Фандом: Песнь Льда и Огня. В 233 г. от в.э. погибает король Мейкар Таргариен, не назначив наследника. После его смерти собирается Великий Совет, в ходе которого перед королевским десницей встает непростой выбор…
Добавить в моё избранное
20 мин, 31 сек 7499
— Я могу поговорить с вами наедине?
Бета замялась на долю мгновения, но коротко кивнула. Леди стайкой пестрых птиц выпорхнули прочь; Дункан Высокий собрался было притворить за ними дверь, но Бринден жестом остановил его:
— Нет, сир Дункан. Войдите, речь пойдет и о вас тоже.
— Обо мне, милорд?
— Вы позволите, ваше высочество? — Бринден тяжело опустился в резное дубовое кресло. — Сир Дункан, вы охраняли ее высочество с семьей с самого отъезда короля — только вы, никто другой из Королевской Гвардии, — тот и впрямь не отлучался от покоев принцессы ни днем, ни ночью; даже ел и спал, кажется, в небольшой комнатушке в двух шагах от дверей, словно еще не старый, но верный пес. — Полагаю, принц Эйгон поручил вам это?
— Да, это Эгг… то есть, я хотел сказать, его высочество приказал мне не отходить от миледи Беты и ребятишек ни на шаг.
Бринден кивнул.
— Мне хотелось бы, чтобы вы оставались щитом их высочеств до избрания нового короля, сир. Охрана в коридорах возле комнат миледи Беты будет усилена; также к замковой страже присоединятся мои Вороньи Клыки, однако…
— Но зачем это все? — подала голос Бета. Все это время она сидела, нервно комкая в руках платок и переводя взгляд с рыцаря на десницу и обратно. — Усиленная охрана, ваша личная гвардия… Эйгона любят в народе — кому понадобится нападать на его семью?
— Вашего мужа любят в народе, миледи, — с нажимом произнес Бринден. — Но не среди знати — по крайней мере, не все. Вы понимаете, о чем я?
Бета побледнела.
— У вашего деверя остался маленький сын. Править регентом при младенце куда удобнее, чем иметь на троне короля, у которого существует свой личный взгляд на порядок в стране — в том числе и на власть лордов в их собственных землях. Если кому-то взбредет в голову убрать нежелательного претендента на престол — поверьте, только принцем Эйгоном они не ограничатся. Я не пугаю вас, ваше высочество — я просто показываю вам ваше нынешнее положение.
— Быть может, миледи лучше уехать? — нахмурился сир Дункан. — В Рейвентри толстые стены…
— Вы полагаете, сир, до Рейвентри убийцы не доберутся? — саркастично поинтересовался Бринден. — Вряд ли недовольные будут осаждать замок, где скроется семья принца — скорее уж подошлют того, кто сделает все быстро и тихо. Кроме того, в Рейвентри я не смогу обеспечить должную охрану их высочеств.
А еще отъезд семьи одного из претендентов означает бессилие этого претендента перед всеми прочими, мысленно прибавил он про себя. Эйгону не нужен трон, но трону нужен Эйгон. И Бета это прекрасно понимает.
— Мое место — рядом с моим лордом-мужем, сир, — твердо сказала принцесса. — Эйгон вернется в Красный Замок как только закончит с мятежниками, а значит, мне следует остаться.
— А ваше место — подле ее высочества, — подытожил Бринден. — Постарайтесь облегчить сиру Дункану задачу, миледи, и никуда не выходить по возможности — разве что в богорощу.
Бета вновь кивнула — растерянная, даже испуганная, но не подающая виду. Ты будешь королевой — одной из лучших королев, быть может, хотел сказать ей Бринден, но вместо этого приложился к длиннопалой, пахнущей лимонами руке принцессы.
— Держись, девочка, — шепнул он ей едва слышно. — Ради мужа и государства.
— Я буду, дядя Брин, — так же тихо ответила она.
Одним делом меньше. Теперь следовало переговорить с великим мейстером.
Великий мейстер Люцион переминался с ноги на ногу на пороге покоев Бриндена точно школяр из Цитадели перед экзаменом у строгого наставника. Бринден едва сдержал усмешку — Люцион боялся его до дрожи в коленях. Боялся и ненавидел, особенно из-за увлечения тайными знаниями, которых не мог, да и не желал постичь.
— Я пригласил вас, великий мейстер, чтобы обсудить кое-какие вопросы, касающиеся как ныне покойного короля Мейкара, так и будущего короля. Вина?
— О, нет, благодарю вас, милорд десница…
Боится, что отравлю, понял Бринден и вновь едва удержался от того, чтобы ухмыльнуться — на этот раз с куда большим трудом.
— Тело короля Мейкара все еще находится в Звездном Пике, — неторопливо начал он. — Нужно перевезти его в столицу и похоронить, как подобает.
— Да, милорд. Я пошлю ворона…
— … и как можно скорее, — закончил Бринден. — Очень кстати, что вы заговорили о воронах, великий мейстер. Сколько всего их у вас сейчас?
Люцеон недоуменно заморгал:
— Около тридцати, м-милорд. Еще десять я обучаю — на замену старым.
— Скверно. Этого мало.
— Мало, милорд?
