Как жил юноша после его деяний? Здесь рассказывается о первых днях Джеффри Вудса после его убийств. А еще о том, как убийца встречает своего давнего друга — Безликого человека, и начинает вести дружбу со своей жертвой, попутно сходя с ума.
Добавить в моё избранное
277 мин, 29 сек 12448
Всё в ней так и манило Джеффа: длинные, русые волосы, карие, глубокие глаза.
Парень быстро прошел мимо нее. Девушка, не отвлекаясь от разговора, обернулась и уставилась на него: мол, что тут люди делают в три часа ночи? Ему она ничего не сказала и, что-то обеспокоенно проговорив в трубку, ушла в другую сторону, изредка оглядываясь на неизвестного.
Джефф перешел несколько главных дорог. Вдруг в каком-то доме послышался душераздирающий крик. Парень испуганно обернулся — мало ли что. Затем поднял голову, разглядывая тёмные и поблёскивающие в свете фонарей стёкла, за которыми, казалось, ничего не таилось, кроме тишины. Однако шум не пропадал. Сначала был женский крик, потом два мужских. Истошные, громкие, от которых бежали мурашки по коже, а внутри всё холодело. Они вселяли ужас, и создавалось впечатление, что людей там убивали. Причём не зажимая своим жертвам рот или один раз выстреливая в голову, наоборот: с мучениями, раздирая по кусочкам, чтобы человек всем телом чувствовал боль, заполняющую каждую клеточку его тела, но не мог даже потерять сознание и пришибленно заткнуться. Что-то заставляло их кричать одновременно и от ужаса, и от страха и агонии. Впрочем, так оно и было. Странно, но кроме Джеффа крик никто не услышал. Лишь холодные и полутёмные дома стояли неподвижными и безучастными наблюдателями, единственными слушателями и свидетелями, у которых нет никогда ни шанса и желания что-либо сделать, как-нибудь помочь.
Район омертвел своей безучастностью. Но парень не придал этому особого значения. Его интересовали лишь убийства. Кровавые и беспощадные. Неожиданно из-за угла вывернула явно встревоженная и ничего не понимающая девушка, которая вертела головой и поплотнее закутывалась то ли в халат, то ли в плащ; в темноте это было довольно тяжело различить. Она разглядывала эти безучастные отблески на стёклах окон, вслушивалась в уже затихший крик и шарила рукой в кармане. Наверное, искала телефон, чтобы вызвать полицию.
Джефф слился с тенью одного из зданий, тихо и медленно доставая нож. Пока неизвестная судорожно нажимала на кнопки своего мобильника, продолжая время от времени оглядываться, он подкрался к ней и…
Как вы догадались, он ее убил. Внезапно сзади послышалось ужасное шипение, которое резало слух. Как помехи на телевизоре, раздражающие своей непонятной громкостью и однообразностью.
Джефф обернулся. Там стояло существо, похожее на человека, но без лица. Сзади него развевались то ли на ветру, то ли по воле своего хозяина, щупальца. Длинная тёмная фигура замерла, а шипящий и нервирующий звук продолжался.
— А, Джеффри, это ты? — неожиданно добрым хрипловатым голосом, которого не должно быть у человека без лица и рта, спросило существо.
— Слендермен? Здравствуй! — Джефф посмотрел на него, жутко ухмыляясь кровавым оскалом, что выделялся на белом лице даже в темноте.
— … в лучшую сторону, — закончил тот.
— Что ты тут делаешь?
— Убиваю, — непринужденно ответил Джефф, крутя в руках окровавленный нож. Ещё свежая кровь разводами осталась на поблёскивающем лезвии, а с его острия спадала редкими каплями.
— Что? Ты же был нормальным парнем, когда мы познакомились.
— Помню. Теплый осенний лес, шипение за спиной, старенькая, запачканная кровью записочка… Честно сказать, я тогда немного испугался. — Джефф выделил слово «немного», будто оно являлось главным в предложении. Ему не особо хотелось признавать, что страх, как таковой, был, поэтому уклон в другое, казалось, сможет помочь. Хотя для себя Безликий выделил другое слово — «испугался». Но он ничего не сказал по этому поводу, а лишь спросил:
— Но почему? — он никак не мог понять очевидной вещи. Интересно, а почему он сам стал лесным убийцей?
— Знаешь, Безликий, это невозможно объяснить словами. Я просто почувствовал это, вот и все. Я никогда ранее не испытывал ничего подобного. Кстати, почему ты на меня зашипел?
— Да просто я иду по городу ночью, намечаю неплохую и уже испуганную жертву, а тут кто-то приходит и убивает ее прямо на моих глазах!
— Глазах? — усмехнулся парень.
— Все равно нахальство, — если бы у Безликого были губы, он бы точно их поджал.
— Понятно. А почему ты в городе, а не в своем лесу? — спросил Джефф, пряча нож в карман.
— Да ты представляешь, мой лес закрыли!
— То есть как?
— А вот так. Теперь там каждый день проходят по несколько человек и, видя что-то странное, например, мою записку, берут ее и на моих глазах сжигают. Наглость.
— Глазах? — снова усмехнулся Джефф и выделил интонационно слово. Было забавно слышать уже второй раз оговорку, но ещё забавнее было напоминать о ней.
