Да, так он и назывался — «Театр-кино», — с одной стороны, вроде бы просто и незатейливо, а с другой, крайне претенциозно. Он и видом своим вызывал неоднозначные эмоции: стиль — хай-тек, высота — три этажа, также три входа и стилизованная под недалёкое будущее (не дальше, чем на век или два) роспись.
Добавить в моё избранное
8 мин, 10 сек 247
— Сегодня, — бесстрастнее, чем любой профессиональный ведущий, с растянутыми в тончайшую линеечку тонкими же губами, безэмоционально говорит он, — стало известно о массовой гибели в Уайлд-сити. На железнодорожной платформе погибло одновременно более ста человек. Не успевший затормозить поезд раздавил их и разрезал на части. Почти все скончались на месте. Перед этим многие мучались.
Билли не может прийти в себя; он не понимает, что происходит, не понимает, откуда взялся Крит, Трик или как его, не способен осознать, при чём здесь поезд, о чём толкует ведущий-не-ведущий, из-за чего и как погиб Фрэнки что за сны снились ему самому гдеродители отчегоонплачеткчемуэтиужасающиеподробностипотелику, отчего, отчего почемупочемупочему… почему…
А совершенно неуместный в новостях актёр ровным голосом без следа чувств слово в слово повторяет только что озвученную весть. На экране дешёвого телевизора отображается картинка без приписки «Слабонервным, беременным и детям не смотреть!»; камера, двигаясь медленно-медленно, долго и в подробностях показывает все сто — даже больше — трупов, части тел, кровь, мозги…
— Все эти люди, — произносит актёр-ведущий или кто он, к дьяволу, такой?! — за исключением двух подростков, Франклина Стоуна и Уильяма Блейза, находились вчера на премьерном просмотре «Комментатора».
«Комментатора»?!
— Повторяю: все эти люди, за исключением двух подростков, Франклина Стоуна и Уильяма Блейза, находились вчера на премьерном просмотре «Комментатора».
Рука Билли, будто отделившаяся или же отделённая от тела, ползёт к пульту и нажимает на кнопку выключения. Экран гаснет. С мягким шумом невысокое и костистое мальчишеское тело заваливается на диван. Падает на пол подушка. Звонит телефон… Телефон продолжает верещать, однако к нему никто не подходит: в квартире нет ни души.
В то же самое мгновение все телевизоры в доме одновременно включаются и принимаются транслировать бесконечно повторяющийся выпуск новостей. К. Иллер не замолкает ни на секунду.
Что происходит в целом городе, пока никому не известно.
Билли не может прийти в себя; он не понимает, что происходит, не понимает, откуда взялся Крит, Трик или как его, не способен осознать, при чём здесь поезд, о чём толкует ведущий-не-ведущий, из-за чего и как погиб Фрэнки что за сны снились ему самому гдеродители отчегоонплачеткчемуэтиужасающиеподробностипотелику, отчего, отчего почемупочемупочему… почему…
А совершенно неуместный в новостях актёр ровным голосом без следа чувств слово в слово повторяет только что озвученную весть. На экране дешёвого телевизора отображается картинка без приписки «Слабонервным, беременным и детям не смотреть!»; камера, двигаясь медленно-медленно, долго и в подробностях показывает все сто — даже больше — трупов, части тел, кровь, мозги…
— Все эти люди, — произносит актёр-ведущий или кто он, к дьяволу, такой?! — за исключением двух подростков, Франклина Стоуна и Уильяма Блейза, находились вчера на премьерном просмотре «Комментатора».
«Комментатора»?!
— Повторяю: все эти люди, за исключением двух подростков, Франклина Стоуна и Уильяма Блейза, находились вчера на премьерном просмотре «Комментатора».
Рука Билли, будто отделившаяся или же отделённая от тела, ползёт к пульту и нажимает на кнопку выключения. Экран гаснет. С мягким шумом невысокое и костистое мальчишеское тело заваливается на диван. Падает на пол подушка. Звонит телефон… Телефон продолжает верещать, однако к нему никто не подходит: в квартире нет ни души.
В то же самое мгновение все телевизоры в доме одновременно включаются и принимаются транслировать бесконечно повторяющийся выпуск новостей. К. Иллер не замолкает ни на секунду.
Что происходит в целом городе, пока никому не известно.
Страница 3 из 3
