Фандом: Star Trek. Эта вселенная очень похожа на ту, которая была родной Споку. Несмотря на все различия, потому что главное в них обеих остаётся неизменным.
Добавить в моё избранное
2 мин, 12 сек 15457
Их миры — при всей невероятной схожести — всё же можно было различить, лишь немного приглядевшись к вроде бы знакомым пейзажам.
Перестроенная многострадальная штаб-квартира Звёздного флота, тем не менее, навевала воспоминания, принадлежавшие совсем не этой жизни.
Можно было бы предположить, что Спок, пришелец из иной реальности, избегал таких мест, но правда заключалась в том, что он нарочно удерживал себя от визитов на Землю.
Подвернувшимся поводом он воспользовался — вполне по-человечески — с радостью.
Ещё проходя по коридору, Спок заприметил знакомую фигуру и слегка улыбнулся. Другой мир и другое время оставили свои следы в их душах, но не изгладили натуры столь близких ему людей.
— Доктор, я надеялся вас застать.
Маккой — юный даже по сравнению с самыми давними воспоминаниями Спока — вскинул бровь:
— Не могу сказать, что рассчитывал на встречу, посол.
Спок чуть склонил голову, будто размышляя:
— Я полагаю, это в человеческой традиции — осведомляться о здоровье близких, переживших сложную ситуацию.
Маккой, кажется, удивлённо моргнул, но кивнул, жестом приглашая его войти:
— Джим будет рад. Прошу, посол.
— Долгой жизни и процветания, мой друг, — Спок поднял руку в приветствии. Джим, лежавший на кровати, ещё бледный, но уже вполне живой, приподнялся в ответ.
— Как ты оцениваешь наше решение? — тут же поинтересовался он. Краем глаза Спок заметил, как Маккой возвёл очи горе и взялся за трикодер.
— Предпочтительнее было бы избежать смерти, пусть и в качестве временного явления, однако… — Спок приподнял брови, — я бы непозволительно слукавил, если бы не поставил вам высший балл, капитан.
Мог ли он, в самом деле, осуждать Джима за некогда принятое им самим решение?
За спиной со свистом открылась дверь, и он позволил себе улыбнуться:
— Мистер Спок.
— Мистер Спок, — вошедший почтительно замер и по очереди обвёл взглядом присутствующих:
— Капитан. Доктор.
— Невероятно, — вполголоса пробормотал Маккой, мотнув головой. — Хотя чему я удивляюсь.
— Боунз, не делай вид, что ты не торчишь здесь специально, — поддел друга Джим. Младший двойник Спока неуловимо изменился в лице, выражая всем своим видом явное непонимание.
— У вас хорошая команда, — заметил Спок с серьёзностью, проницательно оглядывая троицу.
В сердце совсем не по-вулкански потянуло сладостной тоской. Дети — кем они могли быть ещё для него? Дети, которым не дано повторить путь его друзей, но которым предстоит, может быть, больше.
Спок был достаточно стар, чтобы отдавать себе полный отчёт в собственных действиях и чувствах. Желание защитить этих детей, юных, других, столь похожих на них и таких отличных, было нелогичным и, разумеется, ему не стоило потакать. Но оно отдавалось внутри тёплым отзвуком.
На мгновение он прикрыл глаза, и память немедленно вытащила на поверхность образ мостика родного корабля.
«Ты был прав, мой старый друг, — в его мыслях улыбался непобедимый Джим Кирк и ворчал неутомимый Леонард Маккой. — И хоть логика вселенной мне до сих пор не ясна до конца, полагаю, наша история не закончена».
Перестроенная многострадальная штаб-квартира Звёздного флота, тем не менее, навевала воспоминания, принадлежавшие совсем не этой жизни.
Можно было бы предположить, что Спок, пришелец из иной реальности, избегал таких мест, но правда заключалась в том, что он нарочно удерживал себя от визитов на Землю.
Подвернувшимся поводом он воспользовался — вполне по-человечески — с радостью.
Ещё проходя по коридору, Спок заприметил знакомую фигуру и слегка улыбнулся. Другой мир и другое время оставили свои следы в их душах, но не изгладили натуры столь близких ему людей.
— Доктор, я надеялся вас застать.
Маккой — юный даже по сравнению с самыми давними воспоминаниями Спока — вскинул бровь:
— Не могу сказать, что рассчитывал на встречу, посол.
Спок чуть склонил голову, будто размышляя:
— Я полагаю, это в человеческой традиции — осведомляться о здоровье близких, переживших сложную ситуацию.
Маккой, кажется, удивлённо моргнул, но кивнул, жестом приглашая его войти:
— Джим будет рад. Прошу, посол.
— Долгой жизни и процветания, мой друг, — Спок поднял руку в приветствии. Джим, лежавший на кровати, ещё бледный, но уже вполне живой, приподнялся в ответ.
— Как ты оцениваешь наше решение? — тут же поинтересовался он. Краем глаза Спок заметил, как Маккой возвёл очи горе и взялся за трикодер.
— Предпочтительнее было бы избежать смерти, пусть и в качестве временного явления, однако… — Спок приподнял брови, — я бы непозволительно слукавил, если бы не поставил вам высший балл, капитан.
Мог ли он, в самом деле, осуждать Джима за некогда принятое им самим решение?
За спиной со свистом открылась дверь, и он позволил себе улыбнуться:
— Мистер Спок.
— Мистер Спок, — вошедший почтительно замер и по очереди обвёл взглядом присутствующих:
— Капитан. Доктор.
— Невероятно, — вполголоса пробормотал Маккой, мотнув головой. — Хотя чему я удивляюсь.
— Боунз, не делай вид, что ты не торчишь здесь специально, — поддел друга Джим. Младший двойник Спока неуловимо изменился в лице, выражая всем своим видом явное непонимание.
— У вас хорошая команда, — заметил Спок с серьёзностью, проницательно оглядывая троицу.
В сердце совсем не по-вулкански потянуло сладостной тоской. Дети — кем они могли быть ещё для него? Дети, которым не дано повторить путь его друзей, но которым предстоит, может быть, больше.
Спок был достаточно стар, чтобы отдавать себе полный отчёт в собственных действиях и чувствах. Желание защитить этих детей, юных, других, столь похожих на них и таких отличных, было нелогичным и, разумеется, ему не стоило потакать. Но оно отдавалось внутри тёплым отзвуком.
На мгновение он прикрыл глаза, и память немедленно вытащила на поверхность образ мостика родного корабля.
«Ты был прав, мой старый друг, — в его мыслях улыбался непобедимый Джим Кирк и ворчал неутомимый Леонард Маккой. — И хоть логика вселенной мне до сих пор не ясна до конца, полагаю, наша история не закончена».
