Мой коллега Кирилл недавно рассказал историю, приключившуюся с ним в начале 2000-х. Он только что окончил университет и снимал квартиру на четвёртом этаже в московском доме-сталинке недалеко от работы.
Добавить в моё избранное
6 мин, 26 сек 11077
Семьёй Кирилл тогда ещё не обзавёлся, зато успел приобрести новый продвинутый компьютер, на который копил год.
Пару раз в неделю к нему заглядывал однокурсник Мишка — попить пива и поиграть в компьютерные игры на новой технике.
— В тот раз Мишка приехал чуть навеселе, — вспоминал Кирилл. — Вынул из рюкзака диск с новой игрушкой и бутылок пять пива. Мы налили по кружке и сели за компьютер. А потом вышли на балкон покурить.
Наш дом стоял очень близко к соседним, метрах в двадцати. Иногда по вечерам даже было слышно, как соседи из дома напротив переговариваются на кухнях.
Мишка слегка толкнул меня и показал рукой в сторону.
— Смотри, старушка дымит. Божий одуванчик!
На балконе дома напротив стояла древняя бабушка с сигаретой в длинном мундштуке. Я часто видел её, когда выходил покурить. Несмотря на возраст, бабуся всегда отправлялась на балкон при полном параде — нарумяненная, с ярко накрашенными губами и обязательно в чёрной блузке с брошкой. В её пепельных волосах блестел белый цветок — по-видимому, старинная заколка с камнями.
— Человек прежней формации, — кивнул я. — Мундштук, румяна…
— И как только дед отпускает её одну? — спросил Мишка и заржал. — Столько глаз вокруг. Ведь уведут!
Я дёрнул его за рукав.
— Тише ты, здесь же всё слышно! Неудобно.
— Перед кем? — удивился Мишка. — Перед бабкой, что ли? Привет, бабуля! — он махнул рукой пожилой женщине. — Огоньку не найдётся?
Бабка продолжала дымить, не обращая на Мишкины слова никакого внимания.
Я еле затащил приятеля обратно в комнату.
— Хорош уже! Тебе, конечно, плевать, а мне здесь ещё жить.
Эта история почти забылась. Мишка всё так же регулярно заезжал ко мне. Бабка с той же регулярностью выходила на балкон посмолить, но теперь мой приятель почти не обращал на неё внимания. Мы болтали о зарплатах, бабах, новых компьютерах. Изредка друг бросал на старушку косые взгляды и ворчал: «Ну надо же, одной ногой в могиле, а всё ещё дымит как паровоз». Однажды не вытерпел, крикнул соседке:
— Бабка, кончай курить! Займись здоровым образом жизни!
Та невозмутимо молчала, попыхивая сигаретой. У меня даже закралась мысль: а может, она просто туга на ухо?
В тот день ко мне снова заглянул Мишка. Мы вышли на перекур, бабуля с мундштуком уже сидела на табуретке на своём балконе.
— Да по ней хоть часы сверяй, — смеясь, сказал Мишка. — Она ещё нас с тобой переживёт!
Не знаю, слышала ли бабка Мишкины слова, но в тот же момент она резко вытряхнула мундштук, развернулась и ушла с балкона.
Мишка картинно всплеснул руками.
— Надо же, обиделась, проняло её. Моя бабушка курит трубку! — крикнул он вдогонку. — Трубку курит бабушка моя!
— Прекрати уже, — осадил я приятеля. — Кто-нибудь стукнет моей хозяйке, что я дебоши устраиваю, и всё — прощай, квартира.
Когда совсем стемнело, мы вышли ещё раз покурить. В доме напротив произошли изменения: бабкина гостиная, где раньше еле тлел тусклый жёлтый огонёк лампочки, теперь была залита едким синим светом.
— Похоже, у бабки ремонт начался, — предположил я.
— Или дискотека, — рассмеялся Мишка. — А может, бабка — маньяк? Препарирует трупы жертв под ультрафиолетовыми лампами.
Странный синий свет загорался в бабкиной квартире несколько вечеров подряд, потом перестал. Пожилая хозяйка тоже не показывалась на балконе. «Неужели съехала? — терялся я в догадках. — Или умерла?».
Иногда меня подмывало узнать, что же теперь происходит в её квартире. И если бабушка съехала со своими портьерами, то кто теперь является хозяином её апартаментов?
Через полгода Мишка купил машину, подержанный «Рено». Он долго ходил вокруг иномарки кругами, приезжал смотреть авто со знакомым автослесарем, придирчиво осматривал днище, но окончательно его сомнения так и не рассеялись. И всё же решил брать — уж больно соблазнительной показалась цена.
Как-то осенью Мишка уговорил меня махнуть к нему на дачу — помочь отвезти стальные листы для монтажа то ли газовой колонки, то ли бойлерной. Договорились съездить на выходных.
В конце недели я, как обычно, вечером вышел покурить на балкон и вдруг в лиловых сумерках заметил знакомый силуэт. Бабушка! Она снова сидела на балконе на своей старой табуретке, при полном параде — правда, почему-то без мундштука. Я даже обрадовался: надо же, почти похоронил старушку, а она пережила апокалиптический ремонт и вернулась в свою обитель.
Я собрался уходить в комнату, но тут случилось странное. Бабушка посмотрела прямо на меня и вдруг погрозила пальчиком. А потом медленно ушла, растворившись в глубине квартиры. Какое-то время я стоял, думая: а не померещилось ли мне всё это? Но потом начал готовиться к поездке.
