Фандом: Гарри Поттер. Если сон не может стать реальностью, магия ищет другие пути.
Добавить в моё избранное
14 мин, 42 сек 16088
Я с криком бросаюсь на стеллажи с книгами, разрывая фолианты пополам, разбиваю ценные украшения, рву полотна картин…
Драко недоуменно нахмурился и провел пальцами по разбитым костяшкам, я тихо зашипел.
— Ты опять дрался с фантомом? — возмущенно спросил он. — На кулаках! Поттер, ты совсем сдурел? Бегаешь там как мальчик маленький!
Поднявшись с кровати, он подошел к комоду и стал рыться в ящике, послышался стук, какой-то звон. Достав оттуда маленький пузырек и носовой платок, Драко вернулся обратно в кровать и принялся обрабатывать едко пахнущим зельем мои руки.
— Драко…
— Сиди тихо, — громко шикнул он, и уже тихо, — герой.
Я вытянул ладонь из его пальцев и взял его за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. Сколько раз я пытался разгадать светлый узор в них и никогда не преуспевал в этом. Вот и сейчас меня прервали поцелуем. Мягким, спокойным, таким… домашним, что у меня перехватило дыхание.
Честно, я не хотел ничего большего, мне хватало знания, что это волшебное существо в моих руках — мое, но Драко был настроен более игриво. Кто я такой чтобы спорить с ним, когда он так сладко стонет, выгибаясь и царапаясь?
— Гарри, ну давай же! Перестань притворяться столбом, иди ко мне…
Он скатился с меня и устроился спиной на подушках, отпихнув в сторону одеяло. Я с дрожью благовения склонился над ним, целуя шею, линию подбородка, уголок губ. Оседлав его, я почувствовал укол возбуждения. Мы потерлись друг о друга, и я застонал — его пальцы кружили вокруг моего ануса, легонько надавливая, но не входя.
Я оторвался от его губ и захлебнулся воздухом, когда один палец скользнул внутрь, лишь дразня. Это был так остро, но так мало… Приподнявшись на коленях, я раздвинул руками свои ягодицы, насаживаясь на него. Драко застонал сквозь зубы и вцепился пальцами в мои бедра, пока я медленно двигался, стараясь найти правильный угол.
Вскрикнув, я запрокинул голову и улыбнулся своему сумасшествию, своему счастью… Пока темнота вновь не забрала меня.
Холодно, неимоверно холодно. А еще больно — в груди и в горле, через которое с хрипом проходит кислород. Везде темно, ничего не видно, но я продолжаю слышать.
Слабый и неровый стук сердца, поверхностное дыхание, быстрые шаги, скрипы и крики, чей-то надрывный плачь.
Затем все исчезает.
— — -
Пелена темноты отходит медленно, нехотя — я все еще не вижу, но слух становится острее. Пульс ровными толчками бъется в горле. Странно, я не чувствую потребности дышать. Будто жаброслей съел. Только вода не может быть такой холодной… Или может?
— Гарри? Гарри, ты меня слышишь?!— истеричный высокий голос ввинчивается в сознание раскаленным гвоздем, я перестаю слышать что-либо кроме высокого писка в своей голове. И наконец все, слава Богу, прекращается.
— — -
Я начинаю постепенно чувствовать свое тело. Не только боль, но и другие вещи — прохладный воздух в ногах, чья-то рука на моем колене, тянущее чувство в горле. Перед глазами все еще пусто, но я слышу еще лучше. Могу различить писк приборов, тихие шаги за дверью, проезжающие машины за окном, звон посуды. Как? Мне не положенно такое слышать! Я будто уже не в своем теле, хотя чувствую каждую клетку. Двигаться нет ни сил, ни желания.
— — -
— Гарри… — неуверенный голос, с долей смущения. Будто ему неловко говорить со мной. — Я не знаю, понимаешь ли ты меня… нас. В общем, ты в св. Мунго. Я… как ты мог, Гарри?!
— Рон, перестань кричать, — тихий шепот.
— Ты… мы не виделись больше полугода, Гарри… Почему ты нам не сказал? Мы бы помогли, что-нибудь сделали…
— Рон…
— Да отстань, Гермиона! Он все равно ничего не слышит! Я пойду поговорю с целителем…
— — -
— Гарри, я знаю, что ты слышишь, — тяжелый вздох. — Мы все очень боимся… Ты извини Рона, он не может справится с мыслью, что ты что-то скрывал от него.
Мою руку легонько сжали и послышался всхлип.
— Гарри, ты в коме… Мы… Врач сказал, что пока ничего не может сделать для тебя… Что твоя магия сама разрушает твое тело… Что… Гарри, пожалуйста, не уходи!
Опять сдавленные рыдания. Мне очень хочется что-нибудь сделать, помочь, сказать Гермионе не плакать, но я не могу. Я не заслужил того, чтобы они так убивались из-за меня…
Какой-то странный звук вторгается в мое подсознание. Мне так хочется не слышать ничего и опять провалиться в сон, но чем больше я об этом думаю, тем быстрее просыпаюсь. Наконец сдавшись, я широко зевнул и открыл глаза. Я уже так давно не чувствовал себя выспавшимся, что это кажется мне чем-то неизведанным.
Нервирующий звук прекратился и в открытую дверь вошел Драко, держа в руке мои очки. Кинув их мне, он с независимым видом стал рыться в шкафу. Я наблюдал за ним с воистину идиотским выражением лица.
