Карточный домик

Молодой полицейский назвал себя другом семьи и заявил, что хорошо знает Ягами, а также ссылался на то, что покойный отец юноши был шефом полиции. После ареста Лайт детектив велел полицейским следить за домом и разузнать как можно больше. Мацуда охотно продолжал посещать семью Ягами, когда исполнял приказы.

Почему L оставил без внимания эти подробности?

— Мисс Ягами выглядит слишком юной для замужества.

— Нет… это не то, что вы думаете! То есть, я хочу сказать, да, мы нравимся друг другу. Мы встретились, когда Лайт помогал полиции расследовать одно дело, и по-настоящему сблизились. Ох, Лайт не одобрял наших отношений, н-но он любезно разрешил мне ухаживать за Саю и жениться на ней, когда девушка достигнет совершеннолетия.

— Рюдзаки… Кажется, вы сказали, так вас зовут?

L переключил внимание с красного как рак Мацуды на миссис Ягами.

— Можно ли увидеться с ним?

— Он… он нездоров, миссис Ягами. Жив, но потрясение может плохо сказаться на его состоянии и принесет больше вреда, чем пользы, — L ненадолго замолчал. — Пойдемте! Все вместе. Здесь небезопасно оставаться.

— Куда мы отправимся?

— В одно надежное место. Кроме меня кто-нибудь летал на самолете?

Три пары глаз уставились на него с испугом и интересом одновременно.

L вздохнул.

Прошел еще один день из тех, что ему отвели на уничтожение тетрадей. По-прежнему нужно было разобраться с Мисой. Она могла в любой момент обнародовать его имя, устроив трансляцию на весь мир. Обе тетради целы. А теперь еще прибавились три заблудшие овцы на его попечении.

Слишком много для одного человека.

L содрогнулся от мысли, что у него совсем не осталось времени на поиски Мисы, и при этом он отвечал не только за свою жизнь. Детектив достал из сумки одну из тетрадей. Чья она? Его? Да, именно ее он забрал у Миками… Стоп! L замер, уставившись на черную обложку. Только они с Лайт в настоящий момент являются владельцами… Значит, только их память связана с Тетрадями Смерти. Если уничтожить обе тетради, это никак не повлияет на Мису!

— Рэм…

Шинигами что-то сделала. Пробудила воспоминания Мисы, но не использовала ни одну из известных ему тетрадей. Означало ли это, что в мире людей находилась третья тетрадь? Нет. Иначе Миса давно убила бы L. Он тряхнул головой.

Нет времени.

— Рюдзаки? Что это?

Детектив сглотнул.

— Граждане Японии, говорит… Кира.

Нет!

— Пришло время отвоевать нашу страну!

Черт побери эту девчонку!

— Первым делом мы должны уничтожить тех, кто держит нас в повиновении.

L издал нервный смешок, который потонул в завывании репродуктора.

Перед мысленным взором детектива предстала Лайт, одетая в очень дорогой элегантный костюм. В руке она держала шариковую ручку, на голове красовалась знакомая бумажная корона. Девушка ухмылялась, восседая на троне из игральных карт. Говорят, перо могущественнее меча. Лайт послала L воздушный поцелуй. Удача была на ее стороне. «Джекпот!»

— Рюдзаки?

— Мацуда, мне нужна ручка.

Глава 12. Горькая сладость

С того дня, когда пришлось спешно закрыть дело, он увидел ее впервые и был потрясен. Миса Амане, второй Кира, фотомодель и элитная куртизанка выглядела больной. Голубые глаза стали тусклыми и покраснели, живые искры в них погасли. Фарфоровая кожа приобрела землистый оттенок. Вместо золотого каскада локонов — короткие волосы, напоминающие солому. L наблюдал, как бледная тень некогда эффектной девушки, пошатываясь на высоких каблуках, с трудом ковыляла через зал аэропорта.

Детектив вспомнил заключение врача. Ужасные травмы, которые Миса получила во время взрыва штаб-квартиры, были фатальными. Стальная балка пронзила ее тело насквозь, сильно повредив внутренние органы. Долгое время девушка пребывала без сознания. Врач сказал, что остаток жизни она проведет в боли и страданиях, медленно угасая. L надеялся, что смертельная инъекция станет избавлением.

Но Лайт спутала ему все карты и решила судьбу Мисы по-своему. Воспользовавшись всеобщим замешательством, Амане скрылась. Детектив подозревал, что Рэм сыграла в этом немалую роль. Иначе как хрупкая девушка смогла сбежать из закрытого помещения, охраняемого десятком вооруженных людей? Миса должна была умереть. И она, и Лайт.

И все же они остались живы, но заплатили высокую цену.

Лайт, абсолютно беспомощная, зависела от доброй воли чужих людей.

Миса была обречена на мучительную полужизнь и пыталась закончить то, что начал ее «возлюбленный Кира».

Тетради Смерти приносили лишь несчастья.

L мысленно содрогнулся.

Любой действие приводит к тем или иным последствиям.

Формально он был ничем не лучше Киры.

— Эй, Рюдзаки, это же…

Детектив схватил Мацуду и зажал ему ладонью рот.