Фандом: Гарри Поттер. Гермиона не слишком-то хорошо владеет метлой. Этот недостаток нужно непременно исправить. И почему бы не взять урок у своего лучшего друга? Но иногда такие уроки оканчиваются довольно странно.
Добавить в моё избранное
56 мин, 50 сек 4344
Тогда он хватает висящее древко, и метла немедленно перестаёт трястись, а повисает ровно и спокойно.
— Как? Как у тебя получается?! — выкрикивает она с досадой.
— Сдвинь руки, — он указывает ей куда, потом отпускает метлу. Какое-то время та остаётся висеть ровно, потом снова начинает подрагивать.
— Она слушается тебя!
— Да нет же! — восклицает он и невольно улыбается, глядя на её возмущённую физиономию. — Это просто кусок дерева.
— Хорошо, хорошо, — она пытается успокоиться, — я поняла, дело во мне. Так? Тогда я ещё попробую.
— Сделай ещё круг. Или два.
Она кивает и трогается с места. Разумеется, получается ровно так же, как и в первый раз. Она вся сосредоточенна на том, чтобы вовремя развернуть непослушную метлу, которая всё время норовит уйти совсем в другую сторону.
— Так! — он снова останавливает её и снова ловит тем же способом. — Ты не можешь расслабиться. Если бы ты сейчас видела себя со стороны — это же кошмар какой-то!
— В каком смысле — кошмар? — спрашивает она возмущённо, откидывая волосы.
— Ты ни о чём другом не думаешь, кроме метлы. Смотри, — он делает жест ладонями вперёд, — представь, что никакой метлы вообще нет. Что это просто ручка, за которую ты держишься.
Он подскакивает к ограждению и несколько раз стукает по нему кулаком.
— Гарри, но она ведь не стоит на месте. Она дёргается.
— Ты слишком на неё давишь. Слишком напряжена. И дёргаешься от напряжения. Расслабься.
— Легко сказать, — бормочет она, снова забираясь на метлу.
Из попыток «расслабиться» не выходит ровным счётом ничего.
— Хорошо, — он подходит к ней после очередной неудачной попытки, — сделаем по-другому. Двигайся.
Он легонько подталкивает её вперёд, и она послушно двигается, пока он удерживает метлу ровно, потом он усаживается за её спиной, его руки обнимают её и хватаются за древко перед ней, между её ногами. Она буквально прижата к нему, и чувствует его дыхание прямо на затылке и частично правым ухом. Она хочет отодвинуться чуть вперёд, но он не пускает.
— Нет, Гермиона, так мы потеряем устойчивость. Вся тяжесть должна приходиться на одну точку.
— Угу, — кивает она, но чувствует себя слегка смущённой.
«Это же всего лишь Гарри!» Она выговаривает себе за это неуместное смущение, кидая упрёк, что ему сейчас и в голову не приходит думать, ни о чём… таком.
Впрочем, её короткая перепалка с собой прерывается его командой.
— Вперёд!
Сейчас, когда его руки удерживают метлу в идеально ровном состоянии, ей намного проще заставлять её делать манёвры. Или, как он говорит: просто держаться за ручку. Она делает круг, другой, третий и понимает, что в таком положении, с ним вместе, она способна лететь без особых проблем.
— Давай развернёмся, — говорит он ей прямо в ухо. Она кивает головой, тогда он добавляет, — возьми чуть выше.
Она поднимается фута на три-четыре, но он говорит «ещё», и она забирается ещё чуть выше.
— Теперь просто ничего не делай.
Она не успевает даже кивнуть, как метла плавно, но быстро увеличивает скорость раза в два, несясь по прямому участку стадиона, и у самых ограждений вдруг делает резкий поворот влево и назад, так, что они буквально переваливаются в воздухе через своё левое плечо и летят обратно. Она взвизгивает и переводит дух.
— Теперь ты, — говорит он, как ни в чём не бывало.
— Так же?! Ты с ума сошёл!
— Нет, не так же, — он смеётся, — просто лети дальше сама, как можешь.
Она и правда чувствует, что он отпустил управление, и начинает потихоньку осваиваться на новой для себя высоте. Раз не надо бороться с непослушной метлой, можно попробовать повернуть влево, вправо, приподняться вверх, спуститься, как по воздушной горке, чуть-чуть увеличить скорость, полетев прямо. Кажется, она впервые начинает получать удовольствие от полёта.
— Ну, как? — спрашивает он.
— Вроде нормально.
— Теперь попробуй сама.
— В каком смысле «сама»… — начинает она, но он уже отпускает древко и кладёт ладони на её живот.
Она только резко хватает полную грудь воздуха открытым ртом, не зная, какая из ситуаций заставляет так захватить дух — его неожиданное объятие или понимание, что они движутся сейчас на угрожающей высоте прямо над трибунами, а страхующая метлу хватка пропала.
Она ахает, распахнув ресницы, и тут же их резко бросает влево, потом вправо, она уже ничем не управляет, просто судорожным усилием держится за древко, лишь бы не оторваться, потому что метлу начинает водить из стороны в сторону, вокруг быстро мелькает цветастое оформление трибун, ей кажется, что катастрофа неминуема, что они уже летят неизвестно куда, что уже через мгновение последует страшный удар,… когда его руки крепко хватают метлу, и вот уже они снова спокойно летят по прямой на той же самой высоте.
