Фандом: Гарри Поттер. Какова вероятность, что именно ты станешь избранным участником из твоей школы? Однозначно больше, чем быть избранным, не желая принимать участие в отборе. Но даже не это важно. Можно ли выиграть в рулетку, если ты не делал ставку? А если цена — твоя жизнь?
Добавить в моё избранное
447 мин, 6 сек 4228
Беллу в чем-то даже жалели. Это было немного неприятно, но и раздражало не слишком сильно.
И все равно она оставалось той, кто (предположительно) сошел с ума во время войны, провел десять лет в Азкабане, а затем еще несколько лет под домашним арестом. Ее немного опасались. А Фрэнк словно специально дразнил и подшучивал над взрывной Беллатрикс. Про него судачили, что он тоже не отошел от десятилетней комы.
— Нужно поговорить с Эдвардом Прайсом, — напомнил Фрэнк. — Он входит в состав Визенгамота, нам может потребоваться его помощь.
— Мы разве пришли сюда не развеяться? — притворно удивилась Беллатрикс.
Играли последние секунды вальса, это был их третий танец за вечер. Эдвард Прайс сильно опоздал на этот бал, но Беллатрикс и сама знала, что с ним нужно познакомиться. И с ним, и с его женой, и с сыном девятнадцати лет. Пригласить их потом пообедать, поговорить о политике. Этому всему Белс учила мама, а затем и миссис Камптом.
— Дорогая Беллатрикс, — вздохнул Фрэнк, — развеяться мы ходили месяц назад. А раз ты снова в форме, то давай, покажи мастер-класс.
Последние звуки вальса, вежливые поклоны, но улыбка у Беллы была далеко не доброжелательной. Показать мастер-класс? Это она может.
Северус Снейп не был похож на героя романтических грез. Худой, болезненно-бледный, с крупным орлиным носом и тонкими губами, на работе он носил только традиционные мантии, которые делали его еще более строгим и зловещим. Нарцисса считала, что ему гораздо больше идет магловская одежда. Выбираясь на выставки и в книжные магазины, он оставался верен своей любви к черному цвету, но простая одежда и волосы, собранные в хвост, делали его немного мягче. Привлекательнее. А еще так становится видно, что Северус, несмотря на худобу, весьма неплохо сложен. Чуть выше среднего роста, узкие бедра, а плечи широкие. И еще Нарциссе казалось, что они хорошо смотрятся вместе.
И им просто хорошо вместе. С Люциусом они никогда не были парой. Так, заходили под ручку на все светские рауты. С Орландо… технически, он неплохо справлялся со своими основными функциями, а большего от него Нарцисса и не требовала. И теперь она по-настоящему наслаждалась возможностью быть любимой. Чувствовать, как он на нее смотрит. Ощущать, насколько он нежен с ней. Видеть, насколько он внимателен. И ловить отголоски мыслей, которые заставляли сердце замирать от счастья.
Они не закрывали мысли, когда были наедине. Особый уровень откровенности, ведь двум легилиментам могут и не понадобиться слова, чтобы общаться. Вечерами Нарцисса забиралась под бок к Северусу, крепко обнимала, посмеиваясь в ответ на его мысли о затекшем плече. Единственное, что немного омрачало счастье Нарциссы, это необходимость рассказать Драко. Северус — не оплачиваемый любовник, который сопровождает в театры, его не спрячешь. И Нарцисса откровенно боялась реакции сына. Вдруг он будет против? Что она тогда должна будет делать? Поэтому она снова и снова откладывала разговор, каждый раз находя убедительные отговорки.
Но она все же решилась: сегодня. Сын часто приходил к ней, болтал без умолку, иногда просил помочь с чем-то непонятным, иногда просто полакомиться тем, что не выставляли на общие столы. Все же Драко был тем еще сладкоежкой, только успешно это скрывал. Вот и сейчас он уплетал пирожные с взбитыми сливками, на время позабыв о строгих правилах этикета.
— Милый, это просто неприлично, — усмехнулась Нарцисса.
— Ты сама говорила: с тобой — можно. Но эти пирожные просто невозможно есть аккуратно… Наверное поэтому их никто и не ест.
Вид у него при этом стал крайне задумчивый, словно он пытался найти доказательства теории.
— Взбитые сливки, милый, едят ложечкой, — напомнила Нарцисса. — А на светских приемах их не едят, потому что аристократки обычно следят за фигурой. Белс всегда любила эти пирожные, но никогда не ела на людях. Боялась, что поддастся соблазну и съест все.
Драко усмехнулся, но ложечку так и не взял. Без нее однозначно вкуснее. Они молчали какое-то время. сын запивал лакомство крепким чаем, мать с любовью смотрела на него. Он рос медленнее, чем Гарри и Невилл, а тонкие черты лица делали внешность ее сына несколько девичьей. Но Нарцисса уже сейчас видела, что Драко будет копией Люциуса. При том, что ему досталось немного дикого обаяния Блэков, ее сын будет казаться привлекательнее своего отца.
— Ты что-то хотела мне сказать, — напомнил мальчишка, наливая себе новую порцию чая. Как всегда крепкий и обжигающе-горячий. Еще одна деталь, в которой он так похож на Люциуса.
— Да… Я… даже не знаю, как правильно сказать… Наверное… Я выйду замуж, — последнюю фразу она произнесла особенно быстро и замерла, ожидая реакции.
