Фандом: Гарри Поттер. Гарри Поттер победил Волдеморта, Гермиона Грейнджер посвятила десятилетия борьбе с превосходством чистокровных волшебников. Спустя двадцать лет после Битвы в магической Британии наконец наступает пора свободы от предрассудков по статусу крови.
Добавить в моё избранное
6 мин, 28 сек 11931
Как представитель компании вы должны выглядеть профессионалом и внушать доверие нашим клиентам. Ваш сегодняшний наряд совершенно не соответствует этой цели.
Саманта наклонилась вперед и подозрительно прищурилась.
— Это потому, что я женщина?
— … Простите?
— Знаете, я проходила это на уроках обществознания, — продолжила Саманта, отодвигаясь от него, и скрестила руки на груди. — Как мужчины постоянно пытаются распоряжаться женским телом. Вам, сэр, надо бы поумерить свой пыл и понизить чувство превосходства.
Петерсон задохнулся от этого обвинения, не представляя, что сказать в ответ. Злой взгляд мисс Дьюберри находчивости определенно не способствовал.
— Не забудьте про дресс-код в следующий раз, мисс Дьюберри, — пробормотал он и поспешно отступил.
Он вышел в коридор, чтобы собраться с мыслями, и до него донесся визгливый голос из одной из кабинок офисного опен-спейса. Его наименее любимая коллега, похоже, разговаривала по телефону.
— Привет, Бет, ты не поверишь, что сейчас случилось. Я уже говорила тебе о Петерсоне? Да, тот стрёмный придурок, который за мной везде таскается. Он приперся и ныл насчет моей одежды. Что за черт! Да он меня обсматривает, хренов извращенец. Как считаешь, стоит пожаловаться на него боссу?
Петерсон стиснул зубы и направился в офис Фоули, мысленно проклиная Гермиону Грейнджер и ее политику равенства. Петерсон своей работой гордился и раньше никогда по поводу заданий не ворчал, но он должен был отдать роль няньки этой девицы кому-то еще, пока эта роль не прикончила его карьеру.
— Петерсон, что вы наделали? — в голосе Фоули звучало отчаяние. Он позвал своего ассистента, как только увидел эту проклятую статью в «Ежедневном пророке», её сейчас читал и Петерсон. Фоули наблюдал, как лицо ассистента быстро теряет краски. Логичная реакция: учитывая политическую обстановку, случившееся было для карьеры Петерсона полным крахом. — Это полная и абсолютная ложь, сэр! — возмущенно взвизгнул тот. — Постоянные домогательства«? Она нападает на меня из-за того, что я пытался убедить ее одеваться в соответствии с нашими правилами?» Преследования работников из за статуса крови«?» Клуб престарелых мальчиков«? А все, что мы сделали, — это нанимали лучших — кроме нее, разумеется! — Он, тяжело дыша, смотрел на своего босса широко раскрытыми глазами.»
— Успокойтесь, друг мой.
— Клянусь вам, сэр, я никогда не позволял себе с мисс Дьюберри ничего сверх профессиональных и уместных на работе отношений. Я никогда не называл ее словом на букву «Г», — тут он понизил голос. — Независимо от того, сколько времени она испытывала мое терпение.
— Я верю вам, Петерсон. Вы с самого начала своей работы были очень полезны этой компании, — заверил его Фоули.
— Я собираюсь подать в суд за клевету. Пусть «Пророк» опубликует опровержение…
— Даже если мы увидим опровержение, это будет уже после завершения разбирательства, через несколько месяцев, мелким шрифтом внизу страницы. Наш имидж будет уничтожен, — Салливан Фоули с сожалением посмотрел на одного из своих лучших работников. — Боюсь, этого недостаточно.
— Что вы хотите этим сказать? — с придыханием спросил тот.
— Мне придется уволить вас, Петерсон. Я уже набросал заявление, что мы нетерпимы к проявлению дискриминации по статусу крови, и отправлю его во все основные газеты как можно скорее. Не волнуйтесь, я обязательно подчеркну, что пока нет доказательств вашего проступка, и компания, несомненно, сохранит лицо с такой оперативной реакцией на случившееся.
— Но… что мне теперь делать, мистер Фоули? — голос Петерсона от такого предательства звучал потерянно.
— Подавайте иск о клевете, попробуйте отмыть свою репутацию. И еще, не забудьте пройти в Министерстве добровольный курс внимательного отношения. В противном случае, независимо от исхода судебного разбирательства, я сомневаюсь, что вы сможете найти работу по специальности, — Фоули покачал головой. — Простите, Петерсон, но либо вы, либо мы все.
Первое, что сделал только что ставший безработным арифмант, он же менеджер, — направился в ближайший паб и напился до такой степени, до какой в своей короткой жизни не напивался еще ни разу. Несколько человек присаживались к нему с попыткой вовлечь в беседу, но сдавались и вскоре оставляли его в покое. Петерсон даже не помнил, что он говорил, чтобы от него так быстро отвязывались. Это уже все равно не имело значения.