— Как? Как у тебя получается?! — выкрикивает она с досадой.
— Сдвинь руки, — он указывает ей куда, потом отпускает метлу. Какое-то время та остаётся висеть ровно, потом снова начинает подрагивать.
— Она слушается тебя!
— Да нет же! — восклицает он и невольно улыбается, глядя на её возмущённую физиономию. — Это просто кусок дерева.
— Хорошо, хорошо, — она пытается успокоиться, — я поняла, дело во мне. Так? Тогда я ещё попробую.
— Сделай ещё круг. Или два.
Она кивает и трогается с места. Разумеется, получается ровно так же, как и в первый раз. Она вся сосредоточенна на том, чтобы вовремя развернуть непослушную метлу, которая всё время норовит уйти совсем в другую сторону.
— Так! — он снова останавливает её и снова ловит тем же способом. — Ты не можешь расслабиться. Если бы ты сейчас видела себя со стороны — это же кошмар какой-то!
— В каком смысле — кошмар? — спрашивает она возмущённо, откидывая волосы.
— Ты ни о чём другом не думаешь, кроме метлы. Смотри, — он делает жест ладонями вперёд, — представь, что никакой метлы вообще нет. Что это просто ручка, за которую ты держишься.
Он подскакивает к ограждению и несколько раз стукает по нему кулаком.
— Гарри, но она ведь не стоит на месте. Она дёргается.
— Ты слишком на неё давишь. Слишком напряжена. И дёргаешься от напряжения. Расслабься.
— Легко сказать, — бормочет она, снова забираясь на метлу.
Из попыток «расслабиться» не выходит ровным счётом ничего.
— Хорошо, — он подходит к ней после очередной неудачной попытки, — сделаем по-другому. Двигайся.
Он легонько подталкивает её вперёд, и она послушно двигается, пока он удерживает метлу ровно, потом он усаживается за её спиной, его руки обнимают её и хватаются за древко перед ней, между её ногами. Она буквально прижата к нему, и чувствует его дыхание прямо на затылке и частично правым ухом. Она хочет отодвинуться чуть вперёд, но он не пускает.
— Нет, Гермиона, так мы потеряем устойчивость. Вся тяжесть должна приходиться на одну точку.
— Угу, — кивает она, но чувствует себя слегка смущённой.
«Это же всего лишь Гарри!» Она выговаривает себе за это неуместное смущение, кидая упрёк, что ему сейчас и в голову не приходит думать, ни о чём… таком.
Впрочем, её короткая перепалка с собой прерывается его командой.
— Вперёд!
Сейчас, когда его руки удерживают метлу в идеально ровном состоянии, ей намного проще заставлять её делать манёвры. Или, как он говорит: просто держаться за ручку. Она делает круг, другой, третий и понимает, что в таком положении, с ним вместе, она способна лететь без особых проблем.
— Давай развернёмся, — говорит он ей прямо в ухо. Она кивает головой, тогда он добавляет, — возьми чуть выше.
Она поднимается фута на три-четыре, но он говорит «ещё», и она забирается ещё чуть выше.
— Теперь просто ничего не делай.
Она не успевает даже кивнуть, как метла плавно, но быстро увеличивает скорость раза в два, несясь по прямому участку стадиона, и у самых ограждений вдруг делает резкий поворот влево и назад, так, что они буквально переваливаются в воздухе через своё левое плечо и летят обратно. Она взвизгивает и переводит дух.
— Теперь ты, — говорит он, как ни в чём не бывало.
— Так же?! Ты с ума сошёл!
— Нет, не так же, — он смеётся, — просто лети дальше сама, как можешь.
Она и правда чувствует, что он отпустил управление, и начинает потихоньку осваиваться на новой для себя высоте. Раз не надо бороться с непослушной метлой, можно попробовать повернуть влево, вправо, приподняться вверх, спуститься, как по воздушной горке, чуть-чуть увеличить скорость, полетев прямо. Кажется, она впервые начинает получать удовольствие от полёта.
— Ну, как? — спрашивает он.
— Вроде нормально.
— Теперь попробуй сама.
— В каком смысле «сама»… — начинает она, но он уже отпускает древко и кладёт ладони на её живот.
Она только резко хватает полную грудь воздуха открытым ртом, не зная, какая из ситуаций заставляет так захватить дух — его неожиданное объятие или понимание, что они движутся сейчас на угрожающей высоте прямо над трибунами, а страхующая метлу хватка пропала.
Она ахает, распахнув ресницы, и тут же их резко бросает влево, потом вправо, она уже ничем не управляет, просто судорожным усилием держится за древко, лишь бы не оторваться, потому что метлу начинает водить из стороны в сторону, вокруг быстро мелькает цветастое оформление трибун, ей кажется, что катастрофа неминуема, что они уже летят неизвестно куда, что уже через мгновение последует страшный удар,… когда его руки крепко хватают метлу, и вот уже они снова спокойно летят по прямой на той же самой высоте.
Страница 6 из 16
