Как и во всех хоррорах, ничто не предвещало беды. Началось все с самого обычного бытового, можно сказать, случая: отвалился кусок зуба. Я посмотрел на печально торчащий остаток корня, всплакнул и, так сказать, ритуально проводил зуб в последний путь, то есть, в помойку…
Добавить в моё избранное
5 мин, 25 сек 1861
Док сидит напротив. Неожиданно мы подпрыгивает на какой то выбоине и у нас на полном ходу открывается задняя дверь… Я с ужасом наблюдаю как носилки с пациентом начинают ехать в сторону асфальта. Док успевает их схватить, когда те выехали на улицу уже на половину. Я же вцепился в пациента, который решил скатиться с носилок. Так и ехали по центру метров 500. : ноги пациента почти касались земли, но я мог его только удерживать. Закатить обратно не было возможности. Мы орали с доком как потерпевшие, но наш водила услышал нас далеко не сразу. Пациент остался жив. Его успешно прооперировали.
В 1985 году в 7 лет попал в детскую городскую больницу, в палату со взрослыми мужиками. Взрослым мужикам было лет по 12, и тот, у которого была татуировка на руке, сказал «пусть шкет без прописки заезжает».
В угловой четырехместной палате было четыре окна, поэтому между процедурами было на что посмотреть, я лежал на койке и слушал дискуссии на темы «а не зашквар ли глотать кишку» и«что будет, если выпить свой желудочный сок».
В том возрасте я уже много читал и с удовольствием на фоне удивленного неудовольствия соседей осваивал их учебник по литературе для 5 класса.
Мужики в палате общались между собой просто и незатейливо, так что, помимо литературной школьной программы пятого класса, за месяц я вполне сносно усвоил еще и внешкольную разговорную. Я просто запоминал новые интересные слова, не особо заморачиваясь, что именно они означают.
Гордостью отделения был стоящий в холле рядом с ординаторской цветной телевизор. «Гостья из будущего» была снята всего лишь год назад, и ее показ был событием месяца. По этому поводу врачи даже перенесли время операции у одного из соседей. По-моему, его звали Артем.
В тот день в отделении дежурила Светлана Федоровна. Это сейчас я понимаю, что это была вовсе не медсестра, а маньяк и садист. Потому что только маньяк и садист мог со словами — «Все! Тихий час!» — подойти и выключить телевизор на середине серии.
Дети возмущенно загалдели, а во мне первый раз проснулось самосознание. Правил бойцовского клуба я еще тогда не знал, поэтому звонким детским голосом спросил: «Светлана Федоровна, ну можно мы еще чуть-чуть посмотрим? Ну что вы как залупа конская?».
Ничего обидного в этом слове не было, соседи по палате часто так друг друга называли, особенно когда кто-то жадничал, а вот Светлана Федоровна почему-то обиделась. Поэтому у нее потом дергался глазик, а у меня сильно болело ухо.
А как вас в жизни подставляли?
В 1985 году в 7 лет попал в детскую городскую больницу, в палату со взрослыми мужиками. Взрослым мужикам было лет по 12, и тот, у которого была татуировка на руке, сказал «пусть шкет без прописки заезжает».
В угловой четырехместной палате было четыре окна, поэтому между процедурами было на что посмотреть, я лежал на койке и слушал дискуссии на темы «а не зашквар ли глотать кишку» и«что будет, если выпить свой желудочный сок».
В том возрасте я уже много читал и с удовольствием на фоне удивленного неудовольствия соседей осваивал их учебник по литературе для 5 класса.
Мужики в палате общались между собой просто и незатейливо, так что, помимо литературной школьной программы пятого класса, за месяц я вполне сносно усвоил еще и внешкольную разговорную. Я просто запоминал новые интересные слова, не особо заморачиваясь, что именно они означают.
Гордостью отделения был стоящий в холле рядом с ординаторской цветной телевизор. «Гостья из будущего» была снята всего лишь год назад, и ее показ был событием месяца. По этому поводу врачи даже перенесли время операции у одного из соседей. По-моему, его звали Артем.
В тот день в отделении дежурила Светлана Федоровна. Это сейчас я понимаю, что это была вовсе не медсестра, а маньяк и садист. Потому что только маньяк и садист мог со словами — «Все! Тихий час!» — подойти и выключить телевизор на середине серии.
Дети возмущенно загалдели, а во мне первый раз проснулось самосознание. Правил бойцовского клуба я еще тогда не знал, поэтому звонким детским голосом спросил: «Светлана Федоровна, ну можно мы еще чуть-чуть посмотрим? Ну что вы как залупа конская?».
Ничего обидного в этом слове не было, соседи по палате часто так друг друга называли, особенно когда кто-то жадничал, а вот Светлана Федоровна почему-то обиделась. Поэтому у нее потом дергался глазик, а у меня сильно болело ухо.
А как вас в жизни подставляли?
Страница 2 из 2
