Памяти Говарда Филлипса Лавкрафта, в работах которого — начала этой книги.
Добавить в моё избранное
50 мин, 19 сек 669
Все эти имена можно разделить на смутно определенные классы, если судить по дядюшкиным заметкам, которые теперь стали мне понятны, — хотя очень многие из существующих поныне загадок я не могу даже надеяться разгадать, а многие заметки, к тому же, написаны на языке, которого я не знаю, — вместе с таинственными и странно пугающими символами и знаками. Но из того, что я успел познать, можно понять, что Великий Ктулху — одно из Существ Воды, а Хастур принадлежит к тем, кто без устали скитается по звездным пространствам; столь же возможно по туманным намекам в этих запрещенных книгах понять и то, где некоторые из таких существ обитают. Так, я моту говорить, что, по этой мифологии,
Великий Ктулху был изгнан и заточен под Моря Земли, а Хастур — во внешний космос, в то место, где висят черные звезды, и это место определяется как Альдебаран в Гиадах и упоминается Чемберсом, хотя тот и повторяет в этом Каркозу Бирса.
А теперь что касается записки от тибетского жреца: в свете всех этих вещей один факт должен стать совершенно ясен. Хаддон, вне всякой тени сомнения, совершенно определенно, Тот, Кто Не Может Быть Назван
— не кто иной, как сам Хастур Неизрекаемый…
Я вздрогнул от того, что его голос вдруг прекратил звучать: в его настойчивом шепоте было что-то гипнотическое, что-то убеждало меня гораздо сильнее, чем власть самих слов. Где-то глубоко, в тайниках моего разума отозвался некий аккорд — отозвался мнемонической связью, которой я не мог пренебречь, но не мог и проследить ее: она оставила меня с ощущением беспредельной древности — как некий космический мост, уводящий в иное место и время.
— Это представляется логичным, — наконец, опасливо вымолвил я.
— Логичным! Хаддон, этого пока нет, так просто должно быть! — воскликнул он.
— Допустим, — сказал я. — Ну и что?
— Почему допустим? — быстро продолжал он. — Мы установили, что мой дядя Амос дал обещание подготовить пристанище к возвращению Хастура из той части внешнего космоса, где тот сейчас заточен. Где это пристанище, каким именно может быть такое место, до сих пор меня не касалось, хоть я, возможно, и могу об этом догадаться. Но сейчас не время для догадок, — и все же, если судить по другим имеющимся в наличии свидетельствам, может показаться, что кое-какие умозаключения вполне допустимы. Первейшее и важнейшее из них — это само явление двойной природы: то есть, следует, что нечто непредвиденное предотвратило возвращение Хастура в течение жизни моего дядюшки, я одновременно какое-то другое существо проявило себя. — Тут он взглянул на меня с необычайной открытостью и без малейшей нервозности. — Что касается свидетельств такого проявления, то я сейчас лучше не стану этого касаться. Достаточно сказать лишь одно: я верю, что у меня подобные свидетельства имеются. Итак, я возвращаюсь к своей первоначальной посылке.
Среди пометок, сделанных дядей на полях книг, две или три особенно замечательных содержатся в «Тексте Р'лаи»; и в самом деле, в свете того, что нам уже известно или того, что можно оправданно предположить, эти записи весьма зловещи и исполнены угрозы. — Говоря так, он раскрыл древнюю рукопись и обратился к месту, довольно близкому к началу повествования. — Теперь смотрите, Хаддон, — сказал он, и я поднялся с места и склонился у него над плечом, глядя на паучий, почти совершенно неразборчивый почерк, который я хорошо знал, — почерк старого Амоса Туттла. — Видите подчеркнутую строку в тексте: Фх'нглуи мглв'нафх Ктулху Р'лаи вгах'нагл фхтагн — и то, что следует за этим, написанное дядиной рукой: Его приспешники готовят путь, и он больше не видит снов? (ЖИ: 2/28), и далее-то, что написано относительно недавно, если судить по дрожанию пера, вот это, одно-единственное сокращение: «Иннс!» Очевидно, что это не означает ничего, если не переводить текста. Когда я впервые увидел эту запись, я и впрямь не мог ничего понять, и обратил свое внимание к цитате со сноской. Немного спустя мне удалось расшифровать сокращение: сноска отсылала меня к популярному журналу«Жуткие»
Истории«(Weird Tales) — к номеру за февраль 1928 года.»
Пол открыл журнал, положив его рядом с бессмысленным текстом и частично накрыв им строки, которые у меня на глазах уже начинали окутываться жуткой атмосферой таинственных веков. Под рукой Туттла теперь лежала первая страница истории, настолько очевидно относящейся к этой невероятной мифологии, что я невольно вздрогнул от изумления. Название было не совсем закрыто его ладонью: «Зов»
Ктулху«Г. Ф. Лавкрафта. Но Пол не стал долго задерживаться на первой странице; он перелистывал журнал, пока не углубился самое сердце истории. Там, он сделал паузу, к моему удивленному взору открылась та же самая строка, которую. невозможно было прочесть в невероятно редком» Тексте Р'лаи«, на котором теперь, покоился, журнал рядом с корявой записью Амоса Туттла.