— Замуж? — удивился Драко. — И кто станет моим отчимом? Только не говори, что тот парень из театра…
Нарцисса удивленно взглянула на сына:
— Откуда ты о нем знаешь?
И все равно она оставалось той, кто (предположительно) сошел с ума во время войны, провел десять лет в Азкабане, а затем еще несколько лет под домашним арестом. Ее немного опасались. А Фрэнк словно специально дразнил и подшучивал над взрывной Беллатрикс. Про него судачили, что он тоже не отошел от десятилетней комы.
— Нужно поговорить с Эдвардом Прайсом, — напомнил Фрэнк. — Он входит в состав Визенгамота, нам может потребоваться его помощь.
— Мы разве пришли сюда не развеяться? — притворно удивилась Беллатрикс.
Играли последние секунды вальса, это был их третий танец за вечер. Эдвард Прайс сильно опоздал на этот бал, но Беллатрикс и сама знала, что с ним нужно познакомиться. И с ним, и с его женой, и с сыном девятнадцати лет. Пригласить их потом пообедать, поговорить о политике. Этому всему Белс учила мама, а затем и миссис Камптом.
— Дорогая Беллатрикс, — вздохнул Фрэнк, — развеяться мы ходили месяц назад. А раз ты снова в форме, то давай, покажи мастер-класс.
Последние звуки вальса, вежливые поклоны, но улыбка у Беллы была далеко не доброжелательной. Показать мастер-класс? Это она может.
Северус Снейп не был похож на героя романтических грез. Худой, болезненно-бледный, с крупным орлиным носом и тонкими губами, на работе он носил только традиционные мантии, которые делали его еще более строгим и зловещим. Нарцисса считала, что ему гораздо больше идет магловская одежда. Выбираясь на выставки и в книжные магазины, он оставался верен своей любви к черному цвету, но простая одежда и волосы, собранные в хвост, делали его немного мягче. Привлекательнее. А еще так становится видно, что Северус, несмотря на худобу, весьма неплохо сложен. Чуть выше среднего роста, узкие бедра, а плечи широкие. И еще Нарциссе казалось, что они хорошо смотрятся вместе.
И им просто хорошо вместе. С Люциусом они никогда не были парой. Так, заходили под ручку на все светские рауты. С Орландо… технически, он неплохо справлялся со своими основными функциями, а большего от него Нарцисса и не требовала. И теперь она по-настоящему наслаждалась возможностью быть любимой. Чувствовать, как он на нее смотрит. Ощущать, насколько он нежен с ней. Видеть, насколько он внимателен. И ловить отголоски мыслей, которые заставляли сердце замирать от счастья.
Они не закрывали мысли, когда были наедине. Особый уровень откровенности, ведь двум легилиментам могут и не понадобиться слова, чтобы общаться. Вечерами Нарцисса забиралась под бок к Северусу, крепко обнимала, посмеиваясь в ответ на его мысли о затекшем плече. Единственное, что немного омрачало счастье Нарциссы, это необходимость рассказать Драко. Северус — не оплачиваемый любовник, который сопровождает в театры, его не спрячешь. И Нарцисса откровенно боялась реакции сына. Вдруг он будет против? Что она тогда должна будет делать? Поэтому она снова и снова откладывала разговор, каждый раз находя убедительные отговорки.
Но она все же решилась: сегодня. Сын часто приходил к ней, болтал без умолку, иногда просил помочь с чем-то непонятным, иногда просто полакомиться тем, что не выставляли на общие столы. Все же Драко был тем еще сладкоежкой, только успешно это скрывал. Вот и сейчас он уплетал пирожные с взбитыми сливками, на время позабыв о строгих правилах этикета.
— Милый, это просто неприлично, — усмехнулась Нарцисса.
— Ты сама говорила: с тобой — можно. Но эти пирожные просто невозможно есть аккуратно… Наверное поэтому их никто и не ест.
Вид у него при этом стал крайне задумчивый, словно он пытался найти доказательства теории.
— Взбитые сливки, милый, едят ложечкой, — напомнила Нарцисса. — А на светских приемах их не едят, потому что аристократки обычно следят за фигурой. Белс всегда любила эти пирожные, но никогда не ела на людях. Боялась, что поддастся соблазну и съест все.
Драко усмехнулся, но ложечку так и не взял. Без нее однозначно вкуснее. Они молчали какое-то время. сын запивал лакомство крепким чаем, мать с любовью смотрела на него. Он рос медленнее, чем Гарри и Невилл, а тонкие черты лица делали внешность ее сына несколько девичьей. Но Нарцисса уже сейчас видела, что Драко будет копией Люциуса. При том, что ему досталось немного дикого обаяния Блэков, ее сын будет казаться привлекательнее своего отца.
— Ты что-то хотела мне сказать, — напомнил мальчишка, наливая себе новую порцию чая. Как всегда крепкий и обжигающе-горячий. Еще одна деталь, в которой он так похож на Люциуса.
— Да… Я… даже не знаю, как правильно сказать… Наверное… Я выйду замуж, — последнюю фразу она произнесла особенно быстро и замерла, ожидая реакции.
— Замуж? — удивился Драко. — И кто станет моим отчимом? Только не говори, что тот парень из театра…
Нарцисса удивленно взглянула на сына:
— Откуда ты о нем знаешь?
Страница 49 из 126
