Все началось с нее… черной розы. Но это было неправильно… Им было нельзя сближаться. Теперь, их ждут мучения. (Данная история является порождением бреда автора и только им. Не надо принимать ее за канон или основу оного.
Добавить в моё избранное
148 мин, 36 сек 11804
Когда же Слендер оказался на ногах, единственный атрибут еще оставшейся на нем одежды был беспощадно разодран острыми когтями на мелкие клочья, вместе с нижним бельем. Теперь перед Оффендером стоял совершенно обнаженный старший брат, который всеми силами пытался освободить свои руки от стягивающих их пут. Но все старания были тщетны. Облизываясь в предвкушении, городской повалил старшего брата на постель, а сам навис над ним, все с той же широкой, неизменной ухмылкой, белыми щупальцами скидывая с себя на пол плащ, сапоги и шляпу. Эта картина со стороны Слендера казалась не такой уж и привлекательной. Инстинктивно сведя ноги вместе, старший зашипел на младшего брата.
— Прекрати это, Оффендер! — Требовательным тоном отозвался безликий. Однако это не остановило Насильника. Пропустив слова убийцы мимо ушей, Оффендер обвил своими щупальцами его ноги, насильно их раздвигая и пристраиваясь между ними, провел своим разгоряченным и возбужденным членом по органу старшего брата, который еще не был возбужден. Но это было поправимо. В следующую минуту любитель роз обхватил член старшего своими тонкими, бледными пальцами и с силой сжал его. Этой действо заставило Слендера выгнуться в спине и тихо простонать, краснея при этом. Член же старшего на такое грубое к себе отношение начал постепенно затвердевать в руке насильника. Это не могло не обрадовать последнего.
— Ай яй яй, Сленди, — Ехидно прошептал Оффендер, — ты говоришь мне перестать, а сам возбуждаешься от моих действий, — цокнув языком, младший безликий опустился к паху старшего брата и обвил язычком его член, словно черная змея, после чего начал двигать им, надрачивая плоть и заставляя ее возбудиться до предела. Эти новые для убийцы ощущения заставили его снова выгнуться в спине, что-то неразборчиво промычав и закусив нижнюю губу. Когда же Слендер наконец возбудился, Оффендер обхватил его член своими губами, целиком вбирая в себя возбужденную плоть и начиная скользить по всей ее длине. Благо опыта у Оффа было предостаточно. А вот Слендер явно был не готов к тому, что он станет жертвой своего собственного брата. Кусая свои губы до крови, убийца извивался, пытаясь подавить стоны. Что-то неразборчиво мычал и пытался освободить свои руки. Но те были крепко связаны, а неудобное «украшение» на шее лишало убийцу последнего шанса на спасение. Оффендер же тем временем выпустил возбужденный и мокрый от слюны и смазки член брата из своего рта и, облизнувшись, вновь навис над братом, закидывая щупальцами его ноги себе на плечи, приставив свой стоящий, изнывающий от желания орган к узкой и еще не разработанной дырочке Слендера. Мгновение и в комнате нависла тишина. Безликий убийца замер, почувствовав, куда нацелился его младший брат. Еще секунда и вот разгоряченная, возбужденная плоть насильника начала грубо прорываться сквозь узкие стенки прямой кишки своего старшего брата. Убийца, широко распахнув рот, запрокинул голову назад и, насколько было возможно, выгнулся дугой под своим братом, громко и протяжно вскрикнув. При этом на лице старшего безликого появился своеобразный румянец. Было тяжело дышать от раздирающей ниже спины боли. Хоть Слендер и привык к постоянным избиениям еще с детства, эти ощущения для него явно были еще новыми. После сотни попыток со стороны Оффендера, ему все-таки удалось достигнуть своего.
Жмурясь от непривычных и довольно болезненных ощущений, Слендер жадно хватал своим ртом столь желанный сейчас воздух и кусал свои губы, пытаясь вновь не застонать. Возможно, убийца бы немного смирился со своей ролью жертвы, если бы ему дали хоть немного времени на то, чтобы свыкнуться с тем, что внутри него сейчас был член его родного брата. Но времени ему не дали. Не в силах терпеть и дальше и без того затянувшийся момент триумфа, Оффендер начал двигаться бедрами, с каждым толчком погружаясь все глубже в своего брата. Смазка и слюна старшего делали движения насильника менее болезненными, но Слендеру от этого легче не было. Он всеми силами старался подавить стоны, что так сильно рвались наружу. Оффендер же наслаждаясь приятной узостью тела своего старшего брата, тихо нашептывал:
— Мххх… да! О, Сленди… какой же ты узкий! — Ехидный смешок заставлял убийцу еще больше краснеть. Сам же убийца изо всех сил старался не отвечать насильнику, дабы не раззадоривать его лишний раз. Ему и так хватало унижения для одной ночи. Оффендер же тем временем вцепился своей зубастой пастью в плечо старшего брата. При этом сам насильник превратил свои движения в более грубые, впившись острыми коготками в бедра своей жертвы. Это действо со стороны младшего брата все же вырвало из уст Слендера громкий и протяжный крик. Тощий выгибался в спине и подрагивал, жадно хватая ртом воздух. Постепенно грубые проникновения, разрывающие узкий проход Слендера, уже более уверенно заставляли его стонать под своим младшим братом. Но все же насильнику явно не хватало того, чего он достиг. Белые щупальца резко вонзились в бока старшего безликого, заставляя того вновь громко вскрикнуть, выгибаясь в спине.
