Фандом: Гарри Поттер. Написано на кинк-фест по заявке: Домовые эльфы/Северус Снейп. Снейп чем-то прогневал домовиков Хогвартса. Сперва они пакостят в бытовых мелочах, он не замечает. Тогда переходят к сексуальному насилию с элементами БДСМ. Как именно, и получит ли Снейп удовольствие в процессе — на усмотрение автора.
Добавить в моё избранное
5 мин, 32 сек 5349
— А еще он чистит зубы, как простец и всегда забрызгивает зеркало!
Этот последний довод Трикки — домовухи, приставленной к профессору зельеварения, оказался решающим. Негоже магу вести себя не по чину! Домовики терпеливо проветривали лабораторию профессора после очередных вонючих экспериментов, безропотно драили котлы, по стенкам которых студенты на отработках только размазывали грязь, смиренно убирали крошки с постели, но это! Чаша их бесконечного терпения переполнилась, и они объявили войну Северусу Снейпу.
Прошел месяц… другой… Домовики продолжали пакостить по мелочам, а непонятливый профессор даже не замечал боевых действий. Задумчиво он вытаскивал вырвавшуюся на волю диванную пружину и смазывал пострадавшую задницу какой-то вонючей субстанцией, к тому же нелегко отстирывающейся от брюк. Ни минуты не сомневаясь, он срезал кроличий хвост со своей мантии, а потом почему-то методично снимал баллы с Гриффиндора. Оставленные в постели крошки он, не глядя, сметал на пол, откуда их приходилось потом убирать… Домовики проигрывали раз за разом, пока Добби, бесконечно дергая себя за уши, не принес на Общий Совет книгу. Нет, не так. КНИГУ. Она была совершенно не магической, а от неподвижных иллюстраций, хотелось закрыть глаза и спрятаться под стол. Ее обложка была утрачена, многих слов наивные домовики не понимали, но основную мысль уловили. Наказание без причинения вреда. Вот оно! То самое, чем они могут воспользоваться без страха перед магической карой. И домовики принялись готовиться: стальные наручники с меховым подбоем, кляп, кольцо на член, анальные шарики, три дилдо всех размеров и разнообразные кнуты и плети. На всякий случай они решили быть в масках, чтобы профессор никого не узнал. И вот настал день мести.
Северус Снейп проснулся в хорошем настроении. По пути на завтрак снял свои утренние двенадцать баллов с Гриффиндора и с удовольствием съел овсянку. Уроков сегодня было мало, поэтому после обеда он провел несколько удачных опытов и сходил поужинать в «Три метлы». Медовуха у Розмерты была, конечно, неплохая, но заканчивать такой чудесный день следовало «Огденским».
Он разжег камин в спальне и, обложившись подушками, устроился в кровати с бокалом огневиски в руке и книгой на согнутых коленях. Закусить он собирался печеньем. Сделав глоток и не обнаружив печенья в обычном месте на тумбочке, он позвал:
— Трикки!
И хотел было щелкнуть пальцами, как вдруг от удивления выронил бокал. Янтарная жидкость моментально впиталась в белое покрывало, оставляя неопрятное пятно. Вместо привычной Трикки на его зов явилось пять домовиков. Почему-то в масках. Расслабленный алкоголем и не ожидавший такой подлости профессор даже не подумал сопротивляться, когда был обездвижен. «А день был такой чудесный»… — тоскливо подумал он, прежде чем до него стал доходить ужас происходящего. Он один, в своих комнатах, камин заблокирован, а на дверях такая мощная охрана, что надежда на своевременную помощь растаяла, не успев толком родиться.
— Что вам надо? — грозно спросил он прежде, чем его рот был заткнут каким-то странным кляпом.
А домовики деловито принялись его раздевать. Зачем? Снейпом стала овладевать паника. Что они хотят? А эти ушастые твари заковали его руки и ноги в какие-то кандальные браслеты, правда, почему-то с мехом, и принялись надевать на член кожаное кольцо. Оставшись довольными своей работой, они перевернули Северуса на живот и вот уже тонкая, но прочная цепь привязывает его скованные руки к невесть откуда появившемуся крюку в стене. Ноги Снейпа развели в стороны и приковали к столбикам кровати, максимально растянув. Никогда в жизни его еще так не унижали! Он пытался ругаться, но его мычания, прорывавшиеся сквозь кляп, были скорее жалобными, чем грозными. Наконец с него сняли обездвиживающее, и он задергался в своих путах. А длина цепей стала сокращаться, и вот он уже оказался подвешенным в воздухе с высоко задранными руками и широко разведенными ногами. Он пытался прекратить паниковать и найти способ выбраться из этой ловушки, когда его сжатого ануса коснулось что-то скользкое. Потом он почувствовал давление, и у него в заднице оказался шарик, за ним еще один… и еще. Северус насчитал их восемь, когда один из ушастых инквизиторов вдруг мягко один вытащил. Потом засунул и снова вытащил. И снова… и снова. Шарики оказались связаны между собой, поэтому движение одного приводило в движение остальные. Это было…
У Северуса не было слов, чтобы обозначить, что он чувствовал. С одной стороны, дискомфорт, стыд, гнев, злость… А с другой — он с ужасом начал понимать, что эта ситуация его возбуждает. Домовики не причинят ему вреда — это аксиома, неужели они решили доставить ему такое вот извращенное удовольствие? Конечно же, за этим стоит Дамблдор! «Ты совсем не умеешь расслабляться, мой мальчик»… Решил, значит, научить? Что ж… Тогда остается подчиниться. А уж потом он найдет способ, как изящно отомстить старому извращенцу. Ах!