Бринден отвернулся к окну. Купол Великой септы Бейлора переливался всеми цветами радуги в лучах полуденного солнца; где-то внизу мельтешили букашки-люди — некоторые из них сбивались в группы, но через короткое время расходились только для того, чтобы сбиться в новые группы. Волнуются, гадают, сплетничают…
Бета замялась на долю мгновения, но коротко кивнула. Леди стайкой пестрых птиц выпорхнули прочь; Дункан Высокий собрался было притворить за ними дверь, но Бринден жестом остановил его:
— Нет, сир Дункан. Войдите, речь пойдет и о вас тоже.
— Обо мне, милорд?
— Вы позволите, ваше высочество? — Бринден тяжело опустился в резное дубовое кресло. — Сир Дункан, вы охраняли ее высочество с семьей с самого отъезда короля — только вы, никто другой из Королевской Гвардии, — тот и впрямь не отлучался от покоев принцессы ни днем, ни ночью; даже ел и спал, кажется, в небольшой комнатушке в двух шагах от дверей, словно еще не старый, но верный пес. — Полагаю, принц Эйгон поручил вам это?
— Да, это Эгг… то есть, я хотел сказать, его высочество приказал мне не отходить от миледи Беты и ребятишек ни на шаг.
Бринден кивнул.
— Мне хотелось бы, чтобы вы оставались щитом их высочеств до избрания нового короля, сир. Охрана в коридорах возле комнат миледи Беты будет усилена; также к замковой страже присоединятся мои Вороньи Клыки, однако…
— Но зачем это все? — подала голос Бета. Все это время она сидела, нервно комкая в руках платок и переводя взгляд с рыцаря на десницу и обратно. — Усиленная охрана, ваша личная гвардия… Эйгона любят в народе — кому понадобится нападать на его семью?
— Вашего мужа любят в народе, миледи, — с нажимом произнес Бринден. — Но не среди знати — по крайней мере, не все. Вы понимаете, о чем я?
Бета побледнела.
— У вашего деверя остался маленький сын. Править регентом при младенце куда удобнее, чем иметь на троне короля, у которого существует свой личный взгляд на порядок в стране — в том числе и на власть лордов в их собственных землях. Если кому-то взбредет в голову убрать нежелательного претендента на престол — поверьте, только принцем Эйгоном они не ограничатся. Я не пугаю вас, ваше высочество — я просто показываю вам ваше нынешнее положение.
— Быть может, миледи лучше уехать? — нахмурился сир Дункан. — В Рейвентри толстые стены…
— Вы полагаете, сир, до Рейвентри убийцы не доберутся? — саркастично поинтересовался Бринден. — Вряд ли недовольные будут осаждать замок, где скроется семья принца — скорее уж подошлют того, кто сделает все быстро и тихо. Кроме того, в Рейвентри я не смогу обеспечить должную охрану их высочеств.
А еще отъезд семьи одного из претендентов означает бессилие этого претендента перед всеми прочими, мысленно прибавил он про себя. Эйгону не нужен трон, но трону нужен Эйгон. И Бета это прекрасно понимает.
— Мое место — рядом с моим лордом-мужем, сир, — твердо сказала принцесса. — Эйгон вернется в Красный Замок как только закончит с мятежниками, а значит, мне следует остаться.
— А ваше место — подле ее высочества, — подытожил Бринден. — Постарайтесь облегчить сиру Дункану задачу, миледи, и никуда не выходить по возможности — разве что в богорощу.
Бета вновь кивнула — растерянная, даже испуганная, но не подающая виду. Ты будешь королевой — одной из лучших королев, быть может, хотел сказать ей Бринден, но вместо этого приложился к длиннопалой, пахнущей лимонами руке принцессы.
— Держись, девочка, — шепнул он ей едва слышно. — Ради мужа и государства.
— Я буду, дядя Брин, — так же тихо ответила она.
Одним делом меньше. Теперь следовало переговорить с великим мейстером.
Великий мейстер Люцион переминался с ноги на ногу на пороге покоев Бриндена точно школяр из Цитадели перед экзаменом у строгого наставника. Бринден едва сдержал усмешку — Люцион боялся его до дрожи в коленях. Боялся и ненавидел, особенно из-за увлечения тайными знаниями, которых не мог, да и не желал постичь.
— Я пригласил вас, великий мейстер, чтобы обсудить кое-какие вопросы, касающиеся как ныне покойного короля Мейкара, так и будущего короля. Вина?
— О, нет, благодарю вас, милорд десница…
Боится, что отравлю, понял Бринден и вновь едва удержался от того, чтобы ухмыльнуться — на этот раз с куда большим трудом.
— Тело короля Мейкара все еще находится в Звездном Пике, — неторопливо начал он. — Нужно перевезти его в столицу и похоронить, как подобает.
— Да, милорд. Я пошлю ворона…
— … и как можно скорее, — закончил Бринден. — Очень кстати, что вы заговорили о воронах, великий мейстер. Сколько всего их у вас сейчас?
Люцеон недоуменно заморгал:
— Около тридцати, м-милорд. Еще десять я обучаю — на замену старым.
— Скверно. Этого мало.
— Мало, милорд?
Бринден отвернулся к окну. Купол Великой септы Бейлора переливался всеми цветами радуги в лучах полуденного солнца; где-то внизу мельтешили букашки-люди — некоторые из них сбивались в группы, но через короткое время расходились только для того, чтобы сбиться в новые группы. Волнуются, гадают, сплетничают…
Страница 2 из 6