Мишка заехал рано утром.
— Давай быстро глотнём чаю и поедем, — он взглянул на часы.
Пару раз в неделю к нему заглядывал однокурсник Мишка — попить пива и поиграть в компьютерные игры на новой технике.
— В тот раз Мишка приехал чуть навеселе, — вспоминал Кирилл. — Вынул из рюкзака диск с новой игрушкой и бутылок пять пива. Мы налили по кружке и сели за компьютер. А потом вышли на балкон покурить.
Наш дом стоял очень близко к соседним, метрах в двадцати. Иногда по вечерам даже было слышно, как соседи из дома напротив переговариваются на кухнях.
Мишка слегка толкнул меня и показал рукой в сторону.
— Смотри, старушка дымит. Божий одуванчик!
На балконе дома напротив стояла древняя бабушка с сигаретой в длинном мундштуке. Я часто видел её, когда выходил покурить. Несмотря на возраст, бабуся всегда отправлялась на балкон при полном параде — нарумяненная, с ярко накрашенными губами и обязательно в чёрной блузке с брошкой. В её пепельных волосах блестел белый цветок — по-видимому, старинная заколка с камнями.
— Человек прежней формации, — кивнул я. — Мундштук, румяна…
— И как только дед отпускает её одну? — спросил Мишка и заржал. — Столько глаз вокруг. Ведь уведут!
Я дёрнул его за рукав.
— Тише ты, здесь же всё слышно! Неудобно.
— Перед кем? — удивился Мишка. — Перед бабкой, что ли? Привет, бабуля! — он махнул рукой пожилой женщине. — Огоньку не найдётся?
Бабка продолжала дымить, не обращая на Мишкины слова никакого внимания.
Я еле затащил приятеля обратно в комнату.
— Хорош уже! Тебе, конечно, плевать, а мне здесь ещё жить.
Эта история почти забылась. Мишка всё так же регулярно заезжал ко мне. Бабка с той же регулярностью выходила на балкон посмолить, но теперь мой приятель почти не обращал на неё внимания. Мы болтали о зарплатах, бабах, новых компьютерах. Изредка друг бросал на старушку косые взгляды и ворчал: «Ну надо же, одной ногой в могиле, а всё ещё дымит как паровоз». Однажды не вытерпел, крикнул соседке:
— Бабка, кончай курить! Займись здоровым образом жизни!
Та невозмутимо молчала, попыхивая сигаретой. У меня даже закралась мысль: а может, она просто туга на ухо?
В тот день ко мне снова заглянул Мишка. Мы вышли на перекур, бабуля с мундштуком уже сидела на табуретке на своём балконе.
— Да по ней хоть часы сверяй, — смеясь, сказал Мишка. — Она ещё нас с тобой переживёт!
Не знаю, слышала ли бабка Мишкины слова, но в тот же момент она резко вытряхнула мундштук, развернулась и ушла с балкона.
Мишка картинно всплеснул руками.
— Надо же, обиделась, проняло её. Моя бабушка курит трубку! — крикнул он вдогонку. — Трубку курит бабушка моя!
— Прекрати уже, — осадил я приятеля. — Кто-нибудь стукнет моей хозяйке, что я дебоши устраиваю, и всё — прощай, квартира.
Когда совсем стемнело, мы вышли ещё раз покурить. В доме напротив произошли изменения: бабкина гостиная, где раньше еле тлел тусклый жёлтый огонёк лампочки, теперь была залита едким синим светом.
— Похоже, у бабки ремонт начался, — предположил я.
— Или дискотека, — рассмеялся Мишка. — А может, бабка — маньяк? Препарирует трупы жертв под ультрафиолетовыми лампами.
Странный синий свет загорался в бабкиной квартире несколько вечеров подряд, потом перестал. Пожилая хозяйка тоже не показывалась на балконе. «Неужели съехала? — терялся я в догадках. — Или умерла?».
Иногда меня подмывало узнать, что же теперь происходит в её квартире. И если бабушка съехала со своими портьерами, то кто теперь является хозяином её апартаментов?
Через полгода Мишка купил машину, подержанный «Рено». Он долго ходил вокруг иномарки кругами, приезжал смотреть авто со знакомым автослесарем, придирчиво осматривал днище, но окончательно его сомнения так и не рассеялись. И всё же решил брать — уж больно соблазнительной показалась цена.
Как-то осенью Мишка уговорил меня махнуть к нему на дачу — помочь отвезти стальные листы для монтажа то ли газовой колонки, то ли бойлерной. Договорились съездить на выходных.
В конце недели я, как обычно, вечером вышел покурить на балкон и вдруг в лиловых сумерках заметил знакомый силуэт. Бабушка! Она снова сидела на балконе на своей старой табуретке, при полном параде — правда, почему-то без мундштука. Я даже обрадовался: надо же, почти похоронил старушку, а она пережила апокалиптический ремонт и вернулась в свою обитель.
Я собрался уходить в комнату, но тут случилось странное. Бабушка посмотрела прямо на меня и вдруг погрозила пальчиком. А потом медленно ушла, растворившись в глубине квартиры. Какое-то время я стоял, думая: а не померещилось ли мне всё это? Но потом начал готовиться к поездке.
Мишка заехал рано утром.
— Давай быстро глотнём чаю и поедем, — он взглянул на часы.
Страница 1 из 2
