Фандом: Ориджиналы. Юный пилот, злоупотребляющий очень экзотичным финалом летного тренажера, получает предложение, от которого невозможно отказаться.
Добавить в моё избранное
99 мин, 51 сек 6704
Джимми ничего не ответил, просто устроился как смог, и смотрел на своих целующихся любовников, наслаждаясь зрелищем. Трогал себя — то губы, то обмякший член… Потом перевернулся на живот.
— Это было… классно, — вздохнул он.
Любовники вместо ответа переместились на постель, обняли его оба, пристраивая растрепанную башку на своих плечах.
— Значит, будешь ходить к нам. — Лерой лениво погладил его по щеке, коснулся губами виска, — Есть хочешь?
— Ммм… Скорее даже не знаю… наверное, хочу. — Он уткнулся носом в дока. — Круто вы меня…
— Майк, — Лерой лениво к нему потянулся, — займешься?
Он после секса был как змея в полдень — горячий, неторопливый, сильные мышцы под шкурой так и перетекали в медленном движении.
— Джимми, — док уже встал, и теперь неторопливо распаковывал паек, — а что ты о нас вообще-то знаешь? Ну, кроме того, что положено знать.
За спиной студента Лероя ощутимо дернуло.
— Эммм… — Джеймс повернулся и обнял уже Лероя. — А мне НУЖНО это знать? Или лучше не дефлорировать еще и мой мозг?
Про недавнюю войну Земли с собственными колониями в метрополии вспоминать особо не любили. Возжелавшие независимости планеты встали поперек горла слишком многим, так что на борьбу были брошены лучшие силы. Потом… Кому-то на счет перечислялась кругленькая сумма в рамках пенсионной программы, кто-то сидел в собственном теплом кабинете, а кто-то обучал новичков, положив на благо присяге здоровье. Столько жертв… Замятая, неприличная война.
— Ну, вообще-то не стоит, — пробурчал куратор, — о, эта пакостная эскулапская рожа обожает мной хвастаться. Гад.
Док довольно рассмеялся, шурша пакетом.
— Хорошо, поставим вопрос иначе. — Джеймс вздохнул. — Что мне будет впоследствии от родимой пенитенциарной системы, если всплывет, что я знаю то, что мне не полагается, о своем кураторе и докторе академии?
— Да ничего не будет, не сцы, — Майк его повернул к себе и указал на еду, — максимум мне будет.
— Спасибо, — поблагодарил он. — Но может, лучше не надо? Я вообще-то подозреваю, что просто так по блату сюда хреновые пилоты не попадают…
— Ну, как хочешь, — док надулся и ушел в дальний угол, в кресло, — не хочешь слушать, с каким героем спишь — не надо.
Лерой вздохнул с облегчением и тоже потянулся к еде.
— Я узнаю. Потом. Когда это будет более уместно, — Джимми поглядел на дока с извиняющимся видом. — Думаю, сейчас это… ну, не в тему.
— Это ты так думаешь, — пробубнил док и пыхнул сигаретой.
— Ну, отвали ты от моих шрамов, дорогой, — Лерой кинул в него мелкой подушкой, — я может, вспоминать это не желаю!
Джимми подвинул ему блюдце с соусом:
— Я и так верю, что ты куда круче сержанта Марлина, который любит орать, что он мега-убер-убивец. Потому что ты не орешь, но справляешься не хуже.
— Ну, справляюсь я, смею верить, лучше… — Лерой меланхолично творил многослойный бутерброд, — а это сравнение оскорбляет Майка. Он конечно изо всех сил держится, но больше не сравнивай меня при нашем доке с сержантом Марлином, ладно?
— Хорошо. Ни с кем не буду сравнивать, — улыбнулся Джимми.
Лерой ему тепло улыбнулся и со странным металлическим звяканьем поставил локти на стеклянную поверхность стола.
— Хороший ты парень. Мне нравишься.
На него посмотрели с признательностью. Сам Джимми подумал, что потом можно будет зажать дока где-то в углу, и как следует расспросить… отдельно. Чтобы не смущать куратора.
Тут и Лерой догрыз свое многоэтажное сооружение и с сожалением потянул на себя одежду.
— Убегаешь? — Майк высунулся из своего угла.
— Да сам знаешь…
— Ага.
Док выполз, обнял его перед выходом, помог застегнуть пару пуговиц, взял ладошки в свои лапы, и молча отпустил к двери.
— Посиди пока, Джимми, ты можешь не спешить. Это у него совещания, бумажки… лечение…
— Понимаю… — Джимми подождал, пока дверь закроется. — Док… мне кажется, сейчас можно рассказать. Если вы не против.
— Хитрая мелочь, — Майк широко улыбнулся и сел к нему, — давай так: что ты вообще о нем знаешь?
— Он намного тяжелее обычного человека. Как правило, при столь малых габаритах это означает кучу протезов и кибернетики в теле. — Пожал плечами Джеймс. — И то, что он никогда не орет. Вообще никогда.
— Правильно. Протезов у него больше, чем костей. Что, его карьерой никогда не интересовался?
— Мне в детстве всегда говорили «не лезь, если не уверен, что дело твое». — Он пожал плечами. — Чаще всего эта стратегия себя оправдывала.
