Фандом: Ориджиналы. Чем может закончиться драка обычного питерского адвоката Олега Хизова с тремя гопниками, приставшими к одинокой женщине в тёмном переулке? В любую другую ночь — ничем хорошим. А что будет, если в неё вмешается рыжеволосый мужчина без возраста, не расстающийся с окованной металлом книгой? В таком случае, нападающих живописно разложат по кустам, а Олег получит визитку с адресом, которого не может существовать в этом городе, и названием фирмы: «Детективное Агентство» Альтаир«.»
Добавить в моё избранное
360 мин, 36 сек 17807
Потом задумчиво взглянул на Воина, мирно похрапывающего в кресле, и оглушительно хлопнул в ладоши:
— Подъём, силовые структуры! Конец света проспишь.
Воин оказался на ногах в долю секунды. В руке кинжал, волосы встрёпаны, взгляд чуть расфокусирован:
— А? Что? Рагнарёк?
— Армагеддон. И всемирный потоп в придачу, — Палач едва удержался от смеха, — Иди-ка ты, друг любезный, к себе. Поспи часиков пять и отправляйся ловить волков. А я здесь посплю примерно столько же и отправлюсь договариваться с наставницей твоего сына, ибо один хрен больше некому.
— Ага, — кивнул Воин и душераздирающе зевнул. — Поспать — это хорошо… А нахрена ты меня будил? Ты ж не в кресле спать будешь.
В глазах Палача мелькнули чёртики. На короткое мгновение, но Воин заметил и удовлетворённо кивнул про себя.
— Понял. Чтоб жизнь мёдом не казалась. Пойду, пожалуй.
На пороге его догнал тихий голос бывшего эмиссара:
— Спасибо, демон.
Воин, не оборачиваясь, небрежно махнул рукой:
— Не за что, чувак. Обращайся.
— Это противоречит здравому рассудку. Я попросту не имею права подписать подобную бумагу, герр Вит, — Гюнтер Штекльбак раздражённо пожал плечами. Брюнет в дорогом костюме, сидевший в кресле напротив доктора, терпеливо вздохнул.
— А я в очередной раз повторяю вам, милейший, вы подпишете эту бумагу, хотите вы того или нет, — немецкий Вита был почти идеален, и Штекльбак про себя удивился, как человек, настолько хорошо владеющий языком нации непревзойдённых педантов, может не понимать простейших вещей.
— Поймите же! Дело не в моём желании. Герр Нам в данный момент не в состоянии сидеть самостоятельно, не то что совершить перелёт…
Дверь кабинета открылась, и Гюнтер подавился собственной фразой. На пороге стоял его пациент. Костюм на нём висел, как на вешалке, на лбу выступила лёгкая испарина, но он стоял. Спустя восемь часов после того, как пришёл в себя после трёхлетней комы.
— Невозможно, — пробормотал Штекльбак.
— Я слышу от вас это слово уже в пятнадцатый раз за последние два с половиной часа, — с истинно немецкой въедливостью уточнил Вит и перешёл на русский: — Братишка, как ты?
— Честно говоря, хреново до ужаса, брат, — Нам поморщился, — но на порядок лучше, чем пару часов назад. Чем ты меня напоил?
— Один хитрый коктейльчик производства твоей супруги. Тебе хватит часов на десять, потом над тобой придётся серьёзно поработать. С другой стороны, этого как раз хватит, чтобы добраться до Питера.
— Герр Вит, я требую объяснений, — в голосе Гюнтера появились стальные нотки. — Происходящее невозможно не только с точки зрения медицины, но и…
— Малой, чего этот сушёный немец от тебя хочет? — устало поинтересовался Нам, осторожно опускаясь в кресло.
— Объяснений. А я думаю, что проще: мозги ему отканифолить, или на лапу сунуть, чтоб заткнулся?
— Это же Германия. Ему проще вообще память стереть.
— Тогда уж всей больнице разом и не только. Ты ведь тутошняя достопримечательность. Сей потомок викингов на тебе три работы защитил.
— С ума сойти, — Нам прикрыл глаза. — Скажи ему, что это чудо господне.
— Какого конкретно господа?
— Не знаю. Какого-нибудь местного.
— Что он говорит, герр Вит?
— Что его настоящее имя Магни и он сын Донара. Его отец спустился на землю, благословил его молотом и восстановил его силы.
— Ч-что? — у Гюнтера отвисла челюсть.
— А вы получите двести пятьдесят тысяч евро за подпись на этом документе и ещё полмиллиона за молчание о том, что лечили полубога, — скучающим тоном закончи Вит.
— Брат, я ещё не забыл числительные. Откуда у нас такие деньги?
— Золото. Очень-очень много. Ирландия богата на этот металл, ты в курсе?
— О-о-о… — Нам усмехнулся. — Понял тебя.
— Так что, доктор, мы с вами договорились? — Вит с усмешкой посмотрел на опешившего Штекльбака. — Или вы предпочтёте встретиться с его отцом лично? Я могу это устроить.
— Какой-то бред, — беспомощно улыбнулся Гюнтер. — Что ж, если вы настаиваете… но как я объясню это своему начальству?
— А зачем вам что-то им объяснять? — Вит поднял бровь. — На мой взгляд, при таких средствах ваша мечта о «Клинике доктора Штекльбака» будет вполне осуществима.
— Откуда вы знаете? Впрочем, кажется, я уже не хочу в этом разбираться, — доктор размашисто подписал отказ «герра Нама» от дальнейшего участия клиники в его судьбе и протянул бумагу Виту.