На этот раз Слендер промолчал, хотя для него и его лица было бы логичным постоянное молчание.
Парень быстро прошел мимо нее. Девушка, не отвлекаясь от разговора, обернулась и уставилась на него: мол, что тут люди делают в три часа ночи? Ему она ничего не сказала и, что-то обеспокоенно проговорив в трубку, ушла в другую сторону, изредка оглядываясь на неизвестного.
Джефф перешел несколько главных дорог. Вдруг в каком-то доме послышался душераздирающий крик. Парень испуганно обернулся — мало ли что. Затем поднял голову, разглядывая тёмные и поблёскивающие в свете фонарей стёкла, за которыми, казалось, ничего не таилось, кроме тишины. Однако шум не пропадал. Сначала был женский крик, потом два мужских. Истошные, громкие, от которых бежали мурашки по коже, а внутри всё холодело. Они вселяли ужас, и создавалось впечатление, что людей там убивали. Причём не зажимая своим жертвам рот или один раз выстреливая в голову, наоборот: с мучениями, раздирая по кусочкам, чтобы человек всем телом чувствовал боль, заполняющую каждую клеточку его тела, но не мог даже потерять сознание и пришибленно заткнуться. Что-то заставляло их кричать одновременно и от ужаса, и от страха и агонии. Впрочем, так оно и было. Странно, но кроме Джеффа крик никто не услышал. Лишь холодные и полутёмные дома стояли неподвижными и безучастными наблюдателями, единственными слушателями и свидетелями, у которых нет никогда ни шанса и желания что-либо сделать, как-нибудь помочь.
Район омертвел своей безучастностью. Но парень не придал этому особого значения. Его интересовали лишь убийства. Кровавые и беспощадные. Неожиданно из-за угла вывернула явно встревоженная и ничего не понимающая девушка, которая вертела головой и поплотнее закутывалась то ли в халат, то ли в плащ; в темноте это было довольно тяжело различить. Она разглядывала эти безучастные отблески на стёклах окон, вслушивалась в уже затихший крик и шарила рукой в кармане. Наверное, искала телефон, чтобы вызвать полицию.
Джефф слился с тенью одного из зданий, тихо и медленно доставая нож. Пока неизвестная судорожно нажимала на кнопки своего мобильника, продолжая время от времени оглядываться, он подкрался к ней и…
Как вы догадались, он ее убил. Внезапно сзади послышалось ужасное шипение, которое резало слух. Как помехи на телевизоре, раздражающие своей непонятной громкостью и однообразностью.
Джефф обернулся. Там стояло существо, похожее на человека, но без лица. Сзади него развевались то ли на ветру, то ли по воле своего хозяина, щупальца. Длинная тёмная фигура замерла, а шипящий и нервирующий звук продолжался.
— А, Джеффри, это ты? — неожиданно добрым хрипловатым голосом, которого не должно быть у человека без лица и рта, спросило существо.
— Слендермен? Здравствуй! — Джефф посмотрел на него, жутко ухмыляясь кровавым оскалом, что выделялся на белом лице даже в темноте.
Беседа
— Что за?… — опешил Слендер, посмотрев на кипенно-белое лицо Джеффа. — Ты сильно изменился с того раза…— … в лучшую сторону, — закончил тот.
— Что ты тут делаешь?
— Убиваю, — непринужденно ответил Джефф, крутя в руках окровавленный нож. Ещё свежая кровь разводами осталась на поблёскивающем лезвии, а с его острия спадала редкими каплями.
— Что? Ты же был нормальным парнем, когда мы познакомились.
— Помню. Теплый осенний лес, шипение за спиной, старенькая, запачканная кровью записочка… Честно сказать, я тогда немного испугался. — Джефф выделил слово «немного», будто оно являлось главным в предложении. Ему не особо хотелось признавать, что страх, как таковой, был, поэтому уклон в другое, казалось, сможет помочь. Хотя для себя Безликий выделил другое слово — «испугался». Но он ничего не сказал по этому поводу, а лишь спросил:
— Но почему? — он никак не мог понять очевидной вещи. Интересно, а почему он сам стал лесным убийцей?
— Знаешь, Безликий, это невозможно объяснить словами. Я просто почувствовал это, вот и все. Я никогда ранее не испытывал ничего подобного. Кстати, почему ты на меня зашипел?
— Да просто я иду по городу ночью, намечаю неплохую и уже испуганную жертву, а тут кто-то приходит и убивает ее прямо на моих глазах!
— Глазах? — усмехнулся парень.
— Все равно нахальство, — если бы у Безликого были губы, он бы точно их поджал.
— Понятно. А почему ты в городе, а не в своем лесу? — спросил Джефф, пряча нож в карман.
— Да ты представляешь, мой лес закрыли!
— То есть как?
— А вот так. Теперь там каждый день проходят по несколько человек и, видя что-то странное, например, мою записку, берут ее и на моих глазах сжигают. Наглость.
— Глазах? — снова усмехнулся Джефф и выделил интонационно слово. Было забавно слышать уже второй раз оговорку, но ещё забавнее было напоминать о ней.
На этот раз Слендер промолчал, хотя для него и его лица было бы логичным постоянное молчание.
Страница 2 из 76
