Фандом: Ориджиналы. Не зря она тревожит местных жителей — загадочная аномалия в лесу под одним из городов российской глубинки. Ученые разводят руками. Пропадают люди… но некоторые потом возвращаются. Принося с собой предметы, что выглядят как драгоценности, но обладают свойствами, опять-таки не поддающимися разумному объяснению.
Добавить в моё избранное
155 мин, 9 сек 11429
ну, например, как убежище. Удрать через него в случае большой надобности. Если потные ручонки конкурентов, загребущие лапы бизнес-партнеров или железные пальцы людей в погонах таки доберутся до него. И попробуют ухватить за горло.
Если это случится — тогда, смекнул Каледин, они вполне могут пролететь. Хоть дружно, хоть каждый по отдельности. И не будет никаких погонь с перестрелками… почти, никаких групп захвата, настигающих прямо в аэропорту, перед самой посадкой на рейс — международный, конечно. Никаких проверок при пересечении границы. А значит, и никаких, неизбежных в таких случаях задержаний.
Но насчет убежища — то была лишь одна сторона медали. Причем не самая приятная, по причинам совершенно очевидным. Как бы там ни было, а Виктор Каледин предпочел бы как можно дольше сохранять свое положение. Вкупе с особняком и молоденькой Элей (или, как вариант, Юлей, Анжелой) на супружеском ложе. А не удирать, задрав штаны.
Но имелась и другая сторона. Еще важнее первой. И задумался об оной Каледин, когда вспомнил, с чего же все началось.
Место, куда переносил «объект» могло не только служить убежищем. Удравший туда незадачливый делец перед этим вынес оттуда злополучную золотую цацку, в итоге оказавшуюся в Элином будуаре. Замысел торгаша понять труда не составило. В руках его оказалось нечто, обладающее реальной стоимостью. За что торгаш мог даже без обмана получить приличные деньги. Однако он бы не полез в эту чертову аномалию, если б не был уверен — в чем? А в том (конечно же!) что вещицу дорогую он сможет там раздобыть… на халяву. Или почти на халяву: заплатив в том далеком и странном месте неизмеримо меньше, чем мог выручить за нее здесь.
Вернее сказать, мог бы выручить. Если б еще знал, с кем стоит связываться, а с кем — нежелательно.
Но, так или иначе, а следовало из этого… вот что. В некоем далеком краю, куда ведет то ли дверь, то ли пятно, то ли аномалия, она же «объект», как в легендарном Эльдорадо. Золотых украшений, вроде той цацки, должно найтись столько, что, пардон, задницей можно есть. И если добраться до оных сумел даже одиночка-коммерсант, то тем более сможет он. Виктор Захарович Каледин. Человек, в чьем распоряжении имелись десятки крепких вооруженных парней. Причем десятки — только еще по первому зову.
К таким заключениям Каледин пришел к моменту возвращения в город и офис. А затем вынужден был отвлечься от нарождающейся затеи, вернувшись в привычную круговерть. Сперва о встрече попросили некие мутные личности, гнавшие из Средней Азии фуры с арбузами не первой свежести. Затем самому Виктору Захаровичу пришлось искать встречи. С губернатором, зачем-то пожаловавшим в городок. Не иначе, озаботился судьбой многострадального градообразующего предприятия. Вернее, предприятия, которое считают здесь градообразующим люди, не слышавшие о Каледине или его недооценивающие.
С губернатором они были в отношениях почти приятельских. Что, увы, на сей раз пришлось некстати. Виктору Захаровичу едва удалось отделаться от предложения посетить закрытую сауну для важных персон. С неизбежной в таких случаях попойкой и супружеской изменой. Увы, тратить силы и здоровье на подобную чепуху, теперь, когда он почти набрел на золотое дно, Каледин считал себя не вправе.
Но даже без сауны вернуться к обдумыванию плана удалось лишь после одиннадцати ночи. Дела, дела. Зато теперь, когда в общих чертах Виктор Захарович представлял для себя возможности использования аномалии, надлежало продумать детали. Все эти вопросы как в названии небезызвестной телеигры: «Что?», «Где?», «Когда?». А также «Почем?» и«С кем?»
Успокоился он только к половине пятого. Охранники, а еще больше — секретарша, сбившаяся с ног, готовя ему кофе, наверняка уже кляли своего босса, на чем свет стоит. Мысленно, правда. Конечно, всего лишь мысленно.
По возвращении домой Каледин перво-наперво хорошенько выспался. Уже предчувствуя, что такой возможности в ближайшие дни ему может не представиться.
С кровати он поднялся лишь во второй половине дня. И сразу приступил к осуществлению своего замысла, не забывая связываться с нужными людьми. Ответственными — кто за снабжение предстоящей операции всем необходимым, кто за безопасность. Ну и за то, чтобы информация о калединской затее не достигла посторонних ушей.
Подготовительный этап занял несколько часов. Столько потребовалось для закупки и доставки к особняку Виктора Захаровича походного и альпинистского снаряжения. Затем продуктов — в основном консервированных. И, наконец, ближе к вечеру подтянулись и другие участники предстоящего похода. В качестве таковых Каледин желал видеть, во-первых, десятка полтора наиболее умелых и опытных бойцов с полным боекомплектом, а во-вторых… Занозу. В отличие от боевиков, прибывших на трех джипах, Заноза прикатил на своем «бумере». И, выбравшись из него во двор особняка, от нечего делать начал озираться по сторонам.