— Что? — удивленно спросил он, оборачиваясь.
Драко недоуменно нахмурился и провел пальцами по разбитым костяшкам, я тихо зашипел.
— Ты опять дрался с фантомом? — возмущенно спросил он. — На кулаках! Поттер, ты совсем сдурел? Бегаешь там как мальчик маленький!
Поднявшись с кровати, он подошел к комоду и стал рыться в ящике, послышался стук, какой-то звон. Достав оттуда маленький пузырек и носовой платок, Драко вернулся обратно в кровать и принялся обрабатывать едко пахнущим зельем мои руки.
— Драко…
— Сиди тихо, — громко шикнул он, и уже тихо, — герой.
Я вытянул ладонь из его пальцев и взял его за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. Сколько раз я пытался разгадать светлый узор в них и никогда не преуспевал в этом. Вот и сейчас меня прервали поцелуем. Мягким, спокойным, таким… домашним, что у меня перехватило дыхание.
Честно, я не хотел ничего большего, мне хватало знания, что это волшебное существо в моих руках — мое, но Драко был настроен более игриво. Кто я такой чтобы спорить с ним, когда он так сладко стонет, выгибаясь и царапаясь?
— Гарри, ну давай же! Перестань притворяться столбом, иди ко мне…
Он скатился с меня и устроился спиной на подушках, отпихнув в сторону одеяло. Я с дрожью благовения склонился над ним, целуя шею, линию подбородка, уголок губ. Оседлав его, я почувствовал укол возбуждения. Мы потерлись друг о друга, и я застонал — его пальцы кружили вокруг моего ануса, легонько надавливая, но не входя.
Я оторвался от его губ и захлебнулся воздухом, когда один палец скользнул внутрь, лишь дразня. Это был так остро, но так мало… Приподнявшись на коленях, я раздвинул руками свои ягодицы, насаживаясь на него. Драко застонал сквозь зубы и вцепился пальцами в мои бедра, пока я медленно двигался, стараясь найти правильный угол.
Вскрикнув, я запрокинул голову и улыбнулся своему сумасшествию, своему счастью… Пока темнота вновь не забрала меня.
Холодно, неимоверно холодно. А еще больно — в груди и в горле, через которое с хрипом проходит кислород. Везде темно, ничего не видно, но я продолжаю слышать.
Слабый и неровый стук сердца, поверхностное дыхание, быстрые шаги, скрипы и крики, чей-то надрывный плачь.
Затем все исчезает.
— — -
Пелена темноты отходит медленно, нехотя — я все еще не вижу, но слух становится острее. Пульс ровными толчками бъется в горле. Странно, я не чувствую потребности дышать. Будто жаброслей съел. Только вода не может быть такой холодной… Или может?
— Гарри? Гарри, ты меня слышишь?!— истеричный высокий голос ввинчивается в сознание раскаленным гвоздем, я перестаю слышать что-либо кроме высокого писка в своей голове. И наконец все, слава Богу, прекращается.
— — -
Я начинаю постепенно чувствовать свое тело. Не только боль, но и другие вещи — прохладный воздух в ногах, чья-то рука на моем колене, тянущее чувство в горле. Перед глазами все еще пусто, но я слышу еще лучше. Могу различить писк приборов, тихие шаги за дверью, проезжающие машины за окном, звон посуды. Как? Мне не положенно такое слышать! Я будто уже не в своем теле, хотя чувствую каждую клетку. Двигаться нет ни сил, ни желания.
— — -
— Гарри… — неуверенный голос, с долей смущения. Будто ему неловко говорить со мной. — Я не знаю, понимаешь ли ты меня… нас. В общем, ты в св. Мунго. Я… как ты мог, Гарри?!
— Рон, перестань кричать, — тихий шепот.
— Ты… мы не виделись больше полугода, Гарри… Почему ты нам не сказал? Мы бы помогли, что-нибудь сделали…
— Рон…
— Да отстань, Гермиона! Он все равно ничего не слышит! Я пойду поговорю с целителем…
— — -
— Гарри, я знаю, что ты слышишь, — тяжелый вздох. — Мы все очень боимся… Ты извини Рона, он не может справится с мыслью, что ты что-то скрывал от него.
Мою руку легонько сжали и послышался всхлип.
— Гарри, ты в коме… Мы… Врач сказал, что пока ничего не может сделать для тебя… Что твоя магия сама разрушает твое тело… Что… Гарри, пожалуйста, не уходи!
Опять сдавленные рыдания. Мне очень хочется что-нибудь сделать, помочь, сказать Гермионе не плакать, но я не могу. Я не заслужил того, чтобы они так убивались из-за меня…
Какой-то странный звук вторгается в мое подсознание. Мне так хочется не слышать ничего и опять провалиться в сон, но чем больше я об этом думаю, тем быстрее просыпаюсь. Наконец сдавшись, я широко зевнул и открыл глаза. Я уже так давно не чувствовал себя выспавшимся, что это кажется мне чем-то неизведанным.
Нервирующий звук прекратился и в открытую дверь вошел Драко, держа в руке мои очки. Кинув их мне, он с независимым видом стал рыться в шкафу. Я наблюдал за ним с воистину идиотским выражением лица.
— Что? — удивленно спросил он, оборачиваясь.
Страница 2 из 4