— Хм, грамотно… Лерой наш — боевой пилот. Раньше был. В блистательном финале карьеры таранил корабль противника, и когда его собрали из того, что нашли — полеты ему запретили, — Майк говорил о любовнике с нескрываемом теплом.
— Это было… классно, — вздохнул он.
Любовники вместо ответа переместились на постель, обняли его оба, пристраивая растрепанную башку на своих плечах.
— Значит, будешь ходить к нам. — Лерой лениво погладил его по щеке, коснулся губами виска, — Есть хочешь?
— Ммм… Скорее даже не знаю… наверное, хочу. — Он уткнулся носом в дока. — Круто вы меня…
— Майк, — Лерой лениво к нему потянулся, — займешься?
Он после секса был как змея в полдень — горячий, неторопливый, сильные мышцы под шкурой так и перетекали в медленном движении.
— Джимми, — док уже встал, и теперь неторопливо распаковывал паек, — а что ты о нас вообще-то знаешь? Ну, кроме того, что положено знать.
За спиной студента Лероя ощутимо дернуло.
— Эммм… — Джеймс повернулся и обнял уже Лероя. — А мне НУЖНО это знать? Или лучше не дефлорировать еще и мой мозг?
Про недавнюю войну Земли с собственными колониями в метрополии вспоминать особо не любили. Возжелавшие независимости планеты встали поперек горла слишком многим, так что на борьбу были брошены лучшие силы. Потом… Кому-то на счет перечислялась кругленькая сумма в рамках пенсионной программы, кто-то сидел в собственном теплом кабинете, а кто-то обучал новичков, положив на благо присяге здоровье. Столько жертв… Замятая, неприличная война.
— Ну, вообще-то не стоит, — пробурчал куратор, — о, эта пакостная эскулапская рожа обожает мной хвастаться. Гад.
Док довольно рассмеялся, шурша пакетом.
— Хорошо, поставим вопрос иначе. — Джеймс вздохнул. — Что мне будет впоследствии от родимой пенитенциарной системы, если всплывет, что я знаю то, что мне не полагается, о своем кураторе и докторе академии?
— Да ничего не будет, не сцы, — Майк его повернул к себе и указал на еду, — максимум мне будет.
— Спасибо, — поблагодарил он. — Но может, лучше не надо? Я вообще-то подозреваю, что просто так по блату сюда хреновые пилоты не попадают…
— Ну, как хочешь, — док надулся и ушел в дальний угол, в кресло, — не хочешь слушать, с каким героем спишь — не надо.
Лерой вздохнул с облегчением и тоже потянулся к еде.
— Я узнаю. Потом. Когда это будет более уместно, — Джимми поглядел на дока с извиняющимся видом. — Думаю, сейчас это… ну, не в тему.
— Это ты так думаешь, — пробубнил док и пыхнул сигаретой.
— Ну, отвали ты от моих шрамов, дорогой, — Лерой кинул в него мелкой подушкой, — я может, вспоминать это не желаю!
Джимми подвинул ему блюдце с соусом:
— Я и так верю, что ты куда круче сержанта Марлина, который любит орать, что он мега-убер-убивец. Потому что ты не орешь, но справляешься не хуже.
— Ну, справляюсь я, смею верить, лучше… — Лерой меланхолично творил многослойный бутерброд, — а это сравнение оскорбляет Майка. Он конечно изо всех сил держится, но больше не сравнивай меня при нашем доке с сержантом Марлином, ладно?
— Хорошо. Ни с кем не буду сравнивать, — улыбнулся Джимми.
Лерой ему тепло улыбнулся и со странным металлическим звяканьем поставил локти на стеклянную поверхность стола.
— Хороший ты парень. Мне нравишься.
На него посмотрели с признательностью. Сам Джимми подумал, что потом можно будет зажать дока где-то в углу, и как следует расспросить… отдельно. Чтобы не смущать куратора.
Тут и Лерой догрыз свое многоэтажное сооружение и с сожалением потянул на себя одежду.
— Убегаешь? — Майк высунулся из своего угла.
— Да сам знаешь…
— Ага.
Док выполз, обнял его перед выходом, помог застегнуть пару пуговиц, взял ладошки в свои лапы, и молча отпустил к двери.
— Посиди пока, Джимми, ты можешь не спешить. Это у него совещания, бумажки… лечение…
— Понимаю… — Джимми подождал, пока дверь закроется. — Док… мне кажется, сейчас можно рассказать. Если вы не против.
— Хитрая мелочь, — Майк широко улыбнулся и сел к нему, — давай так: что ты вообще о нем знаешь?
— Он намного тяжелее обычного человека. Как правило, при столь малых габаритах это означает кучу протезов и кибернетики в теле. — Пожал плечами Джеймс. — И то, что он никогда не орет. Вообще никогда.
— Правильно. Протезов у него больше, чем костей. Что, его карьерой никогда не интересовался?
— Мне в детстве всегда говорили «не лезь, если не уверен, что дело твое». — Он пожал плечами. — Чаще всего эта стратегия себя оправдывала.
— Хм, грамотно… Лерой наш — боевой пилот. Раньше был. В блистательном финале карьеры таранил корабль противника, и когда его собрали из того, что нашли — полеты ему запретили, — Майк говорил о любовнике с нескрываемом теплом.
Страница 6 из 28
