Я стал различать «худо» и«добро» только к семи годам от рождения, когда заметил, что у отца три жены, как и полагалось по тем временам, хотя теперь-то времена другие. Матушку отец взял в жены последней, но она родила ему двух сыновей, а первые две жены всё рожали дочерей.
Добавить в моё избранное
169 мин, 53 сек 2961
Если какая-нибудь женщина понесет, или у нее зачнется ребенок, мы выбираем одного из нас, чтоб он явился, когда она спит, и с помощью нашей магической силы заменился у нее в животе на ребенка. Женщина носит его под сердцем, а потом рожает вместо ребенка, и месяца через два или три после родов — вот она, самая главная тайна, о которой не знают плотские существа! — он становится в точности как полуторагодовалый и всем, а особенно матери, нравится, потому что выглядит сверхзамечательным, или удивительно необыкновенным, ребенком. Добьется он, значит, всеобщей любви и потом начинает притворяться больным, а любящая мать, чтоб его исцелить, принимается тратить все свои деньги и жертвует все свое достояние богам — лишь бы любимое дитя исцелилось. А этот ребенок — Грабительский дух — наделен сверхъестественной притягательной силой, и вот все деньги и жертвы богам копятся для него в секретном месте.
Как только у матери достояние истощается, ребенок искусно прикидывается мертвым, так что любящие сородичи его матери говорят со вздохом: «Бедняга умер», — но им неведомо, что он сверхъестественный и просто перестал на время дышать. Родичи оплакивают его и хоронят, но ровно в полночь он встает из могилы и сразу идет в секретное место, где жертвы богам — козы, овцы и птица — стоят, живехонькие, рядом с деньгами, которые покоятся в особых мешках, и бывший ребенок возвращается восвояси с накопленными во время болезни богатствами. И если ты, Плотское существо, повстречаешь сверхзамечателыюго ребенка, который за месяц сделался годовалым, а месяца через два неожиданно умер, знай — это был Грабительский дух, заменившийся в животе у матери на ребенка. А если ты не веришь моей истории, разрой могилу сверхзамечательного ребенка в третий день после смерти — и ты увидишь: там не окажется детского трупа, потому что он ожил и живет в нашем городе, уже не трупно, а в виде духа. И у нас тут нет иного труда, как рождаться, грабить своих мнимых сородичей, уходить в могилу и опять возрождаться. Мы — сверхдети, рожденные для могилы, или Грабительские духи из Леса.
Когда он поведал мне про «детей для могилы», или «Грабительских духов из Леса», я понял начальное «и да и нет»: они живут, как плотские существа, даже питаются человеческой пищей, но притом все равно остаются духами.
Вот он поведал мне про Грабительских духов и спросил, хочу ли я пожить у него, а когда я ответил ему, что хочу, он поселил меня в отдельной комнате. Я жил у него и ни в чем не нуждался, будто он был мне отец и мать, но однажды он вызвал меня и сказал, что скоро уйдет в человеческий город и оставит мне дом с имуществом, как хозяину, а сам вернется месяцев через десять. Потому что он обещал показать мне воочию свою грабительскую незримую силу — прежде чем нам придется расстаться, — чтоб я поверил его рассказу. Я-то ему, разумеется, не поверил и не знал, зачем он отправляется в этот город, да и как этот город называется, не спросил. И вот в час ночи он стал невидимым, или ушел в человеческий город, а я остался в его доме один. Он, значит, стал невидимым и пропал, но и я не сидел все время дома один, а выходил иногда прогуляться по городу и вскоре сделался близким приятелем с духом такого же возраста, как я сам, — а отец у этого духа был богачом и коренным, от далеких предков Грабителем, но мы по молодости быстро сдружились, когда я вышел погулять в город, чтобы избавиться на время от одиночества. И мой знакомец учил меня языку, на котором объясняются друг с другом духи, — я был не дух, но говорил с ним, как с другом, хотя не умел еще объясняться гладко, а знал только самые простые слова. Мы так сдружились, что я совсем позабыл про свое возвращение из Леса Духов. Но однажды ночью, когда я спал, раздался стук в дверь — а она была каменной, — и домой явился Грабительский дух: через десять месяцев и в час ночи, по обещанию. Он явился с тюками домотканой одежды, пригнал стаю птиц вроде кур и гусей, большое стадо домашних животных, таких, как овцы, коровы и козы, и принес под мышкой целый куль денег. Но когда он вытряс из тюков принесенное, я обнаружил вещи моих друзей и одежду, которую покупала нам с братом мать, пока нас всех не разлучила война. На второй день после его прихода мы забили птицу и домашних животных, чтоб устроить пиршество всем Грабительским духам в честь его возвращения с награбленным достоянием. Но когда я увидел вещи моих друзей, а главное, братову и свою одежду, мне поневоле пришлось поверить, что мой хозяин — Грабительский дух с незримой для человека магической силой. Я у него, правда, не решился спросить, как он добыл наши с братом вещи — для таких вопросов я был еще молод, — и поэтому вещи остались у него, и он распродал их в разные города, духам с другой магической силой, которые не умеют грабить людей; но мясо животных, забитых для пиршества, я тоже ел, и мне было вкусно.
