Симби была дочка зажиточной женщины, и она была единственный ребенок у матери. Ей совершенно не приходилось работать, она только ела, после еды купалась и носила самые дорогие одежды. К тому же она была такой замечательной певицей, что могла своим пением оживить мертвеца, и красивейшей девушкой у себя в деревне.
Добавить в моё избранное
135 мин, 57 сек 17821
Женщина была такая старая, что могла распознать — из-за старческой немощи — пришелицу от пришельца только по голосу, а глаза она открывала с великим трудом.
Как только Симби вступила в дом, она едва не выскочила за дверь — от страха при взгляде на многих богов, которые не стояли лишь в том углу, где сидела сама хозяйка.
— Не дадите ли вы мне в доброте своей чего-нибудь поесть? — падая на колени, прошептала Симби, едва живая от нестерпимого голода.
— О, к сожалению, те бананы, которые вы видите передо мной, предназначены только для меня и моих богов, — ответила Симби старая женщина.
— А другая пища, которая лежит рядом с вами?
— Она тоже только для меня и моих богов.
— Тогда, быть может, вы уделите мне хоть глоток воды? — упавшим голосом попросила Симби, потому что и сама чуть-чуть не упала, лишившись от голода всех своих сил.
— Что-что? Воды? Она тоже только для меня и моих богов! — резко ответила старая женщина.
— Но вы, надеюсь, видите, что я, по бедности, прикрываю наготу свою листьями вместо одеяний? — с последней надеждой спросила Симби.
— Вижу, — ответила старая женщина, впервые открывши выцветшие глаза.
— Так, быть может, вы разрешите мне взять одежду, которая висит перед вашими богами?
— Одежду? Да ни в коем случае! Потому что эта одежда, как и все остальное, что тут есть, предназначена только для меня и моих богов! — безжалостно отказала ей старая женщина.
«Ну и ну! — воскликнула про себя изумленная Симби.»
— Вот так старуха! Да у нее, видимо, на любую просьбу всегда готов один-единственный ответ: «Это для меня и моих богов»!
— Тогда, быть может, вы разрешите мне заложиться к вам в услужение, мадам, чтобы купить на деньги, которые я получу от вас, еду и одежду? — пролепетала Симби просьбу о ссуде, потому что без денег, полученных под залог — а в залог она предложила самое себя, — ей было не на что одеться и откормиться для дальнейших поисков дороги к дому.
— Вообще-то я, конечно, не ростовщица, — смягченно ответила старая женщина, — но если ты обещаешь верно и праведно служить мне и моим богам, то я ссужу тебе, пожалуй, некоторую сумму для покупки одежды, чтоб заменить ею листья, которыми ты прикрываешь сейчас свое тело. А на оставшиеся деньги ты сможешь покупать себе пропитание.
— О да, мадам, я буду верно и праведно служить и вам, и вашим богам, — честно пообещала в простоте своей Симби.
— Э, нет, милая, простым обещанием ты у меня не обойдешься! — с презрительным хохотом возразила ей женщина.
— Тебе придется дать клятву передо мной и моими богами, что ты будешь верно служить мне и праведно, без предательства — моим богам!
Симби снова упала на колени — тем более что стоять она уже не могла, — и женщина взрезала ей особым ножом один из пальцев левой руки (большой), а Симби взбрызнула своей кровью толпу возвышавшихся перед ней богов.
— Я буду служить верно и праведно! — дала кровавую клятву Симби. А взамен получила от женщины ссуду — под залог служения ей и богам. Так она превратилась на время в служанку.
Утром к женщине явились торговцы, и Симби купила себе одеяния, а оставшиеся деньги истратила на еду.
— Ты приготовила жертвоприношение богам? Принесла воды? Выстирала к выходным дням одежды? Состряпала обед? — спрашивала ежедневно у Симби хозяйка.
И Симби ежедневно отвечала ей так:
— Да, мадам!
Но когда хозяйка полностью убедилась, что Симби служит верой и правдой — не получая корма! — и ей, и ее богам, она подарила ей трех богов, а потом научила, как им молиться и, если нужно, просить их о помощи.
Первый из богов был богом грома, второй — голода, а третий — железа.
И хозяйка богов наказала Симби прилежно заботиться о них, потому что они спасут ее в будущем. И еще хозяйка подарила ей сумку, в которой следовало хранить богов.
— Этих богов ты получила от меня за праведную службу, — так объяснила Симби хозяйка, когда дарила ей трех богов.
… И однажды в полночь Сатир Темных джунглей, которого Симби доблестно победила, получил известие об ее житье у старой женщины в придорожном доме. А он без устали искал ее по лесам, чтобы отомстительно разделаться с ней за ее победу над ним у пруда, и явился ночью к старой женщине, когда и она, и Симби уснули.
Разбудивши Симби, Сатир ей сказал, что решил увести ее в Темные джунгли и там убить за поражение у пруда. А Симби спросонья так удивилась, когда услыхала слова Сатира, что просто не знала, как поступить. И, вместо того чтобы разбудить хозяйку, которая помогла бы ей спастись от Сатира, бросилась к сумке со своими богами. Она торопливо подхватила сумку и повесила ее на левое плечо. А в правой руке она сжала меч.
