Солнце ярко освещало окрестности и пригревало землю. Я шел по зеленой траве к кладбищу, перелез через забор и углубился в это царство мертвых. Была мертвая тишина, не было слышно ни ветра, ни голосов птиц…
Добавить в моё избранное
11 мин, 9 сек 13763
Попетляв некоторое время среди могил, я увидел перед собой группу людей в траурных одеждах. Похороны. Надо посмотреть, кого же там хоронят. Я тихо подошел к гробу, который стоял рядом с могилой. Мне никто не помешал, стоящий рядом священник читал молитвы, я протянул руку и приподнял крышку гроба. В гробу был… я! Пока я стоял и осмысливал данный факт, покойничек ожил и, схватив меня за руку, потянул к себе в гроб.
Из цепких лап ночного кошмара меня вырвал оглушительный треск будильника, я посмотрел на него с благодарностью. Иногда, правда, мне было охота убить будильник об стену, но сегодня он меня спас от страшного сна. Я, поднялся, перекрестился («слава Богу, это просто сон», который мне приснился уже в десятый раз), пошел на кухню завтракать. Надо было собираться в колледж.
В колледж я поступил в 2005 году на профессию «Эксплуатация и обслуживание контрольно-измерительных приборов». Группа у нас была полностью мужской и, что самое главное, очень дружной. Я никогда, ни до, ни после, не видел настолько дружного коллектива. В школе класс у нас был не самый спокойный, постоянные драки, разборки и поиски козла отпущения, я сумел найти общий язык всего с шестью одноклассниками, от остальных старался держаться на расстоянии, а здесь была абсолютная тишина, покой и благодать. Не было разборок, не было, чтобы кто-то кого-то притеснял. Все старались друг другу помогать, и в учебе, и в других жизненных делах.
Старостой у нас был Александр: хорошист, занимался кикбоксингом и дзюдо и пользовался в нашем коллективе огромным уважением. Некоторые, конечно, пытались поначалу показать, какие они крутые или, вернее, дурные, но Саша вместе со своим другом Андреем быстро ставили зарвавшихся на место, и уже через два месяца наша группа считалась образцовой. Я в этой группе занимал серединное положение. Я никогда ни в одном коллективе не был пешкой, но и в лидеры тоже не лез. Меня вполне устраивала роль боцмана, а боцман, как известно, душа команды. Я мог часами рассказывать страшные истории, травить анекдоты на любую тему и на все случаи жизни или мог помочь дельным советом. Некоторые мне порой изливали душу, будто я психолог, другие советовали мне по окончании учебы поступать на священника. Так я доучился до третьего курса и дожил до семнадцати лет.
Был конец октября, небо низко нависало над землей, накрапывал дождь, и ветер яростно срывал последнюю листву с деревьев. Сойдя на остановке, я направился к учебному заведению. Спал на ходу, ночь выдалась неспокойной. Я уже дошел до середины дороги, как кто-то схватил меня за шиворот и рванул назад, а еще через долю секунды прямо перед моим носом пронесся на бешеной скорости «опель».
— Боже праведный, куда он так несется? — Сказал немолодой мужчина, который буквально выдернул меня из-под колес.
— Опаздывает на собственные похороны, — ответил я.
— А ты куда опаздываешь? — Мужчина обратился ко мне. — Мать тебя не научила, когда переходишь дорогу, смотреть по сторонам и не спать? Иди и будь аккуратнее, а то своей смертью не помрешь.
Благополучно дойдя до колледжа, я вошел в аудиторию и, поздоровавшись с ребятами, стал готовиться к лекции. Звонок уже прозвенел, и мы сидели по местам в ожидании преподавателя, когда дверь открылась, и в аудиторию вошел Максим. Он, буркнув что-то типа «Здорово, пацаны», направился на свое место, при этом пряча лицо. Я встал и заступил ему дорогу.
— Что с лицом? — Спросил я, взявшись рукой за его подбородок и развернув к себе.
Лицо у парня было сильно разбито, на щеках и скулах были синяки и большие ссадины.
— Кто тебя так?
— Упал, — ответил Максим.
— Упал, говоришь? На левый глаз? Очень интересно. И все почему-то на левый глаз падают!
Парень на секунду задержал на мне взгляд, а затем толкнул меня так, что я шлепнулся на свой стул. Староста, до этого молча наблюдавший за всем этим, указав на Максима пальцем, сказал: «Нехорошо ты обошелся с Серегой. Поговорим на перемене о твоем поведении».
На перемене Александр и Андрей подошли к Максиму:
— Нехорошо ты себя ведешь, и если у тебя проблемы, почему бы тебе о них не сказать? Если проблемы у одного, то проблемы у всей группы.
— Нет у меня никаких проблем!
— Нет проблем, — сказал Андрей, — зато есть разбитая рожа!
— Да упал я, Андрей, нет у меня никаких проблем.
— Серег! — Крикнул Сашка, — ты ему веришь?
— Конечно, верю! Он за два месяца уже пять раз упал и все на левый глаз. Вроде не пьет ничего, крепче кефира, а падает!
— Видишь, — сказал Саша, — давай признавайся!
