У Скарлетт Гейт есть все, что нужно пятнадцатилетнему подростку — мать, отец, младший брат. Но, что если она чувствует себя чужой в семье. Замкнутая девочка, которая врет всем о своей прекрасной жизни, она и сама начитает забывать, что правда, а что ложь. Обычно люди в таких ситуациях не редко совершают суицид, но Скарлетт об этом никогда не думала, а даже наоборот — ненавидит подобные разговоры, но тем не менее появиться тот, кто захочет открыть ей глаза на мир полный боли и разочарования.
Добавить в моё избранное
72 мин, 10 сек 9739
— Кхм, ну за окном гроза, свет на улице вырубят через пару минут, почему бы нам с тобой не устроить романтический вечер? Посмотрим фильм на ноутбуке? Или хочешь погулять под дождем? Господи, я не знаю чего ты хочешь… Ты такая закрытая.
— Гроза? — я ошарашено посмотрела на Бена и тот вопросительно поднял бровь. Когда я была маленькой, то всегда, когда начиналась гроза пряталась под кроватью. Мне все время казалось, что она попадет ко мне в комнату и мне не поздоровиться. Потом я стала надевать наушники и громко включать музыку, но сейчас это вряд ли сработает. Бен коварно улыбнулся и заключив меня в объятия повалил на кровать.
— Ну вот, и у тебя есть страхи. Никогда бы не подумал, что такая как ты боится грозы, а как насчет грома? Его ты тоже боишься? — я отвернула голову и зажмурила глаза, мне показалось, что Бен сейчас вновь начнет меня целовать. Мне не было противно, просто он делает это слишком грубо, да и зубы у него островатые. Он навис надо мной и посмотрел на меня с ног до головы. — Ты и меня что ли боишься? — его голос звучал немного грустно, и мне стало не по себе.
— Нет, тебя я не боюсь. — он засмеялся и поднялся усевшись за кресло, он протянул мне кружку с уже немного остывшим напитком и улыбнулся. Около пяти минут как свет отключили, лицо Бена освещала свечка стаявшая на подоконнике, такие нежные черты лица. По взрослому я с ним еще не целовалась, интересно, как это. Наверное будет немного больно если мы поцелуемся. Я почувствовала, что краснею и отвернулась. Сейчас так тихо, еще никогда не было так тихо. Я уставилась в кружку и быстро поставила ее на стол. Бен заулыбался еще сильней. - Что? — спросила я не выдержав.
— Да нет, ничего. Уже довольно поздно, идешь завтра в школу?
— Скажу что заболела, а заниматься буду дома. Все равно в школе на каждый шорох отвлекаюсь.
— Прогуливать не хорошо. — ядовито сказал Бен.
— «Прогуливать не хорошо». — передразнила я его, на что он засмеялся и поставил кружку на стол. Бен медленно подошел ко мне и легонько пнул в бок. — Что ты делаешь? — нахмурилась я.
— Двигайся, где ты предлагаешь мне спать? — мое сердце забилось с бешеной силой, я сильно заволновалась, но все же пододвинулась к стене. Он лег рядом и накрыл нас одеялом, я была к нему повернула спиной и чувствовала его обжигающее дыхание у меня на шее. Он опомнился и потушил свечи, сейчас я не видела ничего, и из-за этого мне стало более неловко. Я ворочилась с боку на бок уже около десяти минут. Было невозможно заснуть. Мне было то жарко, то холодно. Я глубоко выдохнула и повернулась на другой бок, оказавшись лицом к лицу с Беном.
— Ты не спишь? — очень тихо спросила я.
— Ты дергаешься постоянно, как тут заснешь? — ответил он более грубым голосом, смотря на меня прожигающим взглядом. Я отвела глаза и почувствовала румянец на моих щеках. - Мм, ты не можешь заснуть? Может тогда…? — я накрылась одеялом с головой и отвернулась, ибо все мое лицо пылало от такого заявления.
— И… извини, все… Спи… — я почувствовала его ехидный взгляд и опять дернулась.
— Тц, да хватит уже! С тобой невозможно заснуть! — его грубый голос заставил меня поджать ноги. — Если ты сейчас же не прекратишь… — он приподнялся на локтях, из-за чего я посмотрела на него. В моих серо-голубых глаз предательски сверкнули слезы, и я мигом уткнулась в подушку. — Ты ревешь?
— Слепой что ли?! — в моем голосе были нотки раздражения, но все равно в комнате слышались тихие всхлипы. — Я пойду в зал, там посплю. — я хотела встать с кровати, но Бен прижал меня к себе железной хваткой. — Хватит, я… пойду… Я ведь мешаю.
— Дура. — он невесомо притронулся губами к моей шее и провел дорожку поцелуев. — Прости, что обидел тебя. Такого больше не повториться. Я хочу спать только с тобой, хочу спать с тобой всегда. — последнее его предложение ввело меня в ступор, но я быстро опомнилась и стала вырываться. — Хочу только тебя. — я вновь залилась краской и закрыла лицо ладонями, он тихо засмеялся и поцеловал меня в макушку. — А ты знала, что возраст согласия в Испании тринадцать лет?
— Ч… что? О чем ты?
— Да так, а в Америки от 16 до 18 лет, эх… — он печально вздохнул и и сильней прижал меня к себе. — Я ведь уже говорил тебе, что мне «далеко» не пятнадцать. — он уткнулся носом мне в макушку и вздохнул.
— Что такое «возраст согласия»?
