На улице царила тьма. Тьма, присущая не только ночи, но и человеческой душе. Тьма, в которой нашло пристанище существо, бывшее некогда человеком, однако теперь кроме внешности не имеющее с ним ничего общего. Существо это уподобилось скорее зверю, хищнику, для которого город — его личные охотничьи угодья, в которых 700 000 голов дичи. Он коварен, ужасен и хитер, словно черт. Убийства для него — игра, а человеческие страдания и муки — развлечение…
Добавить в моё избранное
11 мин, 43 сек 10436
Только теперь девушка осознала, что привязана к старому операционному столу, а ее конечности и голова крепко зафиксированы, а все потуги шевельнуться не принесли результата.
Справа от операционного стола, к которому она была намертво привязана, девушка заметила небольшой столик на колесиках, на нем лежали приборы, назначение которых ей было известно: скальпель, ржавые пассатижи, большой охотничий нож и многое другое. Все орудия маньяка были испачканы засохшей кровью, от этой картины девушку затошнило, и она резко отвернулась. У стены слева полулежа, находились два тела. Их можно было бы спутать с двумя знакомыми, которые крепко «надрались» и забылись алкогольным сном у стены, если бы не глубокие раны, покрывающие тела обоих. В нос девушки тут же ударил мерзкий трупный запах. Еще одно отличие этих парней от пьяниц. Девушка захотела закричать, так громко, как только может, и сделала бы это, если бы не кляп у нее во рту, который превратил ее крик в приглушенное жалобное мычание.
Вдруг за дверью, что находилась напротив девушки, раздался скрежет. После недолгой паузы он повторился. Дверь медленно с жутким скрипом открылась. Из сумрака в комнату вошел крупных размеров мужчина, одетый во все черное. Лицо и голова были скрыты черным мешком, напоминающим маску палача.
Здоровяк в маске медленно приблизился к девушке и взял со столика нож.
— Я вытащу кляп. — Сказал убийца низким голосом, от звука которого даже крысы прекратили свои бои и умолкли. — Если попытаешься закричать, я отрежу тебе палец. Ты меня поняла? — Девушка, тяжело дыша, кивнула. От слез ее тушь потекла, нарисовав на ее лице темные ручейки.
Мужчина медленно достал кляп изо рта девушки. Она заметила, что большая часть кисти его руки покрыта засохшей кровью.
— У тебя есть два варианта. Первый — я работаю над тобой, после чего ты отправляешься к этим парням, — кончиком ножа она указал на бедолаг у стены. Второй — я даю тебе телефон, и ты звонишь человеку, которого знаешь лично, зачитываешь текст с карточки, отправляешься домой и живешь с осознанием того, что ты убила человека.
— Пожалуйста, — взмолила девушка, — не надо. — Сквозь слезы, этого психа она видела размыто. Хоть какой-то плюс, ведь вид этой маски наводил на нее непередаваемый ужас.
— Выбирай! — Закричал здоровяк. — И слезы оставь на потом. Если ты не сделаешь выбор, то я сделаю его за тебя, и не думаю, что он тебе понравится.
— Хорошо, ладно! Я позвоню… — Поток слез увеличился, а рыдания и всхлипы заполняли всю комнату.
Девушка знала, чей номер ей следует набрать. Она позвонит своей школьной подруге, с которой она время от времени общалась после окончания школы. Она всегда завидовала ее красоте и ее неотразимым светло-русым волосам, завидовала черной завистью, но каждый раз улыбалась при встрече. Да, если и стоит кому-то занять ее место, то белокурая сука подойдет как нельзя лучше. Только жаль кота, которому придется проститься с хозяйкой.
— Ты уверена, что твоя жизнь дороже того, кого ты хочешь убить? Что ж, дело твое. Сейчас я принесу телефон, но сперва я помечу тебя. Все должны знать, какой ценой тебе досталась жизнь. В том числе и ты. Не хочу, чтобы ты это забыла.
— Стойте! Что значит «помечу»?! — У девушки было еще много вопросов, но кляп вернулся в ее рот.
Палач взял со столика скальпель и повернулся к девушке, глаза которой панически бегали из стороны в сторону. А затем он аккуратно, со взглядом художника, оценивающего свой шедевр, вырезал на лбу напуганной и вопящей от боли девушки слово «убийца».
— А теперь я принесу тебе телефон.
Знакомыми переулками Дмитрий возвращался домой из боулинг-клуба, в котором в кругу друзей проводил каждый вечер пятницы. Наступала ночь, и улицы освещались лишь фонарями. Дом Димы находился всего в паре кварталов от боулинга и поэтому парень предпочел не тратиться на такси, а прогуляться пешком.
Машинально свернув в нужный переулок и пройдя с десяток шагов, парень услышал за спиной возню, он попытался обернуться, но тут что-то острое вонзилось в его шею и кто-то крепко обхватил его туловище. Рука Дмитрия рефлекторно метнулась к шее и выбила острый предмет из руки нападавшего. Затем он попытался высвободиться из захвата, но сила быстро покидала его тело, а разум уже уносился куда-то далеко, в темноту. Все произошло быстро. Девочка лет шести, наблюдавшая из окна за тем, как большой человек в маске отработанным движением закидывал другого человека в грузовик, закрыла рот ладонью и скрылась в комнате, когда здоровяк резко посмотрел на нее холодным, пронизывающим насквозь взглядом.
