Фандом: Гарри Поттер. В баре было тепло и душно. Каждый раз, когда открывалась дверь, Снейпу хотелось задержать входящего на пороге, лишь бы немного проветрилось. Однако когда вошел средний Уизли, такого желания не возникло.
Добавить в моё избранное
8 мин, 49 сек 14751
В баре было тепло и душно. Каждый раз, когда открывалась дверь, Снейпу хотелось задержать входящего на пороге, лишь бы немного проветрилось. Однако когда вошел средний Уизли, такого желания не возникло. Наоборот, Северусу отчаянно захотелось, чтобы тот проскользнул в бар как можно незаметнее и уселся в самом темном углу. Какого хера он согласился на этот фарс? А Уизли уже неловко пробирается между столами, привлекая к себе внимание. Не дай Мерлин, кто-нибудь решит, что у них тут свидание. От этого слова Снейпу стало как-то совсем паршиво, и он, скривившись, отпил из своего бокала отвратительное пойло. Уизли сел напротив и сразу ссутулился, стоило Снейпу протянуть ему выпивку. Можно подумать… Северусу захотелось встать, бросить на стол деньги и уйти, гордо взмахнув мантией. Если бы он не был таким трусом, то непременно бы так поступил. Но, к сожалению, сейчас ему проще плыть по течению, отдаваясь на волю случая.
Северус проклинал рубрику «Знакомства» в маггловских газетах, проклинал Артура Уизли, не отвратившего своих детей от маггловского мира и научившего их читать. Проклинал собственную невезучесть: подумать только, из двух сотен кандидатов для необременительных встреч он выбрал именно сына Уизли! Но отступать некуда: они раскрыли свое инкогнито на предыдущей встрече и разбежались, едва узнав друг друга. Сейчас им хотя бы надо договориться о неразглашении и мирно разойтись, забыв происшествие, как страшный сон. Только бы никто и ничего не подумал и не услышал.
— Я тут подумал… — Северус вздрогнул от тихого голоса Уизли и нетерпеливо посмотрел на него. Тот продолжил: — Я подумал, что нам лучше поговорить в номере. Я днем взял ключ, — почти прошептал он.
Именно этот ключ все и решил. Снейп не мог представить себя, просящего ключ от меблированных комнат, сдаваемых на время для вполне определенных целей. А Уизли продолжил:
— Я сейчас туда пойду. Это комната номер четыре. Она угловая на первом этаже, и окно выходит в тупик. — Уизли покраснел и быстро добавил: — Никто не заметит, если вы влезете в окно.
Ну хоть с мозгами у него все в порядке! Северус кивнул как можно незаметнее и отвернулся. И когда Уизли почти отошел от стола, тихо сказал:
— Буду через пятнадцать минут.
По тому, как вздрогнула худая спина, Снейп понял, что его услышали. Отсидев десять минут, он подозвал бармена, расплатился и вышел на улицу. Вечер был тих и прохладен. Северус быстро набросил на себя дезиллюминационные чары и свернул за угол. Нужное окно было чуть приоткрыто.
В маленьком номере не было ни стола, ни стульев, зато его почти весь занимала огромная кровать. Заметив появление Снейпа, Уизли встал с кровати, где он печально сидел и отошел в угол. Северус встал в другом углу. Запирающие, заглушающие, охранные и сигнальные чары получились у него почти автоматически и, уняв так некстати сбившееся дыханье, он начал:
— Вы никому об этом не расскажите!
— Конечно. Готов дать Нерушимый Обет.
— Разумеется.
Снейпу было приятно оставить за собой последнее слово, потому что такая готовность немедленно перейти к делу и перевернуть эту страницу их биографии почему-то задевала гордость. Неужели он настолько плох, что даже этот Уизли… Слова клятвы получались сами собой. Северус воспользовался разновидностью Обета, которая предполагала отсутствие свидетелей. И вот фантомные ленты истаяли, клятвы о неразглашении были приняты магией, а он не знал, что сказать. Ситуацию, как ни странно, спас Уизли:
— Я бы и без Обета никому не рассказал, но если вам так спокойнее…
— Я не привык полагаться на чужое благоразумие, — Северус презрительно скривился, показывая, что он думает о чужом благоразумии.
— И правильно, — неожиданно согласился Уизли. — А перед тем как мы с вами разойдемся, можно задать вопрос?
Снейп благосклонно кивнул.
— Скажите, а этот способ знакомств вообще работает?
От отчаяния, звеневшего в голосе Уизли, Снейп неожиданно сказал правду:
— Не знаю, я в первый раз… — И тотчас же разозлился от дурацкого и неуместного смущения. — Какое вам до этого дело?
— Простите, сэр, но мне… не у кого больше спросить.