— Благодарю вас, герр Штекльбак. Деньги будут переведены на ваш счёт в течение суток. Брат, подъём. Летим домой.
Дверь за странными русскими закрылась. Гюнтер посидел с минуту, переваривая информацию, затем достал из ящика стола лист бумаги и принялся аккуратно, от руки выводить название документа.
— Подъём, силовые структуры! Конец света проспишь.
Воин оказался на ногах в долю секунды. В руке кинжал, волосы встрёпаны, взгляд чуть расфокусирован:
— А? Что? Рагнарёк?
— Армагеддон. И всемирный потоп в придачу, — Палач едва удержался от смеха, — Иди-ка ты, друг любезный, к себе. Поспи часиков пять и отправляйся ловить волков. А я здесь посплю примерно столько же и отправлюсь договариваться с наставницей твоего сына, ибо один хрен больше некому.
— Ага, — кивнул Воин и душераздирающе зевнул. — Поспать — это хорошо… А нахрена ты меня будил? Ты ж не в кресле спать будешь.
В глазах Палача мелькнули чёртики. На короткое мгновение, но Воин заметил и удовлетворённо кивнул про себя.
— Понял. Чтоб жизнь мёдом не казалась. Пойду, пожалуй.
На пороге его догнал тихий голос бывшего эмиссара:
— Спасибо, демон.
Воин, не оборачиваясь, небрежно махнул рукой:
— Не за что, чувак. Обращайся.
— Это противоречит здравому рассудку. Я попросту не имею права подписать подобную бумагу, герр Вит, — Гюнтер Штекльбак раздражённо пожал плечами. Брюнет в дорогом костюме, сидевший в кресле напротив доктора, терпеливо вздохнул.
— А я в очередной раз повторяю вам, милейший, вы подпишете эту бумагу, хотите вы того или нет, — немецкий Вита был почти идеален, и Штекльбак про себя удивился, как человек, настолько хорошо владеющий языком нации непревзойдённых педантов, может не понимать простейших вещей.
— Поймите же! Дело не в моём желании. Герр Нам в данный момент не в состоянии сидеть самостоятельно, не то что совершить перелёт…
Дверь кабинета открылась, и Гюнтер подавился собственной фразой. На пороге стоял его пациент. Костюм на нём висел, как на вешалке, на лбу выступила лёгкая испарина, но он стоял. Спустя восемь часов после того, как пришёл в себя после трёхлетней комы.
— Невозможно, — пробормотал Штекльбак.
— Я слышу от вас это слово уже в пятнадцатый раз за последние два с половиной часа, — с истинно немецкой въедливостью уточнил Вит и перешёл на русский: — Братишка, как ты?
— Честно говоря, хреново до ужаса, брат, — Нам поморщился, — но на порядок лучше, чем пару часов назад. Чем ты меня напоил?
— Один хитрый коктейльчик производства твоей супруги. Тебе хватит часов на десять, потом над тобой придётся серьёзно поработать. С другой стороны, этого как раз хватит, чтобы добраться до Питера.
— Герр Вит, я требую объяснений, — в голосе Гюнтера появились стальные нотки. — Происходящее невозможно не только с точки зрения медицины, но и…
— Малой, чего этот сушёный немец от тебя хочет? — устало поинтересовался Нам, осторожно опускаясь в кресло.
— Объяснений. А я думаю, что проще: мозги ему отканифолить, или на лапу сунуть, чтоб заткнулся?
— Это же Германия. Ему проще вообще память стереть.
— Тогда уж всей больнице разом и не только. Ты ведь тутошняя достопримечательность. Сей потомок викингов на тебе три работы защитил.
— С ума сойти, — Нам прикрыл глаза. — Скажи ему, что это чудо господне.
— Какого конкретно господа?
— Не знаю. Какого-нибудь местного.
— Что он говорит, герр Вит?
— Что его настоящее имя Магни и он сын Донара. Его отец спустился на землю, благословил его молотом и восстановил его силы.
— Ч-что? — у Гюнтера отвисла челюсть.
— А вы получите двести пятьдесят тысяч евро за подпись на этом документе и ещё полмиллиона за молчание о том, что лечили полубога, — скучающим тоном закончи Вит.
— Брат, я ещё не забыл числительные. Откуда у нас такие деньги?
— Золото. Очень-очень много. Ирландия богата на этот металл, ты в курсе?
— О-о-о… — Нам усмехнулся. — Понял тебя.
— Так что, доктор, мы с вами договорились? — Вит с усмешкой посмотрел на опешившего Штекльбака. — Или вы предпочтёте встретиться с его отцом лично? Я могу это устроить.
— Какой-то бред, — беспомощно улыбнулся Гюнтер. — Что ж, если вы настаиваете… но как я объясню это своему начальству?
— А зачем вам что-то им объяснять? — Вит поднял бровь. — На мой взгляд, при таких средствах ваша мечта о «Клинике доктора Штекльбака» будет вполне осуществима.
— Откуда вы знаете? Впрочем, кажется, я уже не хочу в этом разбираться, — доктор размашисто подписал отказ «герра Нама» от дальнейшего участия клиники в его судьбе и протянул бумагу Виту.
— Благодарю вас, герр Штекльбак. Деньги будут переведены на ваш счёт в течение суток. Брат, подъём. Летим домой.
Дверь за странными русскими закрылась. Гюнтер посидел с минуту, переваривая информацию, затем достал из ящика стола лист бумаги и принялся аккуратно, от руки выводить название документа.
Страница 51 из 105