— Чертов Фоули, — бормотал он заплетающимся языком, бредя домой в пьяном угаре. — Чертово Министерство. Чертовы грязнокровки.
Саманта наклонилась вперед и подозрительно прищурилась.
— Это потому, что я женщина?
— … Простите?
— Знаете, я проходила это на уроках обществознания, — продолжила Саманта, отодвигаясь от него, и скрестила руки на груди. — Как мужчины постоянно пытаются распоряжаться женским телом. Вам, сэр, надо бы поумерить свой пыл и понизить чувство превосходства.
Петерсон задохнулся от этого обвинения, не представляя, что сказать в ответ. Злой взгляд мисс Дьюберри находчивости определенно не способствовал.
— Не забудьте про дресс-код в следующий раз, мисс Дьюберри, — пробормотал он и поспешно отступил.
Он вышел в коридор, чтобы собраться с мыслями, и до него донесся визгливый голос из одной из кабинок офисного опен-спейса. Его наименее любимая коллега, похоже, разговаривала по телефону.
— Привет, Бет, ты не поверишь, что сейчас случилось. Я уже говорила тебе о Петерсоне? Да, тот стрёмный придурок, который за мной везде таскается. Он приперся и ныл насчет моей одежды. Что за черт! Да он меня обсматривает, хренов извращенец. Как считаешь, стоит пожаловаться на него боссу?
Петерсон стиснул зубы и направился в офис Фоули, мысленно проклиная Гермиону Грейнджер и ее политику равенства. Петерсон своей работой гордился и раньше никогда по поводу заданий не ворчал, но он должен был отдать роль няньки этой девицы кому-то еще, пока эта роль не прикончила его карьеру.
— Петерсон, что вы наделали? — в голосе Фоули звучало отчаяние. Он позвал своего ассистента, как только увидел эту проклятую статью в «Ежедневном пророке», её сейчас читал и Петерсон. Фоули наблюдал, как лицо ассистента быстро теряет краски. Логичная реакция: учитывая политическую обстановку, случившееся было для карьеры Петерсона полным крахом. — Это полная и абсолютная ложь, сэр! — возмущенно взвизгнул тот. — Постоянные домогательства«? Она нападает на меня из-за того, что я пытался убедить ее одеваться в соответствии с нашими правилами?» Преследования работников из за статуса крови«?» Клуб престарелых мальчиков«? А все, что мы сделали, — это нанимали лучших — кроме нее, разумеется! — Он, тяжело дыша, смотрел на своего босса широко раскрытыми глазами.»
— Успокойтесь, друг мой.
— Клянусь вам, сэр, я никогда не позволял себе с мисс Дьюберри ничего сверх профессиональных и уместных на работе отношений. Я никогда не называл ее словом на букву «Г», — тут он понизил голос. — Независимо от того, сколько времени она испытывала мое терпение.
— Я верю вам, Петерсон. Вы с самого начала своей работы были очень полезны этой компании, — заверил его Фоули.
— Я собираюсь подать в суд за клевету. Пусть «Пророк» опубликует опровержение…
— Даже если мы увидим опровержение, это будет уже после завершения разбирательства, через несколько месяцев, мелким шрифтом внизу страницы. Наш имидж будет уничтожен, — Салливан Фоули с сожалением посмотрел на одного из своих лучших работников. — Боюсь, этого недостаточно.
— Что вы хотите этим сказать? — с придыханием спросил тот.
— Мне придется уволить вас, Петерсон. Я уже набросал заявление, что мы нетерпимы к проявлению дискриминации по статусу крови, и отправлю его во все основные газеты как можно скорее. Не волнуйтесь, я обязательно подчеркну, что пока нет доказательств вашего проступка, и компания, несомненно, сохранит лицо с такой оперативной реакцией на случившееся.
— Но… что мне теперь делать, мистер Фоули? — голос Петерсона от такого предательства звучал потерянно.
— Подавайте иск о клевете, попробуйте отмыть свою репутацию. И еще, не забудьте пройти в Министерстве добровольный курс внимательного отношения. В противном случае, независимо от исхода судебного разбирательства, я сомневаюсь, что вы сможете найти работу по специальности, — Фоули покачал головой. — Простите, Петерсон, но либо вы, либо мы все.
Первое, что сделал только что ставший безработным арифмант, он же менеджер, — направился в ближайший паб и напился до такой степени, до какой в своей короткой жизни не напивался еще ни разу. Несколько человек присаживались к нему с попыткой вовлечь в беседу, но сдавались и вскоре оставляли его в покое. Петерсон даже не помнил, что он говорил, чтобы от него так быстро отвязывались. Это уже все равно не имело значения.
— Чертов Фоули, — бормотал он заплетающимся языком, бредя домой в пьяном угаре. — Чертово Министерство. Чертовы грязнокровки.
Страница 2 из 2