Великий Ктулху был изгнан и заточен под Моря Земли, а Хастур — во внешний космос, в то место, где висят черные звезды, и это место определяется как Альдебаран в Гиадах и упоминается Чемберсом, хотя тот и повторяет в этом Каркозу Бирса.
А теперь что касается записки от тибетского жреца: в свете всех этих вещей один факт должен стать совершенно ясен. Хаддон, вне всякой тени сомнения, совершенно определенно, Тот, Кто Не Может Быть Назван
— не кто иной, как сам Хастур Неизрекаемый…
Я вздрогнул от того, что его голос вдруг прекратил звучать: в его настойчивом шепоте было что-то гипнотическое, что-то убеждало меня гораздо сильнее, чем власть самих слов. Где-то глубоко, в тайниках моего разума отозвался некий аккорд — отозвался мнемонической связью, которой я не мог пренебречь, но не мог и проследить ее: она оставила меня с ощущением беспредельной древности — как некий космический мост, уводящий в иное место и время.
— Это представляется логичным, — наконец, опасливо вымолвил я.
— Логичным! Хаддон, этого пока нет, так просто должно быть! — воскликнул он.
— Допустим, — сказал я. — Ну и что?
— Почему допустим? — быстро продолжал он. — Мы установили, что мой дядя Амос дал обещание подготовить пристанище к возвращению Хастура из той части внешнего космоса, где тот сейчас заточен. Где это пристанище, каким именно может быть такое место, до сих пор меня не касалось, хоть я, возможно, и могу об этом догадаться. Но сейчас не время для догадок, — и все же, если судить по другим имеющимся в наличии свидетельствам, может показаться, что кое-какие умозаключения вполне допустимы. Первейшее и важнейшее из них — это само явление двойной природы: то есть, следует, что нечто непредвиденное предотвратило возвращение Хастура в течение жизни моего дядюшки, я одновременно какое-то другое существо проявило себя. — Тут он взглянул на меня с необычайной открытостью и без малейшей нервозности. — Что касается свидетельств такого проявления, то я сейчас лучше не стану этого касаться. Достаточно сказать лишь одно: я верю, что у меня подобные свидетельства имеются. Итак, я возвращаюсь к своей первоначальной посылке.
Среди пометок, сделанных дядей на полях книг, две или три особенно замечательных содержатся в «Тексте Р'лаи»; и в самом деле, в свете того, что нам уже известно или того, что можно оправданно предположить, эти записи весьма зловещи и исполнены угрозы. — Говоря так, он раскрыл древнюю рукопись и обратился к месту, довольно близкому к началу повествования. — Теперь смотрите, Хаддон, — сказал он, и я поднялся с места и склонился у него над плечом, глядя на паучий, почти совершенно неразборчивый почерк, который я хорошо знал, — почерк старого Амоса Туттла. — Видите подчеркнутую строку в тексте: Фх'нглуи мглв'нафх Ктулху Р'лаи вгах'нагл фхтагн — и то, что следует за этим, написанное дядиной рукой: Его приспешники готовят путь, и он больше не видит снов? (ЖИ: 2/28), и далее-то, что написано относительно недавно, если судить по дрожанию пера, вот это, одно-единственное сокращение: «Иннс!» Очевидно, что это не означает ничего, если не переводить текста. Когда я впервые увидел эту запись, я и впрямь не мог ничего понять, и обратил свое внимание к цитате со сноской. Немного спустя мне удалось расшифровать сокращение: сноска отсылала меня к популярному журналу«Жуткие»
Истории«(Weird Tales) — к номеру за февраль 1928 года.»
Пол открыл журнал, положив его рядом с бессмысленным текстом и частично накрыв им строки, которые у меня на глазах уже начинали окутываться жуткой атмосферой таинственных веков. Под рукой Туттла теперь лежала первая страница истории, настолько очевидно относящейся к этой невероятной мифологии, что я невольно вздрогнул от изумления. Название было не совсем закрыто его ладонью: «Зов»
Ктулху«Г. Ф. Лавкрафта. Но Пол не стал долго задерживаться на первой странице; он перелистывал журнал, пока не углубился самое сердце истории. Там, он сделал паузу, к моему удивленному взору открылась та же самая строка, которую. невозможно было прочесть в невероятно редком» Тексте Р'лаи«, на котором теперь, покоился, журнал рядом с корявой записью Амоса Туттла.
Страница 6 из 14
