Фандом: Ориджиналы. Чем может закончиться драка обычного питерского адвоката Олега Хизова с тремя гопниками, приставшими к одинокой женщине в тёмном переулке? В любую другую ночь — ничем хорошим. А что будет, если в неё вмешается рыжеволосый мужчина без возраста, не расстающийся с окованной металлом книгой? В таком случае, нападающих живописно разложат по кустам, а Олег получит визитку с адресом, которого не может существовать в этом городе, и названием фирмы: «Детективное Агентство» Альтаир«.»
Добавить в моё избранное
360 мин, 36 сек 17805
Со стороны могло показаться, что оборотень и вампиресса находятся не в салоне автомобиля, а на дуэльной площадке
— В период гона мои собратья, если я могу их так называть, уже давно уходят поглубже в леса и стараются не пересекаться с людьми. Ночные войны закончились много лет назад: оборотни стараются лишний раз не высовываться.
— Отделяете себя от стаи? — девушка чуть подалась вперёд, на её лице читался неподдельный интерес.
— Я одиночка, госпожа Алисия. Я никогда не был в стае: меня обратили случайно, у меня не было наставника, я всё постигал своим умом. А потом моей стаей стало Агентство.
— И не хотите воссоединиться со своими братьями по крови?
— Не испытываю острого желания. Хотя, рано или поздно, эта встреча состоится. Не знаю, право, с каким результатом.
— Вы слышали, что отец хочет объединения детей Каина с потомками Корвинуса?
Взгляд оборотня сделался рассеянным, он чуть сбросил скорость.
— Под покровительством «Альтаира»? Даже в таком случае это будет непросто.
— Вы сами сказали: войны давно кончились, — Алисия прищурилась.
— Но это не значит, что о них забыли. И наш, и ваш народ существует достаточно долго, чтобы почти у каждого, кто старше двухсот, на руках была кровь кого-то с противоположной стороны, — в тоне Витольда звучала уверенность человека, знающего, о чём он говорит. — Объединение невозможно. Пока что.
Брови вампирессы взлетели на лоб, в голосе появилась ирония:
— По вашему тону я понимаю, что у вас есть альтернативное предложение.
— Нейтралитет, — перевёртыш ничем не показал, что заметил отношение девушки к своим словам.
— Простите?
— Никакого второго дна. Всё просто. Вам стоит объявить какой-нибудь город, хотя бы и этот, зоной полного нейтралитета. И карать любого, кто этот нейтралитет нарушит. Мирное сосуществование должно начинаться с малого.
— И как, по-вашему, это должно выглядеть? — на лице вампирессы было написано недоумение. Витольд усмехнулся углом рта.
— Я всего лишь старший оперативник, госпожа Алисия. Полагаю, что этим вопросом будут заниматься начальники отделов. У них наверняка будут соображения по поводу деталей того, как может функционировать подобный тандем. Я всего лишь высказал свою теорию.
— И она, откровенно говоря, выглядит гораздо более жизнеспособной, нежели то, что собирался предложить отец, — пробормотала себе под нос девушка. — Благодарю вас за совет, Витольд.
— Не за что, — оборотень взялся за рацию: — Прошли двадцать первый сектор. Чисто.
— Рассвет нам сегодня встретить не получится. Его не будет: у нас вампиры на улицах, — заявил в пространство Палач. Язык у начальника отдела основательно заплетался. Воин не ответил — он заснул в кресле, не выпуская из руки бокал с остатками вина. Начальник Третьего отдела с видимым усилием поднялся, пошатываясь, подошёл к окну и в очередной раз распахнул его, впуская в прокуренное помещение свежий воздух. На улице было сыро, серо и до ужаса неуютно. Палач опустился на подоконник, вглядываясь слипающимися глазами в низкие тучи, пронзённые шпилями храмов города.
— Доброе утро, — пробормотал мужчина, — и добрых снов… наверное.
— Разговоры с самим собой — первый признак шизофрении, — раздался у него над ухом чей-то мелодичный, но от этого не менее ехидный голос, и шею Палача взяли в ласковый локтевой захват две тонких бледных руки. — Палач, что я вижу? Опять пьёшь на рабочем месте? Ка-ак не стыдно…
Руки начальника отдела дёрнулись к поясу, но остановились на полпути. На лице Палача последовательно отразились глубочайшее изумление, затем узнавание и, наконец, искренняя радость.
— Ко мне вот уже полвека никто не мог подобраться незамеченным, — произнёс он. В голосе не осталось и следа недавнего опьянения. — Хорошо, что мы здесь почти одни, иначе что стало бы с моей репутацией? И я не пью. Я провожу психологическое кондиционирование. С разрешения Светлова, между прочим.
— Психо-чего? Теперь это так называется? — фыркнули над ухом, и захват разжался. Руки на миг растворились в туманных завихрениях, по полу к центру кабинета легко скользнула чья-то бесформенная тень и тут же, поднявшись с ковра, воплотилась в невысокую женскую фигуру.
— Именно, — Палач обернулся. Красивая молодая женщина в пурпурном платье с открытыми плечами с любопытством осматривала кабинет. Чёрные волосы её постоянно пребывали в движении: казалось, их колышет ветерком. Изящные тонкие пальцы, тёмные глаза и невозможная, нечеловеческая лёгкость движений. Хозяин кабинета улыбнулся:
— Здравствуй. Ты не изменилась, Тень. И это не может не радовать. А ведь я тебя только вчера вечером вспоминал.
