Ночь длиною в жизнь

Глава 1

На этот раз первым проснулся слух. Что-то тихо шелестело рядом, будто кто-то листал книгу. Северус лежал, не открывая глаз, слушал и осязал. Тело пребывало на спине, на чем-то мягком. Ему было тепло. Немного приоткрыв глаза, он попытался разглядеть что-либо, но ничего не увидел. Беспросветный, абсолютный мрак. Регулярное шуршание продолжалось — значит, света должно быть, по крайней мере, достаточно для чтения. Северус не сомневался, что это книга, даже мог с уверенностью сказать, что она большая и старая, с тяжелыми, толстыми, пахнущими пылью страницами. Следовательно, что-то произошло с глазами, и это пугало.

Он вдруг чуть не подпрыгнул, за своими размышлениями не заметив, как шелест страниц прекратился, сидящий рядом человек осторожно вытянул его левую руку из-под одеяла и принялся ласково, медленно поглаживать кисть теплыми пальцами. Только многолетняя выдержка позволила не дернуться, но сердце суматошно заколотилось от неожиданности. Однако, сам факт, что его так нежно гладят, означал, что опасности нет. Он уже без боязни открыл глаза. Ничего не изменилось. Но человек, сидящий рядом, зашевелился, выпустил его руку (она безвольно упала на одеяло), и радостно воскликнул:

— Северус… профессор, вы очнулись! Наконец-то!

Еще не до конца идентифицировав принадлежность голоса, он попытался что-то сказать, но из горла вылетело только хриплое карканье. Тут же рядом раздалось «агуаменти», потом забулькала, переливаясь, жидкость, сильная рука протиснулась под его плечи, приподняв их вместе с головой, и в губы несильно ткнулось нечто жесткое и холодное, пахнущее мятой.

— Пейте, сэр, это вода с Укрепляющим зельем.

Он медленно глотал прохладную вкусную воду, и осознавал, кто именно является владельцем знакомого голоса, и, бережно поддерживая, поит сейчас лекарством. Быть может, он просто не до конца пришел в себя, и ему мерещится? Потому что голос, вне всякого сомнения, принадлежал Поттеру-младшему, которого он уже и не думал никогда встретить. Как непредсказуемы порой выверты судьбы.

Такое простое дело, как выпить стакан воды, отняло почти все силы, и Северус бессильно откинулся на подушки. И, на всякий случай — вдруг память сыграла с ним злую шутку? — решил уточнить:

— Кто вы?

Вышло хрипло, звуки с трудом выталкивались из отвыкших голосовых связок.

— Профессор, вы не помните меня? Я Гарри, Гарри Поттер… — в голосе говорившего отчетливо слышалось беспокойство. — Посмотрите на меня, сэр, вспомните… волшебная школа Хогвартс… я был вашим учеником.

Северус поморщился. Он помнил, конечно, помнил. Вот только ничего не видел.

Но собеседник, похоже, это уже понял. Лицом Северус почувствовал слабый ветерок, будто что-то помахало перед глазами.

— Профессор… сэр… вы меня видите?

Отпираться было бесполезно, да и незачем. Северус еще живо помнил ласковые поглаживания (и, признаться, совершенно не знал, как объяснить себе это).

— Нет, я не вижу вас, Поттер… Я ничего не вижу, — прозвучало хрипло, с должной степенью безразличия, чтоб нельзя было заподозрить страх, но все равно как-то безнадежно. — Это случается… после магической комы.

— Ох… простите…

Поттер, как обычно, извинялся за то, в чем не виноват. И, видимо, можно было не надеяться, что он научился не совершать промахов, или хотя бы извиняться за то, в чем действительно была его вина. Северус уже успел подзабыть, как тяжело общаться с импульсивными эмоциональными подростками, в особенности — с данным конкретным. Что ж, придется учиться заново.

Поттер, помолчав, продолжил:

— Я, конечно, в курсе, что после магической комы возможна потеря зрения, но все равно это стало для меня неожиданностью. Думаю, вам тоже, мягко говоря, не очень приятно. Но было бы гораздо хуже, если бы вы видели меня, но не узнавали. Слепота — временное явление, зрение мы вам за три дня восстановим. Зато вы можете говорить, а я сильно сомневался, что вам это удастся. Мышцы шеи срослись не совсем правильно, гортань тоже была повреждена, пришлось оперировать. Сейчас горло не болит?

Северус сглотнул, прислушался к ощущениям, потом отрицательно качнул головой и прохрипел:

— Говорить трудно.

— Ничего, это от общей слабости, скоро пройдет. Главное, что вы все-таки очнулись. Давайте я расскажу вам, что произошло. Пока — кратко и только про вас. Обещаю рассказать все, когда вы будете в силах выслушать продолжительный рассказ. И даже показать в думосборе. Вы помните, как вас покусала Нагайна?

— Да.

Уж этого он не забудет до конца своей жизни. И, как выяснилось, смерти.

— Я прошу прощения, что не помог вам тогда. Я был в слишком большом шоке. Мне до сих пор стыдно за это.

Северус опять поморщился. Поттер, по-видимому, пристально вглядывался в его лицо, потому что мгновенно уловил недовольство и продолжил:

— Но речь сейчас не обо мне, конечно.