— Прекрати это, Оффендер! — Требовательным тоном отозвался безликий. Однако это не остановило Насильника. Пропустив слова убийцы мимо ушей, Оффендер обвил своими щупальцами его ноги, насильно их раздвигая и пристраиваясь между ними, провел своим разгоряченным и возбужденным членом по органу старшего брата, который еще не был возбужден. Но это было поправимо. В следующую минуту любитель роз обхватил член старшего своими тонкими, бледными пальцами и с силой сжал его. Этой действо заставило Слендера выгнуться в спине и тихо простонать, краснея при этом. Член же старшего на такое грубое к себе отношение начал постепенно затвердевать в руке насильника. Это не могло не обрадовать последнего.
— Ай яй яй, Сленди, — Ехидно прошептал Оффендер, — ты говоришь мне перестать, а сам возбуждаешься от моих действий, — цокнув языком, младший безликий опустился к паху старшего брата и обвил язычком его член, словно черная змея, после чего начал двигать им, надрачивая плоть и заставляя ее возбудиться до предела. Эти новые для убийцы ощущения заставили его снова выгнуться в спине, что-то неразборчиво промычав и закусив нижнюю губу. Когда же Слендер наконец возбудился, Оффендер обхватил его член своими губами, целиком вбирая в себя возбужденную плоть и начиная скользить по всей ее длине. Благо опыта у Оффа было предостаточно. А вот Слендер явно был не готов к тому, что он станет жертвой своего собственного брата. Кусая свои губы до крови, убийца извивался, пытаясь подавить стоны. Что-то неразборчиво мычал и пытался освободить свои руки. Но те были крепко связаны, а неудобное «украшение» на шее лишало убийцу последнего шанса на спасение. Оффендер же тем временем выпустил возбужденный и мокрый от слюны и смазки член брата из своего рта и, облизнувшись, вновь навис над братом, закидывая щупальцами его ноги себе на плечи, приставив свой стоящий, изнывающий от желания орган к узкой и еще не разработанной дырочке Слендера. Мгновение и в комнате нависла тишина. Безликий убийца замер, почувствовав, куда нацелился его младший брат. Еще секунда и вот разгоряченная, возбужденная плоть насильника начала грубо прорываться сквозь узкие стенки прямой кишки своего старшего брата. Убийца, широко распахнув рот, запрокинул голову назад и, насколько было возможно, выгнулся дугой под своим братом, громко и протяжно вскрикнув. При этом на лице старшего безликого появился своеобразный румянец. Было тяжело дышать от раздирающей ниже спины боли. Хоть Слендер и привык к постоянным избиениям еще с детства, эти ощущения для него явно были еще новыми. После сотни попыток со стороны Оффендера, ему все-таки удалось достигнуть своего.
Жмурясь от непривычных и довольно болезненных ощущений, Слендер жадно хватал своим ртом столь желанный сейчас воздух и кусал свои губы, пытаясь вновь не застонать. Возможно, убийца бы немного смирился со своей ролью жертвы, если бы ему дали хоть немного времени на то, чтобы свыкнуться с тем, что внутри него сейчас был член его родного брата. Но времени ему не дали. Не в силах терпеть и дальше и без того затянувшийся момент триумфа, Оффендер начал двигаться бедрами, с каждым толчком погружаясь все глубже в своего брата. Смазка и слюна старшего делали движения насильника менее болезненными, но Слендеру от этого легче не было. Он всеми силами старался подавить стоны, что так сильно рвались наружу. Оффендер же наслаждаясь приятной узостью тела своего старшего брата, тихо нашептывал:
— Мххх… да! О, Сленди… какой же ты узкий! — Ехидный смешок заставлял убийцу еще больше краснеть. Сам же убийца изо всех сил старался не отвечать насильнику, дабы не раззадоривать его лишний раз. Ему и так хватало унижения для одной ночи. Оффендер же тем временем вцепился своей зубастой пастью в плечо старшего брата. При этом сам насильник превратил свои движения в более грубые, впившись острыми коготками в бедра своей жертвы. Это действо со стороны младшего брата все же вырвало из уст Слендера громкий и протяжный крик. Тощий выгибался в спине и подрагивал, жадно хватая ртом воздух. Постепенно грубые проникновения, разрывающие узкий проход Слендера, уже более уверенно заставляли его стонать под своим младшим братом. Но все же насильнику явно не хватало того, чего он достиг. Белые щупальца резко вонзились в бока старшего безликого, заставляя того вновь громко вскрикнуть, выгибаясь в спине.
Страница 13 из 40