Ну вот, а дух, с которым я подружился, прежде чем мой хозяин вернулся домой, пригласил меня наведаться к его матери в гости — она родилась в Восьмом городе духов, за двадцать миль от города, где мы жили.
Как только у матери достояние истощается, ребенок искусно прикидывается мертвым, так что любящие сородичи его матери говорят со вздохом: «Бедняга умер», — но им неведомо, что он сверхъестественный и просто перестал на время дышать. Родичи оплакивают его и хоронят, но ровно в полночь он встает из могилы и сразу идет в секретное место, где жертвы богам — козы, овцы и птица — стоят, живехонькие, рядом с деньгами, которые покоятся в особых мешках, и бывший ребенок возвращается восвояси с накопленными во время болезни богатствами. И если ты, Плотское существо, повстречаешь сверхзамечателыюго ребенка, который за месяц сделался годовалым, а месяца через два неожиданно умер, знай — это был Грабительский дух, заменившийся в животе у матери на ребенка. А если ты не веришь моей истории, разрой могилу сверхзамечательного ребенка в третий день после смерти — и ты увидишь: там не окажется детского трупа, потому что он ожил и живет в нашем городе, уже не трупно, а в виде духа. И у нас тут нет иного труда, как рождаться, грабить своих мнимых сородичей, уходить в могилу и опять возрождаться. Мы — сверхдети, рожденные для могилы, или Грабительские духи из Леса.
Когда он поведал мне про «детей для могилы», или «Грабительских духов из Леса», я понял начальное «и да и нет»: они живут, как плотские существа, даже питаются человеческой пищей, но притом все равно остаются духами.
Вот он поведал мне про Грабительских духов и спросил, хочу ли я пожить у него, а когда я ответил ему, что хочу, он поселил меня в отдельной комнате. Я жил у него и ни в чем не нуждался, будто он был мне отец и мать, но однажды он вызвал меня и сказал, что скоро уйдет в человеческий город и оставит мне дом с имуществом, как хозяину, а сам вернется месяцев через десять. Потому что он обещал показать мне воочию свою грабительскую незримую силу — прежде чем нам придется расстаться, — чтоб я поверил его рассказу. Я-то ему, разумеется, не поверил и не знал, зачем он отправляется в этот город, да и как этот город называется, не спросил. И вот в час ночи он стал невидимым, или ушел в человеческий город, а я остался в его доме один. Он, значит, стал невидимым и пропал, но и я не сидел все время дома один, а выходил иногда прогуляться по городу и вскоре сделался близким приятелем с духом такого же возраста, как я сам, — а отец у этого духа был богачом и коренным, от далеких предков Грабителем, но мы по молодости быстро сдружились, когда я вышел погулять в город, чтобы избавиться на время от одиночества. И мой знакомец учил меня языку, на котором объясняются друг с другом духи, — я был не дух, но говорил с ним, как с другом, хотя не умел еще объясняться гладко, а знал только самые простые слова. Мы так сдружились, что я совсем позабыл про свое возвращение из Леса Духов. Но однажды ночью, когда я спал, раздался стук в дверь — а она была каменной, — и домой явился Грабительский дух: через десять месяцев и в час ночи, по обещанию. Он явился с тюками домотканой одежды, пригнал стаю птиц вроде кур и гусей, большое стадо домашних животных, таких, как овцы, коровы и козы, и принес под мышкой целый куль денег. Но когда он вытряс из тюков принесенное, я обнаружил вещи моих друзей и одежду, которую покупала нам с братом мать, пока нас всех не разлучила война. На второй день после его прихода мы забили птицу и домашних животных, чтоб устроить пиршество всем Грабительским духам в честь его возвращения с награбленным достоянием. Но когда я увидел вещи моих друзей, а главное, братову и свою одежду, мне поневоле пришлось поверить, что мой хозяин — Грабительский дух с незримой для человека магической силой. Я у него, правда, не решился спросить, как он добыл наши с братом вещи — для таких вопросов я был еще молод, — и поэтому вещи остались у него, и он распродал их в разные города, духам с другой магической силой, которые не умеют грабить людей; но мясо животных, забитых для пиршества, я тоже ел, и мне было вкусно.
Ну вот, а дух, с которым я подружился, прежде чем мой хозяин вернулся домой, пригласил меня наведаться к его матери в гости — она родилась в Восьмом городе духов, за двадцать миль от города, где мы жили.
Страница 11 из 42