Что ж, это многое объясняет. Северус задерживался. Вроде бы все слова сказаны, клятвы принесены — можно уходить, но это неожиданное сочувствие к Уизли требовало каких-то слов. Может, самых банальных.
— Если хотите что-то еще спросить, не стесняйтесь. Я не тороплюсь.
Ответа он не ожидал, поэтому очень удивился, услышав:
— А как вы справляетесь?
Снейп опешил. Ему что, теперь надо провести ликбез по самоудовлетворению для Уизли?
— Думаю, вам прекрасно известен этот древний способ.
Они помолчали. Уизли о чем-то напряженно думал, поправляя свои нелепые очки. Северус не мешал. Иногда человеку необходимо, чтобы его выслушали. Такую малость он может обеспечить.
Северус проклинал рубрику «Знакомства» в маггловских газетах, проклинал Артура Уизли, не отвратившего своих детей от маггловского мира и научившего их читать. Проклинал собственную невезучесть: подумать только, из двух сотен кандидатов для необременительных встреч он выбрал именно сына Уизли! Но отступать некуда: они раскрыли свое инкогнито на предыдущей встрече и разбежались, едва узнав друг друга. Сейчас им хотя бы надо договориться о неразглашении и мирно разойтись, забыв происшествие, как страшный сон. Только бы никто и ничего не подумал и не услышал.
— Я тут подумал… — Северус вздрогнул от тихого голоса Уизли и нетерпеливо посмотрел на него. Тот продолжил: — Я подумал, что нам лучше поговорить в номере. Я днем взял ключ, — почти прошептал он.
Именно этот ключ все и решил. Снейп не мог представить себя, просящего ключ от меблированных комнат, сдаваемых на время для вполне определенных целей. А Уизли продолжил:
— Я сейчас туда пойду. Это комната номер четыре. Она угловая на первом этаже, и окно выходит в тупик. — Уизли покраснел и быстро добавил: — Никто не заметит, если вы влезете в окно.
Ну хоть с мозгами у него все в порядке! Северус кивнул как можно незаметнее и отвернулся. И когда Уизли почти отошел от стола, тихо сказал:
— Буду через пятнадцать минут.
По тому, как вздрогнула худая спина, Снейп понял, что его услышали. Отсидев десять минут, он подозвал бармена, расплатился и вышел на улицу. Вечер был тих и прохладен. Северус быстро набросил на себя дезиллюминационные чары и свернул за угол. Нужное окно было чуть приоткрыто.
В маленьком номере не было ни стола, ни стульев, зато его почти весь занимала огромная кровать. Заметив появление Снейпа, Уизли встал с кровати, где он печально сидел и отошел в угол. Северус встал в другом углу. Запирающие, заглушающие, охранные и сигнальные чары получились у него почти автоматически и, уняв так некстати сбившееся дыханье, он начал:
— Вы никому об этом не расскажите!
— Конечно. Готов дать Нерушимый Обет.
— Разумеется.
Снейпу было приятно оставить за собой последнее слово, потому что такая готовность немедленно перейти к делу и перевернуть эту страницу их биографии почему-то задевала гордость. Неужели он настолько плох, что даже этот Уизли… Слова клятвы получались сами собой. Северус воспользовался разновидностью Обета, которая предполагала отсутствие свидетелей. И вот фантомные ленты истаяли, клятвы о неразглашении были приняты магией, а он не знал, что сказать. Ситуацию, как ни странно, спас Уизли:
— Я бы и без Обета никому не рассказал, но если вам так спокойнее…
— Я не привык полагаться на чужое благоразумие, — Северус презрительно скривился, показывая, что он думает о чужом благоразумии.
— И правильно, — неожиданно согласился Уизли. — А перед тем как мы с вами разойдемся, можно задать вопрос?
Снейп благосклонно кивнул.
— Скажите, а этот способ знакомств вообще работает?
От отчаяния, звеневшего в голосе Уизли, Снейп неожиданно сказал правду:
— Не знаю, я в первый раз… — И тотчас же разозлился от дурацкого и неуместного смущения. — Какое вам до этого дело?
— Простите, сэр, но мне… не у кого больше спросить.
Что ж, это многое объясняет. Северус задерживался. Вроде бы все слова сказаны, клятвы принесены — можно уходить, но это неожиданное сочувствие к Уизли требовало каких-то слов. Может, самых банальных.
— Если хотите что-то еще спросить, не стесняйтесь. Я не тороплюсь.
Ответа он не ожидал, поэтому очень удивился, услышав:
— А как вы справляетесь?
Снейп опешил. Ему что, теперь надо провести ликбез по самоудовлетворению для Уизли?
— Думаю, вам прекрасно известен этот древний способ.
Они помолчали. Уизли о чем-то напряженно думал, поправляя свои нелепые очки. Северус не мешал. Иногда человеку необходимо, чтобы его выслушали. Такую малость он может обеспечить.
Страница 1 из 3
