Фандом: Ориджиналы. О самом сложном.
Добавить в моё избранное
1 мин, 48 сек 1318
На столе — кружка заваренного до черноты чая, с края которой спускается ярлычок пакетика. И ты знаешь, что глоток за глотком принимаешь дозу обжигающей внутренности отравы. Но ты без нее не можешь — у тебя саднит горло от бесконечного проговаривания вслух.
То, что ты читаешь — раз за разом, после каждого, даже самого незначительного исправления тщательно проверяя звучание — тоже отрава. Но отрава иного рода — для мозга.
Никуда не деться. Пока ты можешь мыслить, подмечать детали, делать выводы — ты будешь сочинять. Против воли облекать все в текст — слово за словом, предложение за предложением, а, не имея возможности записать, тут же терять начало… Но даже расстроившись, ты будешь продолжать, не в силах остановиться.
Если же тебе повезло, и удалось перенести придуманное на носитель — вычленить из бурного потока хотя бы толику — это счастье. Тебя накрывает всепоглощающее счастье. Эйфория.
И она тебя не отпускает ровно до того момента, пока не настает время правок.
Ты кричишь. Ты ругаешься, иногда даже не совсем приличными словами. Ты хочешь положить написанное в стол и никогда его больше не видеть. Но ты не умеешь так. Тебе важно не столько показать свое творение людям, сколько угостить собственное стремление к совершенству. Но как ни пытайся заранее рассчитать порцию, угощение все равно получается чересчур щедрым — снова и снова.
Ты садишься, закуриваешь и начинаешь работать. За первой сигаретой следует еще и еще — пока ты не говоришь себе банальное «хватит» и не прячешь пачку поглубже в стол. Но тело реагирует гораздо глубже — через некоторое время у тебя в крови уже бродит адский коктейль, который рано или поздно провоцирует дикое физическое возбуждение и не менее дикое желание кого-нибудь изнасиловать. Тебе становится мало насиловать одно только«что-нибудь» — собственное творчество.
И ты знаешь, что холодный душ тебе не поможет… Он снимет остроту — но лишь на время, а тебе никак нельзя прерываться, потому что иначе ты забудешь сущность едва-едва придуманных правок… В особенности нельзя прибегать к помощи воды — она способна изменить направление мыслей. И ты остаешься — ерзаешь на стуле, пытаешься помочь себе руками — но все бесполезно. Жажда никуда не девается.
А потом наконец ты остываешь.
Тебе предстоит самый сложный этап — отшлифовать звучание. И ты даешь себе полчаса передышки — избавиться от следов возбуждения, переодеться, заварить чай…
И вернуться к началу.
То, что ты читаешь — раз за разом, после каждого, даже самого незначительного исправления тщательно проверяя звучание — тоже отрава. Но отрава иного рода — для мозга.
Никуда не деться. Пока ты можешь мыслить, подмечать детали, делать выводы — ты будешь сочинять. Против воли облекать все в текст — слово за словом, предложение за предложением, а, не имея возможности записать, тут же терять начало… Но даже расстроившись, ты будешь продолжать, не в силах остановиться.
Если же тебе повезло, и удалось перенести придуманное на носитель — вычленить из бурного потока хотя бы толику — это счастье. Тебя накрывает всепоглощающее счастье. Эйфория.
И она тебя не отпускает ровно до того момента, пока не настает время правок.
Ты кричишь. Ты ругаешься, иногда даже не совсем приличными словами. Ты хочешь положить написанное в стол и никогда его больше не видеть. Но ты не умеешь так. Тебе важно не столько показать свое творение людям, сколько угостить собственное стремление к совершенству. Но как ни пытайся заранее рассчитать порцию, угощение все равно получается чересчур щедрым — снова и снова.
Ты садишься, закуриваешь и начинаешь работать. За первой сигаретой следует еще и еще — пока ты не говоришь себе банальное «хватит» и не прячешь пачку поглубже в стол. Но тело реагирует гораздо глубже — через некоторое время у тебя в крови уже бродит адский коктейль, который рано или поздно провоцирует дикое физическое возбуждение и не менее дикое желание кого-нибудь изнасиловать. Тебе становится мало насиловать одно только«что-нибудь» — собственное творчество.
И ты знаешь, что холодный душ тебе не поможет… Он снимет остроту — но лишь на время, а тебе никак нельзя прерываться, потому что иначе ты забудешь сущность едва-едва придуманных правок… В особенности нельзя прибегать к помощи воды — она способна изменить направление мыслей. И ты остаешься — ерзаешь на стуле, пытаешься помочь себе руками — но все бесполезно. Жажда никуда не девается.
А потом наконец ты остываешь.
Тебе предстоит самый сложный этап — отшлифовать звучание. И ты даешь себе полчаса передышки — избавиться от следов возбуждения, переодеться, заварить чай…
И вернуться к началу.
