Парень для Пэнси

— Проклятие с должности должно было исчезнуть.

— А если нет? — упирался Поттер.

— Значит, ты не до конца…

Они оба замолчали, думая, видимо, об одном и том же: если должность профессора ЗОТИ все еще проклята, значит, какая-то часть Волдеморта уцелела. Пэнси нахмурилась, вспоминая, как вел себя мистер Нотт.

— А что, если твоя эта… — Уизли не стал договаривать, хотя было ясно, о ком идет речь, — просто идиотка, и видит проблему там, где ее нет?

— Дафна не идиотка, — сказал Поттер спокойно. — Как раз наоборот. Хотя и она может ошибиться.

— Может! Мы уже столько времени следим, но все впустую!

— Проверьте Чэда Нотта! — резче, чем следовало, сказала Пэнси, и две головы — черная и рыжая — чуть не свернули шеи.

— Тебе чего тут надо?! — грубо пролаял Уизли. — Шла бы, а? А то тусовку сольешь!

— Здесь все могут гулять, — парировала Паркинсон, краснея. — И не моя вина, что вы так громко разговариваете!

— Она права, — Гарри взял друга за запястье. — Пусть говорит.

Рон презрительно скривился, но замолчал.

Пэнси вздохнула и подошла ближе.

— Если вы не нашли ничего на профессора, нужно проверить мистера Нотта.

— Это с которым ты давеча… — и Рон сделал неприличный жест рукой.

Паркинсон покраснела еще гуще, но отступать было глупо.

— Да, — тихо сказала она. — И поэтому я знаю, о чем говорю.

— Мы едва ли сможем попасть в его имение в ближайшее время, — серьезно сказал Гарри. — Я слышал, он иногда бывает в Хогсмиде, возможно, если понять, где он останавливается…

— Я знаю, — сказала Пэнси, ожидая очередную колкость от Рона.

— Хорошо, — сказал Поттер, а Уизли лишь молча кивнул.

— Там у него что-то… Или кто-то, — Паркинсон перешла на шепот. — И, если честно, мне немного страшно…

— Ну, я бы на твоем месте не беспокоился сильно, — фыркнул Рон. — Если что, МакЛагген…

— Ну, хватит! — этого Паркинсон стерпеть уже не могла. — Только посмей сказать хоть слово про МакЛаггена, и я за себя не отвечаю!

Парни удивленно переглянулись. Уизли все еще продолжал хихикать, но вид у него был скорее растерянный и глупый.

— Да будь ты проще! — пожал Поттер плечами.

— Пошли вы! — и Пэнси, так и не отдохнув, направилась в сторону школы.

Уже давно стемнело, и в окнах вспыхнули огни, слабо освещавшие дорожку. Школа была наполнена гулом возбужденных квиддичем студентов, словно пчелиный улей. Вот мимо понесся Пивз, преследуя кого-то; вот пролетело шуточное заклятие — мимо, конечно; вот из кабинета Слагхорна вышел профессор ЗОТИ… Паркинсон стрелой пролетела мимо него и скрылась за поворотом. Слишком нервно. Слишком.

— Пэнси!

— Булстроуд! — завопила Паркинсон, резко оглядываясь. — Нельзя же так подкрадываться!

— Мы так и не договорились, в чем будем на день Святого Валентина! Ты уже выбрала платье?!

— Если еще раз так сделаешь, мне уже никакое платье не поможет! — огрызнулась Пэнси. — Как защемит лицевой нерв!

— Да ладно тебе! Я не нарочно! — Миллисента явно была в настроении. — Я, пожалуй, пойду в розовом!

— Что это вдруг? — немного успокоившись, спросила Пэнси. — Хотела же в лиловом.

— Да, но… — Булстроуд понизила голос. — Сегодня Уизли отшила Гойла…

Паркинсон почувствовала, как зашлось сердце. Шанс! Это же шанс!

— Ты все еще надеешься? — изогнула она бровь. — Конкуренции не боишься?!

— Нет! — радостно хрюкнула Миллисента. — Раз ты на самом деле с МакЛаггеном, кого мне бояться!

— Да с чего вы все это взяли! — вспылила Пэнси и тут же подумала, что зря не сдержалась.

— Ну как… — Булстроуд пожала плечами. — Он тебя, спящую, на руках в спальню принес…

— Мальчиков не пускают в спальню девочек… — на автомате произнесла Паркинсон, сраженная новым шоком.

— А его лестница пропустила, — с завистью выдохнула Миллисента. — Ты что, не помнишь ничего, что ли?!

— Помню я все…

Но в действительности Пэнси помнила лишь надпись, возникшую из ее белья в душевой, и она никак не вязалась с рыцарским поведением гриффиндорца.

Глава 9. Вот так все и было?

Следующий день, казалось, не предвещал ничего необычного. Пэнси бросала украдкой взгляды на Гойла, который ходил мрачнее тучи, МакЛагген продолжал дразнить ее, а Булстроуд — обсуждать свое отвратительное розовое платье.

Но умиротворенной жизни не суждено было продлиться долго. Ближе к обеду, после занятия по ЗОТИ, взорвалась бомба: Поттер бросил Дафну. И не так, как раньше. На этот раз он подошел к ней и спокойным, холодным голосом произнес:

— Я не хотел верить, что история с Амортенцией — твоих рук дело, и я очень сильно ошибался.

— Гарри, я… — сдавленно пробормотала Дафна. — Ты все не так понял…