Как только Симби вступила в дом, она едва не выскочила за дверь — от страха при взгляде на многих богов, которые не стояли лишь в том углу, где сидела сама хозяйка.
— Не дадите ли вы мне в доброте своей чего-нибудь поесть? — падая на колени, прошептала Симби, едва живая от нестерпимого голода.
— О, к сожалению, те бананы, которые вы видите передо мной, предназначены только для меня и моих богов, — ответила Симби старая женщина.
— А другая пища, которая лежит рядом с вами?
— Она тоже только для меня и моих богов.
— Тогда, быть может, вы уделите мне хоть глоток воды? — упавшим голосом попросила Симби, потому что и сама чуть-чуть не упала, лишившись от голода всех своих сил.
— Что-что? Воды? Она тоже только для меня и моих богов! — резко ответила старая женщина.
— Но вы, надеюсь, видите, что я, по бедности, прикрываю наготу свою листьями вместо одеяний? — с последней надеждой спросила Симби.
— Вижу, — ответила старая женщина, впервые открывши выцветшие глаза.
— Так, быть может, вы разрешите мне взять одежду, которая висит перед вашими богами?
— Одежду? Да ни в коем случае! Потому что эта одежда, как и все остальное, что тут есть, предназначена только для меня и моих богов! — безжалостно отказала ей старая женщина.
«Ну и ну! — воскликнула про себя изумленная Симби.»
— Вот так старуха! Да у нее, видимо, на любую просьбу всегда готов один-единственный ответ: «Это для меня и моих богов»!
— Тогда, быть может, вы разрешите мне заложиться к вам в услужение, мадам, чтобы купить на деньги, которые я получу от вас, еду и одежду? — пролепетала Симби просьбу о ссуде, потому что без денег, полученных под залог — а в залог она предложила самое себя, — ей было не на что одеться и откормиться для дальнейших поисков дороги к дому.
— Вообще-то я, конечно, не ростовщица, — смягченно ответила старая женщина, — но если ты обещаешь верно и праведно служить мне и моим богам, то я ссужу тебе, пожалуй, некоторую сумму для покупки одежды, чтоб заменить ею листья, которыми ты прикрываешь сейчас свое тело. А на оставшиеся деньги ты сможешь покупать себе пропитание.
— О да, мадам, я буду верно и праведно служить и вам, и вашим богам, — честно пообещала в простоте своей Симби.
— Э, нет, милая, простым обещанием ты у меня не обойдешься! — с презрительным хохотом возразила ей женщина.
— Тебе придется дать клятву передо мной и моими богами, что ты будешь верно служить мне и праведно, без предательства — моим богам!
Симби снова упала на колени — тем более что стоять она уже не могла, — и женщина взрезала ей особым ножом один из пальцев левой руки (большой), а Симби взбрызнула своей кровью толпу возвышавшихся перед ней богов.
— Я буду служить верно и праведно! — дала кровавую клятву Симби. А взамен получила от женщины ссуду — под залог служения ей и богам. Так она превратилась на время в служанку.
Утром к женщине явились торговцы, и Симби купила себе одеяния, а оставшиеся деньги истратила на еду.
— Ты приготовила жертвоприношение богам? Принесла воды? Выстирала к выходным дням одежды? Состряпала обед? — спрашивала ежедневно у Симби хозяйка.
И Симби ежедневно отвечала ей так:
— Да, мадам!
Но когда хозяйка полностью убедилась, что Симби служит верой и правдой — не получая корма! — и ей, и ее богам, она подарила ей трех богов, а потом научила, как им молиться и, если нужно, просить их о помощи.
Первый из богов был богом грома, второй — голода, а третий — железа.
И хозяйка богов наказала Симби прилежно заботиться о них, потому что они спасут ее в будущем. И еще хозяйка подарила ей сумку, в которой следовало хранить богов.
— Этих богов ты получила от меня за праведную службу, — так объяснила Симби хозяйка, когда дарила ей трех богов.
Глава десятая. Симби снова в темных джунглях
Но вот прошло недели, наверно, три с тех пор, как Симби получила богов…… И однажды в полночь Сатир Темных джунглей, которого Симби доблестно победила, получил известие об ее житье у старой женщины в придорожном доме. А он без устали искал ее по лесам, чтобы отомстительно разделаться с ней за ее победу над ним у пруда, и явился ночью к старой женщине, когда и она, и Симби уснули.
Разбудивши Симби, Сатир ей сказал, что решил увести ее в Темные джунгли и там убить за поражение у пруда. А Симби спросонья так удивилась, когда услыхала слова Сатира, что просто не знала, как поступить. И, вместо того чтобы разбудить хозяйку, которая помогла бы ей спастись от Сатира, бросилась к сумке со своими богами. Она торопливо подхватила сумку и повесила ее на левое плечо. А в правой руке она сжала меч.
Страница 27 из 37