— Видать, богатой буду, — хмыкнула женщина, поднимаясь в воздухе метра на полтора и закидывая ногу на ногу. Подол её струящегося платья пропадал в клубившемся тумане где-то прямо над полом.
— В период гона мои собратья, если я могу их так называть, уже давно уходят поглубже в леса и стараются не пересекаться с людьми. Ночные войны закончились много лет назад: оборотни стараются лишний раз не высовываться.
— Отделяете себя от стаи? — девушка чуть подалась вперёд, на её лице читался неподдельный интерес.
— Я одиночка, госпожа Алисия. Я никогда не был в стае: меня обратили случайно, у меня не было наставника, я всё постигал своим умом. А потом моей стаей стало Агентство.
— И не хотите воссоединиться со своими братьями по крови?
— Не испытываю острого желания. Хотя, рано или поздно, эта встреча состоится. Не знаю, право, с каким результатом.
— Вы слышали, что отец хочет объединения детей Каина с потомками Корвинуса?
Взгляд оборотня сделался рассеянным, он чуть сбросил скорость.
— Под покровительством «Альтаира»? Даже в таком случае это будет непросто.
— Вы сами сказали: войны давно кончились, — Алисия прищурилась.
— Но это не значит, что о них забыли. И наш, и ваш народ существует достаточно долго, чтобы почти у каждого, кто старше двухсот, на руках была кровь кого-то с противоположной стороны, — в тоне Витольда звучала уверенность человека, знающего, о чём он говорит. — Объединение невозможно. Пока что.
Брови вампирессы взлетели на лоб, в голосе появилась ирония:
— По вашему тону я понимаю, что у вас есть альтернативное предложение.
— Нейтралитет, — перевёртыш ничем не показал, что заметил отношение девушки к своим словам.
— Простите?
— Никакого второго дна. Всё просто. Вам стоит объявить какой-нибудь город, хотя бы и этот, зоной полного нейтралитета. И карать любого, кто этот нейтралитет нарушит. Мирное сосуществование должно начинаться с малого.
— И как, по-вашему, это должно выглядеть? — на лице вампирессы было написано недоумение. Витольд усмехнулся углом рта.
— Я всего лишь старший оперативник, госпожа Алисия. Полагаю, что этим вопросом будут заниматься начальники отделов. У них наверняка будут соображения по поводу деталей того, как может функционировать подобный тандем. Я всего лишь высказал свою теорию.
— И она, откровенно говоря, выглядит гораздо более жизнеспособной, нежели то, что собирался предложить отец, — пробормотала себе под нос девушка. — Благодарю вас за совет, Витольд.
— Не за что, — оборотень взялся за рацию: — Прошли двадцать первый сектор. Чисто.
— Рассвет нам сегодня встретить не получится. Его не будет: у нас вампиры на улицах, — заявил в пространство Палач. Язык у начальника отдела основательно заплетался. Воин не ответил — он заснул в кресле, не выпуская из руки бокал с остатками вина. Начальник Третьего отдела с видимым усилием поднялся, пошатываясь, подошёл к окну и в очередной раз распахнул его, впуская в прокуренное помещение свежий воздух. На улице было сыро, серо и до ужаса неуютно. Палач опустился на подоконник, вглядываясь слипающимися глазами в низкие тучи, пронзённые шпилями храмов города.
— Доброе утро, — пробормотал мужчина, — и добрых снов… наверное.
— Разговоры с самим собой — первый признак шизофрении, — раздался у него над ухом чей-то мелодичный, но от этого не менее ехидный голос, и шею Палача взяли в ласковый локтевой захват две тонких бледных руки. — Палач, что я вижу? Опять пьёшь на рабочем месте? Ка-ак не стыдно…
Руки начальника отдела дёрнулись к поясу, но остановились на полпути. На лице Палача последовательно отразились глубочайшее изумление, затем узнавание и, наконец, искренняя радость.
— Ко мне вот уже полвека никто не мог подобраться незамеченным, — произнёс он. В голосе не осталось и следа недавнего опьянения. — Хорошо, что мы здесь почти одни, иначе что стало бы с моей репутацией? И я не пью. Я провожу психологическое кондиционирование. С разрешения Светлова, между прочим.
— Психо-чего? Теперь это так называется? — фыркнули над ухом, и захват разжался. Руки на миг растворились в туманных завихрениях, по полу к центру кабинета легко скользнула чья-то бесформенная тень и тут же, поднявшись с ковра, воплотилась в невысокую женскую фигуру.
— Именно, — Палач обернулся. Красивая молодая женщина в пурпурном платье с открытыми плечами с любопытством осматривала кабинет. Чёрные волосы её постоянно пребывали в движении: казалось, их колышет ветерком. Изящные тонкие пальцы, тёмные глаза и невозможная, нечеловеческая лёгкость движений. Хозяин кабинета улыбнулся:
— Здравствуй. Ты не изменилась, Тень. И это не может не радовать. А ведь я тебя только вчера вечером вспоминал.
— Видать, богатой буду, — хмыкнула женщина, поднимаясь в воздухе метра на полтора и закидывая ногу на ногу. Подол её струящегося платья пропадал в клубившемся тумане где-то прямо над полом.
Страница 49 из 105
