Фандом: Ориджиналы. Не зря она тревожит местных жителей — загадочная аномалия в лесу под одним из городов российской глубинки. Ученые разводят руками. Пропадают люди… но некоторые потом возвращаются. Принося с собой предметы, что выглядят как драгоценности, но обладают свойствами, опять-таки не поддающимися разумному объяснению.
Добавить в моё избранное
155 мин, 9 сек 11394
Ведь ты и сам тоже — чего? Накосячил ведь, не отрицай. Когда задание мое не выполнил.
Понукаемый боевиками с автоматами, Заноза приблизился, наконец, к пятну. Подошел вплотную. Шагнул, слившись на миг со злополучным «объектом». А затем — исчез. Оставив после себя только кусок веревки.
Вернее, не кусок — часть веревки. И эта видимая часть, тянувшаяся от пятна и большей частью волочившаяся по земле, вдруг резко вытянулась и заскользила, засасываемая внутрь «объекта».
— Тяните! — не слишком громко, но резко и веско приказал Виктор Каледин. И оба давешних конвоира Занозы вцепились в веревку.
Увы! Неведомая сила по другую сторону пятна их явно превосходила. Оба детин, коренастых и ростом под два метра, заскользили следом за веревкой и Занозой, судорожно упираясь пятками в траву. Только это их, по-видимому, и удерживало. Точнее, замедляло.
Потребовалась помощь еще пяти боевиков, срочно отложивших свое оружие и вцепившихся в подельников, чтобы преодолеть притяжение пятна. Все семеро с усилием бурлаков на Волге, подались назад, вытягивая за собою веревку. А следом выволакивая уже и Занозу.
Собственно, подопытный появился словно из ничего и в первое мгновение — как бы внутри пятна. И выглядел сквозь него, точно отражение в каком-нибудь кривом, сильно кривом зеркале. Затем пятно и Заноза разлепились, разошлись с усилием. Словно аномалия расставалась со своей добычей неохотно. Наконец, вызволенный Заноза рухнул на траву. Совершенно обалделый, обессиленный… но вроде живой.
— Итак, что там? — вопрошал склонившийся над ним Каледин, — что ты видел?
— Лес, — на выдохе произнес подопытный слабым голосом, — тоже лес… но другой.
— Поподробней, пожалуйста, — потребовал нетерпеливый Виктор Захарович, — почему — другой?
— На холме я оказался, — было ему ответом, — какой-то холм высокий… в наших краях таких не видел. Я чуть не съехал по нему… но вы меня вытащили.
— И это все? — Каледин был малость разочарован, хотя в голове у него уже вовсю вызревало объяснение происходящего.
— А… нет! — вдруг выпалил Заноза, — нет… не все. Я сейчас вспомнил. Там время суток — другое. Здесь уже за полдень, а там едва рассвело. И роса на траве.
— А ты наблюдательный, — похвалил его Каледин, да еще похлопал по плечу, пока исполнительные коллеги по криминальным делишкам помогали Занозе подняться, — похоже, я недооценивал тебя… в том числе в части карьерных перспектив.
Последнее прозвучало многообещающе, Заноза приободрился. Тогда как Виктор Захарович продолжил свой спич. Обращаясь уже не то к самому себе, не то сразу ко всем присутствующим.
— А ведь просто ларчик-то открывался, — были его слова, — как часто бывает, внешность обманчива. Обманула она и на сей раз. Мы тут думаем: пятно какое-то, аномалия. Объект неведомый, который уважаемые умники пытаются всяко-разно исследовать. Да безуспешно. А на деле оказалось, что это лишь… дверь. Да-да, дверь прямо в воздухе. Которая ведет в какие-то неведомые дали. Неведомые — но все же не к черту на рога. Что, согласитесь, хорошо.
Не то, чтобы Каледин обладал богатой фантазией. И о возможности существования неких порталов, мгновенно переносящих хоть за тридевять земель, хоть вообще в другой мир, едва ли прежде задумывался. Но, напротив, был Каледин закоренелым реалистом. Без чего просто не преуспел бы ни в бизнесе, ни в жизни. И реалистом он был настолько, что просто не считал себя вправе отметать какие-то факты, которые видел сам. Ну, или в пользу каковых имелся свидетель, желательно живой.
Нет, информацию, подтверждаемую подобным образом, сбрасывать со счетов не следовало. А коль Виктор Каледин слыл еще и прагматиком, то всякое новое знание по его разумению надлежало использовать себе во благо.
И вот в его распоряжении оказалась ведущая куда-то «дверь». Куда-то, откуда иные ушлые личности выносят золотые украшения на продажу. Куда сбегают, если пахнет жареным. И где же лично Каледину это открытие могло пригодиться? Было над чем подумать. А пока…
— Пока все свободны, — распорядился Виктор Захарович, и столпившиеся на поляне люди как по команде направились к машинам, — и поменьше болтайте о том, что вы тут видели и слышали.
Последняя фраза предназначалась, прежде всего, ученым мужам. Ведь некоторые из них наверняка задумали благодаря пресловутому «объекту» не только материальное положение улучшить. Но и еще прославиться сенсационным открытием. И допускать этого никак не следовало.
Свет показался впереди — тусклый, но все равно неплохо различимый на фоне темноты пещер. А главное: свет этот мог быть только естественным. Будучи слишком ровным и неподвижным для зажженного кем-то или чем-то пламени.
