Фандом: Ориджиналы. Юный пилот, злоупотребляющий очень экзотичным финалом летного тренажера, получает предложение, от которого невозможно отказаться.
Добавить в моё избранное
99 мин, 51 сек 6734
— Это ты пока не знаешь… — начал док, но Лир на него шикнул и пнул железным коленом.
— Завтра узнаешь, — Лерой светло улыбнулся. И будешь отлично летать за меня.
Юноша опешил, но решил, что не хочет портить сюрприз ни себе, ни любовникам. — Хорошо, завтра. За тебя я вряд ли справлюсь… пока что, во всяком случае. Но возвращаться буду всегда, обещаю. Из самого дальнего далека. К вам… и к Джону. Но, сначала, все же к вам.
— Да, может, познакомишь нас когда-нибудь. На первой же побывке наконец покажу тебе мой дом, — Лерой вдруг прикусил губу, вздохнул и отвел взгляд. — Если… если конечно захочешь возвращаться.
— Это что-то поистине феноменальное должно быть, чтобы я не захотел возвращаться. Не знаю там… галактическая чума какая-нибудь. — Джеймс пожал плечами, как будто говоря о чем-то абстрактном. — Не знаю, парни, как вы себя видите, а для меня вы — моя семья.
— И ты для нас. Просто, это, мы, конечно, очень огорчимся, если ты вдруг решишь уйти, но выдержим, — роль мудрого учителя Лерою никогда не удавалась — сейчас все впечатление портили дрожащие губы. Он — прекрасный пилот — оставался никаким наставником и отвратительным актером.
— Из семьи просто так не уходят. И не просто так тоже. — Джимми обнял его за плечи крепко-крепко. — Лир, ну хватит. Я здесь. Я буду здесь завтра, послезавтра… и даже если… когда… когда я буду летать, я все равно буду думать о вас. И дрочить на вас.
— Вот это хорошая идея, — Майкл его сжал крепче за плечи, потерся о бедро, — я лично снова хочу трахаться, и, Лир, если ты своим минором все сорвешь…
— Это он специально, чтобы мы трахали не его, а тебя, — фыркнул Джеймс. — Вот увидишь, Лир, ты еще сам полетишь, я вообще мечтаю, чтобы мы вдвоем летали.
— Не трави душу, — хмыкнул Лир, мягко потянувшись, — и что, хочешь меня? Такого поломанного?
Он кивнул на шрамы, на синяки от контактов, на которые давил Док, и улыбнулся растерянно.
— Да. Такого… любого тебя хочу. Заверните, забираю. Потому что люблю, и вообще. — Его поцеловали чуть повыше пупка, а потом принялись поглаживать. — Со шрамами, поломанного, говорящего фигню… все равно люблю.
— Майк, у тебя появился юный единомышленник, — Лир застонал, выгнулся, — давай, что ли меня…
— Юный, пфф… я всего на пятнадцать лет вас младше. — Джимми пожал плечами. — И вообще… Майк, ты как хочешь, эти умелые губки или эту костлявую попу?
— Пожалуй… ты должен на нем отыграться. Так что я — за губы, — док провел по губам любимого, улыбнулся ему — не своей наглой обычной ухмылкой, а удивительно мягко.
— Ага… — Джимми цапнул тюбик с еще больше чем половиной смазки. — Лир, а ты как любишь давать, лежа на боку или стоя на карачках?
— Тебя это, наконец, заинтересовало? — Лир засмеялся, вздохнул, застонал — губы Майка лишали его самообладания. — Я вообще лицом вверх предпочитаю…
— Ну, так до того как-то все больше я давал, а не мне давали, вот и было не очень интересно, такая голая теория… а вот голая практика — это дело другое… — Тискай давай голую практику… голого практика, — Лир хмыкнул и снова застонал, запрокидывая голову.
Джеймс пристроился у него между ног, лаская и смазывая между ягодиц.
— Майк, а тебе-то будет удобно?
— Я привык, — Майка окончательно накрыло радостью, и смотрел он непривычно мягко, и даже громовой голос свой смирил до почти тихого мурлыканья. — Он обалденный, когда так сосет, не представляешь…
— Не представляю… обычно ты обо мне так говоришь, когда думаешь, что я уже уснул… — любовнику улыбнулись. — Но верю на слово.
— Попробуешь еще, — хмыкнул Майк, — а что, не спал?
— Заткнитесь и трахните меня, а? — взвыл негромко Лир, изгибаясь сильнее, — я не могу… я ж в прошлый раз не…
— Не кончил, — погладил его по головке члена Джимми. — Сейчас, не торопись. Сейчас все будет… — он заставил Лероя еще шире развести колени, и пристроился вплотную. — Я тебя очень хочу, — он приготовился впихнуть член в это восхитительно узкое отверстие, как только док первым начнет трахать рот Лира.
Док мурлыкал и мягко водил по губам своей головкой — его ужасно умиляло, как он приоткрывает их и молча, одними движениями просит вставить. И, наконец, не выдержал — двинулся осторожно внутрь, давая время привыкнуть.
По заглушенному всхлипу Джимми понял, что Лир готов, и сам толкнулся в него, стараясь не причинять боли. Впрочем, смазка и впрямь была хороша — он даже так ощущал, что это не просто любрикант. — Лир… ты такой секси… — прошептал он тихонько, придерживая любовника за бедра
На сей раз, получилось лучше. Лир между ними двумя был таким теплым, восхитительно твердым, упругим и — живым, что радовало больше всего. — Какой ты… — прошептал Джимми, вталкиваясь в его тело.