Сознание вернулось к Диме, когда его на платформенной тележке катили по темному, полуразрушенному коридору, где у стен тут и там небольшими горками лежали облупившаяся краска и куски бетона. Дима не мог пошевелиться, он не чувствовал свое тело.
Справа от операционного стола, к которому она была намертво привязана, девушка заметила небольшой столик на колесиках, на нем лежали приборы, назначение которых ей было известно: скальпель, ржавые пассатижи, большой охотничий нож и многое другое. Все орудия маньяка были испачканы засохшей кровью, от этой картины девушку затошнило, и она резко отвернулась. У стены слева полулежа, находились два тела. Их можно было бы спутать с двумя знакомыми, которые крепко «надрались» и забылись алкогольным сном у стены, если бы не глубокие раны, покрывающие тела обоих. В нос девушки тут же ударил мерзкий трупный запах. Еще одно отличие этих парней от пьяниц. Девушка захотела закричать, так громко, как только может, и сделала бы это, если бы не кляп у нее во рту, который превратил ее крик в приглушенное жалобное мычание.
Вдруг за дверью, что находилась напротив девушки, раздался скрежет. После недолгой паузы он повторился. Дверь медленно с жутким скрипом открылась. Из сумрака в комнату вошел крупных размеров мужчина, одетый во все черное. Лицо и голова были скрыты черным мешком, напоминающим маску палача.
Здоровяк в маске медленно приблизился к девушке и взял со столика нож.
— Я вытащу кляп. — Сказал убийца низким голосом, от звука которого даже крысы прекратили свои бои и умолкли. — Если попытаешься закричать, я отрежу тебе палец. Ты меня поняла? — Девушка, тяжело дыша, кивнула. От слез ее тушь потекла, нарисовав на ее лице темные ручейки.
Мужчина медленно достал кляп изо рта девушки. Она заметила, что большая часть кисти его руки покрыта засохшей кровью.
— У тебя есть два варианта. Первый — я работаю над тобой, после чего ты отправляешься к этим парням, — кончиком ножа она указал на бедолаг у стены. Второй — я даю тебе телефон, и ты звонишь человеку, которого знаешь лично, зачитываешь текст с карточки, отправляешься домой и живешь с осознанием того, что ты убила человека.
— Пожалуйста, — взмолила девушка, — не надо. — Сквозь слезы, этого психа она видела размыто. Хоть какой-то плюс, ведь вид этой маски наводил на нее непередаваемый ужас.
— Выбирай! — Закричал здоровяк. — И слезы оставь на потом. Если ты не сделаешь выбор, то я сделаю его за тебя, и не думаю, что он тебе понравится.
— Хорошо, ладно! Я позвоню… — Поток слез увеличился, а рыдания и всхлипы заполняли всю комнату.
Девушка знала, чей номер ей следует набрать. Она позвонит своей школьной подруге, с которой она время от времени общалась после окончания школы. Она всегда завидовала ее красоте и ее неотразимым светло-русым волосам, завидовала черной завистью, но каждый раз улыбалась при встрече. Да, если и стоит кому-то занять ее место, то белокурая сука подойдет как нельзя лучше. Только жаль кота, которому придется проститься с хозяйкой.
— Ты уверена, что твоя жизнь дороже того, кого ты хочешь убить? Что ж, дело твое. Сейчас я принесу телефон, но сперва я помечу тебя. Все должны знать, какой ценой тебе досталась жизнь. В том числе и ты. Не хочу, чтобы ты это забыла.
— Стойте! Что значит «помечу»?! — У девушки было еще много вопросов, но кляп вернулся в ее рот.
Палач взял со столика скальпель и повернулся к девушке, глаза которой панически бегали из стороны в сторону. А затем он аккуратно, со взглядом художника, оценивающего свой шедевр, вырезал на лбу напуганной и вопящей от боли девушки слово «убийца».
— А теперь я принесу тебе телефон.
Знакомыми переулками Дмитрий возвращался домой из боулинг-клуба, в котором в кругу друзей проводил каждый вечер пятницы. Наступала ночь, и улицы освещались лишь фонарями. Дом Димы находился всего в паре кварталов от боулинга и поэтому парень предпочел не тратиться на такси, а прогуляться пешком.
Машинально свернув в нужный переулок и пройдя с десяток шагов, парень услышал за спиной возню, он попытался обернуться, но тут что-то острое вонзилось в его шею и кто-то крепко обхватил его туловище. Рука Дмитрия рефлекторно метнулась к шее и выбила острый предмет из руки нападавшего. Затем он попытался высвободиться из захвата, но сила быстро покидала его тело, а разум уже уносился куда-то далеко, в темноту. Все произошло быстро. Девочка лет шести, наблюдавшая из окна за тем, как большой человек в маске отработанным движением закидывал другого человека в грузовик, закрыла рот ладонью и скрылась в комнате, когда здоровяк резко посмотрел на нее холодным, пронизывающим насквозь взглядом.
Сознание вернулось к Диме, когда его на платформенной тележке катили по темному, полуразрушенному коридору, где у стен тут и там небольшими горками лежали облупившаяся краска и куски бетона. Дима не мог пошевелиться, он не чувствовал свое тело.
Страница 2 из 4