И значило это, что конец пути близок. Ну, по крайней мере, того отрезка пути, который проходил через пещеры и туннели, пронизывавшие изнутри горную цепь. Да успел порядком приесться трем путникам.
Понукаемый боевиками с автоматами, Заноза приблизился, наконец, к пятну. Подошел вплотную. Шагнул, слившись на миг со злополучным «объектом». А затем — исчез. Оставив после себя только кусок веревки.
Вернее, не кусок — часть веревки. И эта видимая часть, тянувшаяся от пятна и большей частью волочившаяся по земле, вдруг резко вытянулась и заскользила, засасываемая внутрь «объекта».
— Тяните! — не слишком громко, но резко и веско приказал Виктор Каледин. И оба давешних конвоира Занозы вцепились в веревку.
Увы! Неведомая сила по другую сторону пятна их явно превосходила. Оба детин, коренастых и ростом под два метра, заскользили следом за веревкой и Занозой, судорожно упираясь пятками в траву. Только это их, по-видимому, и удерживало. Точнее, замедляло.
Потребовалась помощь еще пяти боевиков, срочно отложивших свое оружие и вцепившихся в подельников, чтобы преодолеть притяжение пятна. Все семеро с усилием бурлаков на Волге, подались назад, вытягивая за собою веревку. А следом выволакивая уже и Занозу.
Собственно, подопытный появился словно из ничего и в первое мгновение — как бы внутри пятна. И выглядел сквозь него, точно отражение в каком-нибудь кривом, сильно кривом зеркале. Затем пятно и Заноза разлепились, разошлись с усилием. Словно аномалия расставалась со своей добычей неохотно. Наконец, вызволенный Заноза рухнул на траву. Совершенно обалделый, обессиленный… но вроде живой.
— Итак, что там? — вопрошал склонившийся над ним Каледин, — что ты видел?
— Лес, — на выдохе произнес подопытный слабым голосом, — тоже лес… но другой.
— Поподробней, пожалуйста, — потребовал нетерпеливый Виктор Захарович, — почему — другой?
— На холме я оказался, — было ему ответом, — какой-то холм высокий… в наших краях таких не видел. Я чуть не съехал по нему… но вы меня вытащили.
— И это все? — Каледин был малость разочарован, хотя в голове у него уже вовсю вызревало объяснение происходящего.
— А… нет! — вдруг выпалил Заноза, — нет… не все. Я сейчас вспомнил. Там время суток — другое. Здесь уже за полдень, а там едва рассвело. И роса на траве.
— А ты наблюдательный, — похвалил его Каледин, да еще похлопал по плечу, пока исполнительные коллеги по криминальным делишкам помогали Занозе подняться, — похоже, я недооценивал тебя… в том числе в части карьерных перспектив.
Последнее прозвучало многообещающе, Заноза приободрился. Тогда как Виктор Захарович продолжил свой спич. Обращаясь уже не то к самому себе, не то сразу ко всем присутствующим.
— А ведь просто ларчик-то открывался, — были его слова, — как часто бывает, внешность обманчива. Обманула она и на сей раз. Мы тут думаем: пятно какое-то, аномалия. Объект неведомый, который уважаемые умники пытаются всяко-разно исследовать. Да безуспешно. А на деле оказалось, что это лишь… дверь. Да-да, дверь прямо в воздухе. Которая ведет в какие-то неведомые дали. Неведомые — но все же не к черту на рога. Что, согласитесь, хорошо.
Не то, чтобы Каледин обладал богатой фантазией. И о возможности существования неких порталов, мгновенно переносящих хоть за тридевять земель, хоть вообще в другой мир, едва ли прежде задумывался. Но, напротив, был Каледин закоренелым реалистом. Без чего просто не преуспел бы ни в бизнесе, ни в жизни. И реалистом он был настолько, что просто не считал себя вправе отметать какие-то факты, которые видел сам. Ну, или в пользу каковых имелся свидетель, желательно живой.
Нет, информацию, подтверждаемую подобным образом, сбрасывать со счетов не следовало. А коль Виктор Каледин слыл еще и прагматиком, то всякое новое знание по его разумению надлежало использовать себе во благо.
И вот в его распоряжении оказалась ведущая куда-то «дверь». Куда-то, откуда иные ушлые личности выносят золотые украшения на продажу. Куда сбегают, если пахнет жареным. И где же лично Каледину это открытие могло пригодиться? Было над чем подумать. А пока…
— Пока все свободны, — распорядился Виктор Захарович, и столпившиеся на поляне люди как по команде направились к машинам, — и поменьше болтайте о том, что вы тут видели и слышали.
Последняя фраза предназначалась, прежде всего, ученым мужам. Ведь некоторые из них наверняка задумали благодаря пресловутому «объекту» не только материальное положение улучшить. Но и еще прославиться сенсационным открытием. И допускать этого никак не следовало.
Свет показался впереди — тусклый, но все равно неплохо различимый на фоне темноты пещер. А главное: свет этот мог быть только естественным. Будучи слишком ровным и неподвижным для зажженного кем-то или чем-то пламени.
И значило это, что конец пути близок. Ну, по крайней мере, того отрезка пути, который проходил через пещеры и туннели, пронизывавшие изнутри горную цепь. Да успел порядком приесться трем путникам.
Страница 8 из 44
