Heavy Metal Forever!

Те требовали прекратить шум — а на возражения Гарри, что это музыка, отвечали, что от такой музыки даже нечисти станет плохо. В конце концов, дядя Вернон сделал звукоизоляцию в чулане под лестницей — и Гарри там просто поселился. «Ты весь в мать! — вздыхала тетя Петунья. — Та вечно играла эти дурацкие песенки. Про желтую подводную лодку. А потом ее и твоего отца убили на этом проклятом концерте». Дурсли пытались отвадить Гарри от глупостей — музыку оба не жаловали, а уж музыкального слуха не имели вовсе. Кузен Дадли обожал бокс — и в спортивную секцию хотели пристроить и Гарри. Тренер, оценив заморыша в очках, вздохнул и сказал, что спортсмен из Гарри — как из слона балерина, и посоветовал не маяться дурью. Когда же Гарри в начальной школе с одноклассниками спел на рождество песню собственного сочинения со словами: «Убей меня, убей себя — ты не изменишь ничего!», перепуганные Дурсли всерьез задумались о школе святого Брутуса.

А затем в его жизни случился Хагрид… и приглашение в «Хогвартс» — школу с музыкальным уклоном, в которой учились и его родители! — Гарри был абсолютно счастлив.

Ехать в «Хогвартс» нужно было на поезде, и специально для учеников было выделено несколько вагонов. Гарри нашел свободное купе, бросил на пол сумку с вещами и бережно положил футляр с Хедвиг. Собственной гитарой он обзавелся год назад, когда дядя Вернон и тетя Петунья отдали ему хранившуюся на чердаке первую гитару Лили Эванс.«Хедвиг» — было нацарапано на футляре, и Гарри решил, что мама придумала классное имя.

— Привет! — раздался незнакомый голос. — У тебя тут не занято? А то везде битком…

Гарри посмотрел на долговязого рыжего мальчишку и кивнул:

— Не занято. Проходи.

Рыжий с облегчением вздохнул и вошел внутрь.

— Меня Роном зовут, — представился он.

— А я Гарри.

— Твоя гитара? — кивнул на футляр Рон.

— Ага. Моя Хедвиг, — Гарри устроил гитару поудобнее. — А ты на чем играешь?

— Мама говорит, что в основном на ее нервах, — ответил Рон. — У нас семейный ансамбль. «Пять Узли», не слыхал?

Гарри помотал головой.

— А вы в каком стиле работаете?

— Кантри, — мрачно сказал рыжий. — Только близнецы сказали, что это — прошлый век, и теперь читают рэп. Вместе с Ли Джорданом.

— Привет! — в дверях появилась лохматая девчонка. — У вас два свободных места? Прекрасно. Невилл, иди сюда! Кстати, я Гермиона Грейнджер.

3. Снейп

«Хогвартс» был очень старой школой, устроенной в одном из замков Шотландии еще при короле Гарольде, том самом, что проиграл битву при Гастингсе Вильгельму Бастарду. Во всяком случае, в эту легенду верили все выпускники школы. Помимо классического набора учебных предметов,«Хогвартс» делал упор на музыкальное образование своих питомцев. Было это решение принято еще в девятнадцатом веке Армандо Диппетом, и продолжено нынешним директором Альбусом Дамблдором, который еще в юности организовал джаз-бэнд«Орден Феникса». Сейчас «Фениксы» изредка выступали на школьных праздниках, радуя престарелых любительниц музыки начала двадцатого века. Деканы четырех колледжей, по традиции же, руководили музыкальными коллективами своих воспитанников — МакГонагалл собрала ансамбль волынщиков и посещала все фольклорные фестивали, Спраут со своим альтернативным коллективом«Мандрагоры», исполняющим музыку на самых неподходящих инструментах типа стеклянных бутылок или хозяйственных инструментов, произвела фурор среди таких же фриков, Флитвик с его хором предпочитал оперетту… И только Снейпу никогда не давали играть то, что он хотел, а его подопечных собирал на репетиции духового оркестра профессор Биннс. Но теперь все изменилось.

Мальчишка Поттер, так же как и его отец когда-то, быстро собрал вокруг себя единомышленников — Рон Уизли осваивал гитару, Гермиона Грейнджер писала очень неплохие для ее возраста тексты песен и стала бэк-вокалисткой, иногда напоминая Северусу неистовую Беллу, командовавшую обоими братьями Лестрейнджами (им и псевдонимы с такой фамилией были ни к чему!) и даже для тюфяка Лонгботтома с его губной гармошкой младший Поттер нашел место. Нет, отдавать такой талант на откуп Дамблдору было никак нельзя!

Тем более, что мальчишка попал в его колледж — и сразу же сцепился с младшим Малфоем, ценителем музыки эпохи барокко, прожужжавшим всем уши консонансами, мадригалами и неопределенной тональностью ранних монодий.

Поттер, слыша эти произносимые манерным малфоевским тоном словечки, обычно показывал ему «козу» и орал про«New wave of British Heavy metal». А потом спрашивал у малфоевских приятелей, Крэбба с Гойлом, сколько фуг у Баха, после чего обычно начиналась потасовка.

И вот теперь Снейп решил — а какого, собственно, черта? Heavy Metal Forever! Да здравствует музыка — и страшная месть!

4. Хеллоуин

— Сатана! Сатана в подземельях! — закричал ворвавшийся в Большой зал профессор Квиррел.