— Что вам признаваться? — У Макса случилась истерика, — сказал, нет никаких проблем, отстаньте.
— Ну, как знаешь, — сказал Саша и отошел от него.
После занятий Максим почему-то не шел домой, а вертелся вокруг колледжа. Парень постоянно глядел на часы. Я и Станислав решили понаблюдать за Максимом.
Из цепких лап ночного кошмара меня вырвал оглушительный треск будильника, я посмотрел на него с благодарностью. Иногда, правда, мне было охота убить будильник об стену, но сегодня он меня спас от страшного сна. Я, поднялся, перекрестился («слава Богу, это просто сон», который мне приснился уже в десятый раз), пошел на кухню завтракать. Надо было собираться в колледж.
В колледж я поступил в 2005 году на профессию «Эксплуатация и обслуживание контрольно-измерительных приборов». Группа у нас была полностью мужской и, что самое главное, очень дружной. Я никогда, ни до, ни после, не видел настолько дружного коллектива. В школе класс у нас был не самый спокойный, постоянные драки, разборки и поиски козла отпущения, я сумел найти общий язык всего с шестью одноклассниками, от остальных старался держаться на расстоянии, а здесь была абсолютная тишина, покой и благодать. Не было разборок, не было, чтобы кто-то кого-то притеснял. Все старались друг другу помогать, и в учебе, и в других жизненных делах.
Старостой у нас был Александр: хорошист, занимался кикбоксингом и дзюдо и пользовался в нашем коллективе огромным уважением. Некоторые, конечно, пытались поначалу показать, какие они крутые или, вернее, дурные, но Саша вместе со своим другом Андреем быстро ставили зарвавшихся на место, и уже через два месяца наша группа считалась образцовой. Я в этой группе занимал серединное положение. Я никогда ни в одном коллективе не был пешкой, но и в лидеры тоже не лез. Меня вполне устраивала роль боцмана, а боцман, как известно, душа команды. Я мог часами рассказывать страшные истории, травить анекдоты на любую тему и на все случаи жизни или мог помочь дельным советом. Некоторые мне порой изливали душу, будто я психолог, другие советовали мне по окончании учебы поступать на священника. Так я доучился до третьего курса и дожил до семнадцати лет.
Был конец октября, небо низко нависало над землей, накрапывал дождь, и ветер яростно срывал последнюю листву с деревьев. Сойдя на остановке, я направился к учебному заведению. Спал на ходу, ночь выдалась неспокойной. Я уже дошел до середины дороги, как кто-то схватил меня за шиворот и рванул назад, а еще через долю секунды прямо перед моим носом пронесся на бешеной скорости «опель».
— Боже праведный, куда он так несется? — Сказал немолодой мужчина, который буквально выдернул меня из-под колес.
— Опаздывает на собственные похороны, — ответил я.
— А ты куда опаздываешь? — Мужчина обратился ко мне. — Мать тебя не научила, когда переходишь дорогу, смотреть по сторонам и не спать? Иди и будь аккуратнее, а то своей смертью не помрешь.
Благополучно дойдя до колледжа, я вошел в аудиторию и, поздоровавшись с ребятами, стал готовиться к лекции. Звонок уже прозвенел, и мы сидели по местам в ожидании преподавателя, когда дверь открылась, и в аудиторию вошел Максим. Он, буркнув что-то типа «Здорово, пацаны», направился на свое место, при этом пряча лицо. Я встал и заступил ему дорогу.
— Что с лицом? — Спросил я, взявшись рукой за его подбородок и развернув к себе.
Лицо у парня было сильно разбито, на щеках и скулах были синяки и большие ссадины.
— Кто тебя так?
— Упал, — ответил Максим.
— Упал, говоришь? На левый глаз? Очень интересно. И все почему-то на левый глаз падают!
Парень на секунду задержал на мне взгляд, а затем толкнул меня так, что я шлепнулся на свой стул. Староста, до этого молча наблюдавший за всем этим, указав на Максима пальцем, сказал: «Нехорошо ты обошелся с Серегой. Поговорим на перемене о твоем поведении».
На перемене Александр и Андрей подошли к Максиму:
— Нехорошо ты себя ведешь, и если у тебя проблемы, почему бы тебе о них не сказать? Если проблемы у одного, то проблемы у всей группы.
— Нет у меня никаких проблем!
— Нет проблем, — сказал Андрей, — зато есть разбитая рожа!
— Да упал я, Андрей, нет у меня никаких проблем.
— Серег! — Крикнул Сашка, — ты ему веришь?
— Конечно, верю! Он за два месяца уже пять раз упал и все на левый глаз. Вроде не пьет ничего, крепче кефира, а падает!
— Видишь, — сказал Саша, — давай признавайся!
— Что вам признаваться? — У Макса случилась истерика, — сказал, нет никаких проблем, отстаньте.
— Ну, как знаешь, — сказал Саша и отошел от него.
После занятий Максим почему-то не шел домой, а вертелся вокруг колледжа. Парень постоянно глядел на часы. Я и Станислав решили понаблюдать за Максимом.
Страница 1 из 3