Если это случится — тогда, смекнул Каледин, они вполне могут пролететь. Хоть дружно, хоть каждый по отдельности. И не будет никаких погонь с перестрелками… почти, никаких групп захвата, настигающих прямо в аэропорту, перед самой посадкой на рейс — международный, конечно. Никаких проверок при пересечении границы. А значит, и никаких, неизбежных в таких случаях задержаний.
Но насчет убежища — то была лишь одна сторона медали. Причем не самая приятная, по причинам совершенно очевидным. Как бы там ни было, а Виктор Каледин предпочел бы как можно дольше сохранять свое положение. Вкупе с особняком и молоденькой Элей (или, как вариант, Юлей, Анжелой) на супружеском ложе. А не удирать, задрав штаны.
Но имелась и другая сторона. Еще важнее первой. И задумался об оной Каледин, когда вспомнил, с чего же все началось.
Место, куда переносил «объект» могло не только служить убежищем. Удравший туда незадачливый делец перед этим вынес оттуда злополучную золотую цацку, в итоге оказавшуюся в Элином будуаре. Замысел торгаша понять труда не составило. В руках его оказалось нечто, обладающее реальной стоимостью. За что торгаш мог даже без обмана получить приличные деньги. Однако он бы не полез в эту чертову аномалию, если б не был уверен — в чем? А в том (конечно же!) что вещицу дорогую он сможет там раздобыть… на халяву. Или почти на халяву: заплатив в том далеком и странном месте неизмеримо меньше, чем мог выручить за нее здесь.
Вернее сказать, мог бы выручить. Если б еще знал, с кем стоит связываться, а с кем — нежелательно.
Но, так или иначе, а следовало из этого… вот что. В некоем далеком краю, куда ведет то ли дверь, то ли пятно, то ли аномалия, она же «объект», как в легендарном Эльдорадо. Золотых украшений, вроде той цацки, должно найтись столько, что, пардон, задницей можно есть. И если добраться до оных сумел даже одиночка-коммерсант, то тем более сможет он. Виктор Захарович Каледин. Человек, в чьем распоряжении имелись десятки крепких вооруженных парней. Причем десятки — только еще по первому зову.
К таким заключениям Каледин пришел к моменту возвращения в город и офис. А затем вынужден был отвлечься от нарождающейся затеи, вернувшись в привычную круговерть. Сперва о встрече попросили некие мутные личности, гнавшие из Средней Азии фуры с арбузами не первой свежести. Затем самому Виктору Захаровичу пришлось искать встречи. С губернатором, зачем-то пожаловавшим в городок. Не иначе, озаботился судьбой многострадального градообразующего предприятия. Вернее, предприятия, которое считают здесь градообразующим люди, не слышавшие о Каледине или его недооценивающие.
С губернатором они были в отношениях почти приятельских. Что, увы, на сей раз пришлось некстати. Виктору Захаровичу едва удалось отделаться от предложения посетить закрытую сауну для важных персон. С неизбежной в таких случаях попойкой и супружеской изменой. Увы, тратить силы и здоровье на подобную чепуху, теперь, когда он почти набрел на золотое дно, Каледин считал себя не вправе.
Но даже без сауны вернуться к обдумыванию плана удалось лишь после одиннадцати ночи. Дела, дела. Зато теперь, когда в общих чертах Виктор Захарович представлял для себя возможности использования аномалии, надлежало продумать детали. Все эти вопросы как в названии небезызвестной телеигры: «Что?», «Где?», «Когда?». А также «Почем?» и«С кем?»
Успокоился он только к половине пятого. Охранники, а еще больше — секретарша, сбившаяся с ног, готовя ему кофе, наверняка уже кляли своего босса, на чем свет стоит. Мысленно, правда. Конечно, всего лишь мысленно.
По возвращении домой Каледин перво-наперво хорошенько выспался. Уже предчувствуя, что такой возможности в ближайшие дни ему может не представиться.
С кровати он поднялся лишь во второй половине дня. И сразу приступил к осуществлению своего замысла, не забывая связываться с нужными людьми. Ответственными — кто за снабжение предстоящей операции всем необходимым, кто за безопасность. Ну и за то, чтобы информация о калединской затее не достигла посторонних ушей.
Подготовительный этап занял несколько часов. Столько потребовалось для закупки и доставки к особняку Виктора Захаровича походного и альпинистского снаряжения. Затем продуктов — в основном консервированных. И, наконец, ближе к вечеру подтянулись и другие участники предстоящего похода. В качестве таковых Каледин желал видеть, во-первых, десятка полтора наиболее умелых и опытных бойцов с полным боекомплектом, а во-вторых… Занозу. В отличие от боевиков, прибывших на трех джипах, Заноза прикатил на своем «бумере». И, выбравшись из него во двор особняка, от нечего делать начал озираться по сторонам.
Страница 14 из 44
