвы. Хорошо, что наша деревенька у самого края леса. Быстрей дойдём.
Ворон сидел на плече у деда Панкрата и дремал. Тут я вспомнил про тётю Зину.
— Василевс, а правда, что её русалки защекотали? — шёпотом спросил я.
Ворон встрепенулся, прогоняя дремоту, и сверкнул глазами:
— А то как же?! Только не защекотали. Этак они с парнями шалят. Зинку они пр-росто за ногу уволокли на дно, бар-рахтаться пер-рестала, так и отпустили. Много эта мымр-ра бед пр-ричинила. Вот и поплатилась! Р-русалки-то зазр-ря не топят.
И я, поёживаясь, подумал: «Вот бы на русалок посмотреть! Красивые они?».
Василевс тихонько клюнул меня в плечо и проворчал:
— Даже и не думай. Любопытных они не жалуют.
Где-то совсем близко громко ухнул филин. Бабушка вздрогнув, шепнула:
— Тьфу ты, леший! Напугал.
Зашумели кусты позади. Все мы разом оглянулись. И в свете фонарика увидели на тропинке маленького рыжеватого старичка в ветхой косоворотке и таких же, видавших виды, штанах. Лапти его были оба левые. В одной руке он держал суковатую палку, покрытую мхом, а в другой — корзину с грибами.
— Лукерья Пафнутьевна пожаловала. Здорово и тебе, Панкрат Никодимыч. Мальчонка, я гляжу, с вами. Васёк, ну, как успехи в школе? Небось, о вечном детстве мечтаешь? Это ты хватил! — и леший усмехнулся в густую бороду.
Дедушка с бабушкой поклонились ему в пояс. А я замялся, не зная, что сказать.
— А со стар-рым пр-риятелем тебе не интер-ресно поздор-роваться?! — обидевшись, надулся ворон.
— Здорово, Василевс. Рад, что ты из безвременья колодец Памяти вернул! Как это я тебя сразу не увидел? — удивился леший.
— Пр-риветствую тебя, Хозяин леса, — внезапно серьёзно ответил ворон. — Пусть удача сопутствует тебе.
— И всей вашей семье удачи. А колодец — вон, недалече. Мальчонке-то лучше не глядеть туда. Слишком омолодиться может. Подрастёт — тогда уж… — и леший исчез в единый миг.
Мы вышли на большую поляну. Луна, ухмыляясь, выглянула из-за облаков.
— Вот он… колодец Памяти, — сказал дедушка. — Ну как, Лукерья, поглядим, повспоминаем? Омолодимся?
Бабушка ответила:
— Да, пожалуй, уже пора.
Василевс каркнул:
— Дверь колодец отвори, чудо покажи внутри! Молодеют старики, пусть не ведают тоски!
Тяжёлая каменная крышка волшебного колодца на глазах стала таять, вот уже совсем прозрачная, вот и нет её.
Бабушка, постепенно молодея, задумчиво глядела в колодец. Дедушка, улыбаясь в темнеющие усы, тоже мечтательно смотрел вглубь волшебства.
А я думал: «Как всё-таки хорошо, что у нас есть волшебный ворон!».
В траве перешёптывались феи, летая разноцветными огоньками. И было томительно сладко от предвкушения новых чудес…
Страница 2 из 2
