Держись, YouTube!

Оближите их языком и снова нанесите — таким образом, мы обеспечили влагу на губах (Каюсь. Прим. Автора). Затем помаду наносим на лоб, чтобы не было видно прыщей (Я уверена, Бибер так делает. Прим. Автора). Берем уголь и рисуем румяна на щеках. Ну вот и все, надеемся, вам понравилось! Подпишитесь и поставьте лайк! Пока!

Мой Единорог!

Утро в этот день выдалось ужасное — небо застелили тёмные тучи, а крупные капли дождя барабанили по стеклу.

— Мама! Я не хочу на первое сентября! — хныкала Женя.

— Я знаю, что ты так не думаешь! Потому что первое сентября — это День знаний! И ты не можешь не любить его! Он ведь такой чудесный! Ты только представь: ты встретишься со своими новыми одноклассниками, которые будут со счастливыми улыбками смотреть на тебя! — щебетала мама вечером, гладя юбку дочери.

— Они нас не будут любить! — присоединилась к Владе Женя.

— Не говори ерунды! Не может быть такого! Вы же у нас такие милашки!

Женя скорчила ужаса-а-ающую рожу, которой позавидовал бы сам Фредди Крюгер. Ну или «Валандемарт».

— А можно я пойду на первое сентября в желтой футболке с попугайчиком? — поинтересовалась Влада.

— Конечно, надень! Тебя одноклассники сразу полюбят! Честное слово! Меня сразу приняли как родную в этой футболке! — прыснула Дина, которая, разговаривая по телефону с Алисой, отвлеклась на просьбу Влады.

— Ма! Ты же сказала, что ты её купила!

Через полчаса упорных подготовки к первому сентября, включающее в себя только приготовления одежды к празднику, были надорваны голосовые связки ЙАшек и «внезапно» оглохший подъезд.

— А давай снимем видео про первое сентября? Ведь все его не любят, и наше видео сразу наберёт популярность! — предложила Влада.

— Давай! Только нужно придумать что-нибудь интересное и совершенно новое! — загорелась идеей Женя.

— А давай сделаем как Катя Клэпп!

— Это как?

— Ну, давай что-нибудь интересное покажем, а потом ещё смешную песенку придумаем!

— Ты гений! Вся в меня!

Дабы не спалиться, сёстры решили подождать, пока все уснут.

Стрелки часов показывали без четверти два, когда дверь в комнату сестёр отворилась и оттуда выползли, по-другому и не скажешь, две гусеницы…

Эти гусеницы были на редкость большими, ибо не всех Чернобыль стороной обошел.

Их лица лишь издали напоминали человеческие. Если бы кто-то вышел из комнаты в коридор, то его бы хватило инфаркт. В лучшем случае, потеря головного мозга от передоза страха (не, ну а чо? Бывает ведь, да? В натуре бывает, я тебе отвечаю! Прим. Автора).

Так вот, лица гусениц были размалеваны углем: (де токо взяли, а? Прим. Автора) глаза были сильно обведены, ширина подводки была такой, что она доставала до бровей.

На щеках были нарисованы цифры «01. 09», под нижней губой тире, а на лбу «смерть».

Прически гусениц напоминали гульки, и из пучка торчал бумажный крест.

На гусеницах были зелёные пижамы.

— Ешли што, то прящемша вот так, — и гусеница свернулась клубком и накрыла лицо ладонями. Во рту была камера. А точнее, телефон. — Понятно?

— Угу, — кивнула вторая гусеница.

— Пошли.

Они поползли, отпячив попы, на кухню.

Когда они приползли, первая гусеница встала на четвереньки и установила «камеру» на столе, подперев её салфетницей.

— Всем привет! Вы тоже ненавидите первое сентября как и мы? — начала гусеница. — даже не сомневаюсь! И даже не отнекивайтесь, потому что сейчас будет круто!

Гусеница встала и взяла телефон. Она дала его второй гусенице, и сказала камеру:

— Сегодня мы расскажем вам простой способ разнести школу! Или хотя бы сделать какую-нибудь пакость, чтобы там было невозможно учиться! Ихихихи, — гаденько захихикала гусеница.

— Запоминайте! Берём лимон, перец, соль, сахар, банан, мандарин, майонез, кетчуп, селедку, молоко, какао, молотый кофе, нож и ложку. Или вилку. — по мере озвучивания списка, на столе появлялись продукты.

— Возьмите какую-нибудь большую миску. А лучше две.

Выдавите туда лимон и поперчите, посолите, подсахарите, перемешайте, раздавите туда банан и ещё раз перемешайте! А затем выдавите туда кетчуп и майонез и снова мешаем! Кидаем селедку и заливаем молоком. Сыпем какао и заваренный кофе. Поставить в микроволновку на минуту!

Все готово! Можете делать с этим что хотите! Можете съесть или намазать все стены или окна этим! — она достала из микроволновки миску. — Пока!

— Фуух. — облегчённой выдохнула гусеница и тут же скорчила рожу. — Фу, воняет.

— И что теперь мы с этим делать будем? — спросила вторая гусеница.

— Хм. Давай просто в окно выкинем!

Сказано — сделано.

— Ой, кажется, это на кого-то упало — заметила вторая гусеница.

— Прячемся!