Этот последний довод Трикки — домовухи, приставленной к профессору зельеварения, оказался решающим. Негоже магу вести себя не по чину! Домовики терпеливо проветривали лабораторию профессора после очередных вонючих экспериментов, безропотно драили котлы, по стенкам которых студенты на отработках только размазывали грязь, смиренно убирали крошки с постели, но это! Чаша их бесконечного терпения переполнилась, и они объявили войну Северусу Снейпу.
Прошел месяц… другой… Домовики продолжали пакостить по мелочам, а непонятливый профессор даже не замечал боевых действий. Задумчиво он вытаскивал вырвавшуюся на волю диванную пружину и смазывал пострадавшую задницу какой-то вонючей субстанцией, к тому же нелегко отстирывающейся от брюк. Ни минуты не сомневаясь, он срезал кроличий хвост со своей мантии, а потом почему-то методично снимал баллы с Гриффиндора. Оставленные в постели крошки он, не глядя, сметал на пол, откуда их приходилось потом убирать… Домовики проигрывали раз за разом, пока Добби, бесконечно дергая себя за уши, не принес на Общий Совет книгу. Нет, не так. КНИГУ. Она была совершенно не магической, а от неподвижных иллюстраций, хотелось закрыть глаза и спрятаться под стол. Ее обложка была утрачена, многих слов наивные домовики не понимали, но основную мысль уловили. Наказание без причинения вреда. Вот оно! То самое, чем они могут воспользоваться без страха перед магической карой. И домовики принялись готовиться: стальные наручники с меховым подбоем, кляп, кольцо на член, анальные шарики, три дилдо всех размеров и разнообразные кнуты и плети. На всякий случай они решили быть в масках, чтобы профессор никого не узнал. И вот настал день мести.
Северус Снейп проснулся в хорошем настроении. По пути на завтрак снял свои утренние двенадцать баллов с Гриффиндора и с удовольствием съел овсянку. Уроков сегодня было мало, поэтому после обеда он провел несколько удачных опытов и сходил поужинать в «Три метлы». Медовуха у Розмерты была, конечно, неплохая, но заканчивать такой чудесный день следовало «Огденским».
Он разжег камин в спальне и, обложившись подушками, устроился в кровати с бокалом огневиски в руке и книгой на согнутых коленях. Закусить он собирался печеньем. Сделав глоток и не обнаружив печенья в обычном месте на тумбочке, он позвал:
— Трикки!
И хотел было щелкнуть пальцами, как вдруг от удивления выронил бокал. Янтарная жидкость моментально впиталась в белое покрывало, оставляя неопрятное пятно. Вместо привычной Трикки на его зов явилось пять домовиков. Почему-то в масках. Расслабленный алкоголем и не ожидавший такой подлости профессор даже не подумал сопротивляться, когда был обездвижен. «А день был такой чудесный»… — тоскливо подумал он, прежде чем до него стал доходить ужас происходящего. Он один, в своих комнатах, камин заблокирован, а на дверях такая мощная охрана, что надежда на своевременную помощь растаяла, не успев толком родиться.
— Что вам надо? — грозно спросил он прежде, чем его рот был заткнут каким-то странным кляпом.
А домовики деловито принялись его раздевать. Зачем? Снейпом стала овладевать паника. Что они хотят? А эти ушастые твари заковали его руки и ноги в какие-то кандальные браслеты, правда, почему-то с мехом, и принялись надевать на член кожаное кольцо. Оставшись довольными своей работой, они перевернули Северуса на живот и вот уже тонкая, но прочная цепь привязывает его скованные руки к невесть откуда появившемуся крюку в стене. Ноги Снейпа развели в стороны и приковали к столбикам кровати, максимально растянув. Никогда в жизни его еще так не унижали! Он пытался ругаться, но его мычания, прорывавшиеся сквозь кляп, были скорее жалобными, чем грозными. Наконец с него сняли обездвиживающее, и он задергался в своих путах. А длина цепей стала сокращаться, и вот он уже оказался подвешенным в воздухе с высоко задранными руками и широко разведенными ногами. Он пытался прекратить паниковать и найти способ выбраться из этой ловушки, когда его сжатого ануса коснулось что-то скользкое. Потом он почувствовал давление, и у него в заднице оказался шарик, за ним еще один… и еще. Северус насчитал их восемь, когда один из ушастых инквизиторов вдруг мягко один вытащил. Потом засунул и снова вытащил. И снова… и снова. Шарики оказались связаны между собой, поэтому движение одного приводило в движение остальные. Это было…
У Северуса не было слов, чтобы обозначить, что он чувствовал. С одной стороны, дискомфорт, стыд, гнев, злость… А с другой — он с ужасом начал понимать, что эта ситуация его возбуждает. Домовики не причинят ему вреда — это аксиома, неужели они решили доставить ему такое вот извращенное удовольствие? Конечно же, за этим стоит Дамблдор! «Ты совсем не умеешь расслабляться, мой мальчик»… Решил, значит, научить? Что ж… Тогда остается подчиниться. А уж потом он найдет способ, как изящно отомстить старому извращенцу. Ах!
Страница 1 из 2