Лир запрокинул голову сильнее, принимая обоих, выстанывая невнятно, двигаясь между ними.
— Завтра узнаешь, — Лерой светло улыбнулся. И будешь отлично летать за меня.
Юноша опешил, но решил, что не хочет портить сюрприз ни себе, ни любовникам. — Хорошо, завтра. За тебя я вряд ли справлюсь… пока что, во всяком случае. Но возвращаться буду всегда, обещаю. Из самого дальнего далека. К вам… и к Джону. Но, сначала, все же к вам.
— Да, может, познакомишь нас когда-нибудь. На первой же побывке наконец покажу тебе мой дом, — Лерой вдруг прикусил губу, вздохнул и отвел взгляд. — Если… если конечно захочешь возвращаться.
— Это что-то поистине феноменальное должно быть, чтобы я не захотел возвращаться. Не знаю там… галактическая чума какая-нибудь. — Джеймс пожал плечами, как будто говоря о чем-то абстрактном. — Не знаю, парни, как вы себя видите, а для меня вы — моя семья.
— И ты для нас. Просто, это, мы, конечно, очень огорчимся, если ты вдруг решишь уйти, но выдержим, — роль мудрого учителя Лерою никогда не удавалась — сейчас все впечатление портили дрожащие губы. Он — прекрасный пилот — оставался никаким наставником и отвратительным актером.
— Из семьи просто так не уходят. И не просто так тоже. — Джимми обнял его за плечи крепко-крепко. — Лир, ну хватит. Я здесь. Я буду здесь завтра, послезавтра… и даже если… когда… когда я буду летать, я все равно буду думать о вас. И дрочить на вас.
— Вот это хорошая идея, — Майкл его сжал крепче за плечи, потерся о бедро, — я лично снова хочу трахаться, и, Лир, если ты своим минором все сорвешь…
— Это он специально, чтобы мы трахали не его, а тебя, — фыркнул Джеймс. — Вот увидишь, Лир, ты еще сам полетишь, я вообще мечтаю, чтобы мы вдвоем летали.
— Не трави душу, — хмыкнул Лир, мягко потянувшись, — и что, хочешь меня? Такого поломанного?
Он кивнул на шрамы, на синяки от контактов, на которые давил Док, и улыбнулся растерянно.
— Да. Такого… любого тебя хочу. Заверните, забираю. Потому что люблю, и вообще. — Его поцеловали чуть повыше пупка, а потом принялись поглаживать. — Со шрамами, поломанного, говорящего фигню… все равно люблю.
— Майк, у тебя появился юный единомышленник, — Лир застонал, выгнулся, — давай, что ли меня…
— Юный, пфф… я всего на пятнадцать лет вас младше. — Джимми пожал плечами. — И вообще… Майк, ты как хочешь, эти умелые губки или эту костлявую попу?
— Пожалуй… ты должен на нем отыграться. Так что я — за губы, — док провел по губам любимого, улыбнулся ему — не своей наглой обычной ухмылкой, а удивительно мягко.
— Ага… — Джимми цапнул тюбик с еще больше чем половиной смазки. — Лир, а ты как любишь давать, лежа на боку или стоя на карачках?
— Тебя это, наконец, заинтересовало? — Лир засмеялся, вздохнул, застонал — губы Майка лишали его самообладания. — Я вообще лицом вверх предпочитаю…
— Ну, так до того как-то все больше я давал, а не мне давали, вот и было не очень интересно, такая голая теория… а вот голая практика — это дело другое… — Тискай давай голую практику… голого практика, — Лир хмыкнул и снова застонал, запрокидывая голову.
Джеймс пристроился у него между ног, лаская и смазывая между ягодиц.
— Майк, а тебе-то будет удобно?
— Я привык, — Майка окончательно накрыло радостью, и смотрел он непривычно мягко, и даже громовой голос свой смирил до почти тихого мурлыканья. — Он обалденный, когда так сосет, не представляешь…
— Не представляю… обычно ты обо мне так говоришь, когда думаешь, что я уже уснул… — любовнику улыбнулись. — Но верю на слово.
— Попробуешь еще, — хмыкнул Майк, — а что, не спал?
— Заткнитесь и трахните меня, а? — взвыл негромко Лир, изгибаясь сильнее, — я не могу… я ж в прошлый раз не…
— Не кончил, — погладил его по головке члена Джимми. — Сейчас, не торопись. Сейчас все будет… — он заставил Лероя еще шире развести колени, и пристроился вплотную. — Я тебя очень хочу, — он приготовился впихнуть член в это восхитительно узкое отверстие, как только док первым начнет трахать рот Лира.
Док мурлыкал и мягко водил по губам своей головкой — его ужасно умиляло, как он приоткрывает их и молча, одними движениями просит вставить. И, наконец, не выдержал — двинулся осторожно внутрь, давая время привыкнуть.
По заглушенному всхлипу Джимми понял, что Лир готов, и сам толкнулся в него, стараясь не причинять боли. Впрочем, смазка и впрямь была хороша — он даже так ощущал, что это не просто любрикант. — Лир… ты такой секси… — прошептал он тихонько, придерживая любовника за бедра
На сей раз, получилось лучше. Лир между ними двумя был таким теплым, восхитительно твердым, упругим и — живым, что радовало больше всего. — Какой ты… — прошептал Джимми, вталкиваясь в его тело.
Лир запрокинул голову сильнее, принимая обоих, выстанывая невнятно, двигаясь между ними.
Страница 23 из 28