— Хах, а ты не знаешь? — он засмеялся и повернул мое лицо к себе двумя пальцами. — Возраст сексуального согласия. — он сказал это на одном дыхании и стал улыбаться. — Дошло? — я вновь отвернулась и закрыла пылающие щеки. Он запустил холодные пальцы мне под майку и я дернулась. — Расслабься… Я не стану делать ничего такого. — я зажмурила глаза, но он лишь провел ладонью по моим ребрам, после подмял меня под себя и стал целовать ключицы и шею, не касаясь груди, что меня успокаивало. Он поглаживал мои ребра и иногда задевал низ живота, я сильней зажмурила глаза и отвернулась.
— Гроза? — я ошарашено посмотрела на Бена и тот вопросительно поднял бровь. Когда я была маленькой, то всегда, когда начиналась гроза пряталась под кроватью. Мне все время казалось, что она попадет ко мне в комнату и мне не поздоровиться. Потом я стала надевать наушники и громко включать музыку, но сейчас это вряд ли сработает. Бен коварно улыбнулся и заключив меня в объятия повалил на кровать.
— Ну вот, и у тебя есть страхи. Никогда бы не подумал, что такая как ты боится грозы, а как насчет грома? Его ты тоже боишься? — я отвернула голову и зажмурила глаза, мне показалось, что Бен сейчас вновь начнет меня целовать. Мне не было противно, просто он делает это слишком грубо, да и зубы у него островатые. Он навис надо мной и посмотрел на меня с ног до головы. — Ты и меня что ли боишься? — его голос звучал немного грустно, и мне стало не по себе.
— Нет, тебя я не боюсь. — он засмеялся и поднялся усевшись за кресло, он протянул мне кружку с уже немного остывшим напитком и улыбнулся. Около пяти минут как свет отключили, лицо Бена освещала свечка стаявшая на подоконнике, такие нежные черты лица. По взрослому я с ним еще не целовалась, интересно, как это. Наверное будет немного больно если мы поцелуемся. Я почувствовала, что краснею и отвернулась. Сейчас так тихо, еще никогда не было так тихо. Я уставилась в кружку и быстро поставила ее на стол. Бен заулыбался еще сильней. - Что? — спросила я не выдержав.
— Да нет, ничего. Уже довольно поздно, идешь завтра в школу?
— Скажу что заболела, а заниматься буду дома. Все равно в школе на каждый шорох отвлекаюсь.
— Прогуливать не хорошо. — ядовито сказал Бен.
— «Прогуливать не хорошо». — передразнила я его, на что он засмеялся и поставил кружку на стол. Бен медленно подошел ко мне и легонько пнул в бок. — Что ты делаешь? — нахмурилась я.
— Двигайся, где ты предлагаешь мне спать? — мое сердце забилось с бешеной силой, я сильно заволновалась, но все же пододвинулась к стене. Он лег рядом и накрыл нас одеялом, я была к нему повернула спиной и чувствовала его обжигающее дыхание у меня на шее. Он опомнился и потушил свечи, сейчас я не видела ничего, и из-за этого мне стало более неловко. Я ворочилась с боку на бок уже около десяти минут. Было невозможно заснуть. Мне было то жарко, то холодно. Я глубоко выдохнула и повернулась на другой бок, оказавшись лицом к лицу с Беном.
— Ты не спишь? — очень тихо спросила я.
— Ты дергаешься постоянно, как тут заснешь? — ответил он более грубым голосом, смотря на меня прожигающим взглядом. Я отвела глаза и почувствовала румянец на моих щеках. - Мм, ты не можешь заснуть? Может тогда…? — я накрылась одеялом с головой и отвернулась, ибо все мое лицо пылало от такого заявления.
— И… извини, все… Спи… — я почувствовала его ехидный взгляд и опять дернулась.
— Тц, да хватит уже! С тобой невозможно заснуть! — его грубый голос заставил меня поджать ноги. — Если ты сейчас же не прекратишь… — он приподнялся на локтях, из-за чего я посмотрела на него. В моих серо-голубых глаз предательски сверкнули слезы, и я мигом уткнулась в подушку. — Ты ревешь?
— Слепой что ли?! — в моем голосе были нотки раздражения, но все равно в комнате слышались тихие всхлипы. — Я пойду в зал, там посплю. — я хотела встать с кровати, но Бен прижал меня к себе железной хваткой. — Хватит, я… пойду… Я ведь мешаю.
— Дура. — он невесомо притронулся губами к моей шее и провел дорожку поцелуев. — Прости, что обидел тебя. Такого больше не повториться. Я хочу спать только с тобой, хочу спать с тобой всегда. — последнее его предложение ввело меня в ступор, но я быстро опомнилась и стала вырываться. — Хочу только тебя. — я вновь залилась краской и закрыла лицо ладонями, он тихо засмеялся и поцеловал меня в макушку. — А ты знала, что возраст согласия в Испании тринадцать лет?
— Ч… что? О чем ты?
— Да так, а в Америки от 16 до 18 лет, эх… — он печально вздохнул и и сильней прижал меня к себе. — Я ведь уже говорил тебе, что мне «далеко» не пятнадцать. — он уткнулся носом мне в макушку и вздохнул.
— Что такое «возраст согласия»?
— Хах, а ты не знаешь? — он засмеялся и повернул мое лицо к себе двумя пальцами. — Возраст сексуального согласия. — он сказал это на одном дыхании и стал улыбаться. — Дошло? — я вновь отвернулась и закрыла пылающие щеки. Он запустил холодные пальцы мне под майку и я дернулась. — Расслабься… Я не стану делать ничего такого. — я зажмурила глаза, но он лишь провел ладонью по моим ребрам, после подмял меня под себя и стал целовать ключицы и шею, не касаясь груди, что меня успокаивало. Он поглаживал мои ребра и иногда задевал низ живота, я сильней зажмурила глаза и отвернулась.
Страница 17 из 18
