Фандом: Naruto. Один необдуманный поступок часто решает всё, за любую глупость приходится расплачиваться сполна. Вот только Цунаде к последствиям не готова. А ведь они кардинально изменят ее жизнь.
Добавить в моё избранное
208 мин, 25 сек 11452
— Я не понимаю, чего ты добиваешься?
— Справедливости! Он — твой последний друг, если когда-нибудь правда раскроется, не думаю, что он простит! — солгала Шизуне.
— Ну, хорошо. С завтрашнего дня я займусь основательной подготовкой бумаг, а ты — поисками этого маньяка. Если это действительно Джирайя, в чем я сильно сомневаюсь, можешь рассказать ему все, что посчитаешь нужным.
— Спасибо, Цунаде-сама! Я тогда завтра с утра отправляюсь.
Цунаде кивнула в знак согласия и скрылась за дверью своего дома. Она очень устала. Из головы не шел разговор с советниками, а как осуществить задуманное в таких условиях, она не знала.
Цунаде мешал живот. Он был таким огромным, что рубашка задиралась на нем, а халат не сходился. Она смешно ходила, переваливаясь с ноги на ногу, и чувствовала себя мячом на тоненьких ножках-спичках. Неожиданно Цунаде опрокинулась на спину и стала тянуться вперед, чтобы подняться. Кто-то подбежал к ней и широко раздвинул ее ноги. С удивлением, не чувствуя абсолютно ничего, Цунаде смотрела сначала на свой уменьшающийся живот, а потом и на голубенький сверток, из которого выглядывал курносый кареглазый мальчик. Цунаде приняла его на руки, удивляясь тому, насколько он крохотный. Такой маленький и беззащитный. Мальчик не кричал. Осознав это, Цунаде вздрогнула и, вскочив на ноги, быстрым шагом направилась в Госпиталь. Она звала на помощь и открывала все подряд двери, не помня, где искать нужных врачей, но Госпиталь был пуст. Опустив глаза, Цунаде поняла, что у нее в руках лежит маленькая соломенная кукла, перевязанная красной лентой.
Цунаде резко села в кровати, обливаясь холодным потом. Это просто кошмар, обычный кошмар. Спустив ноги на пол, она пошла на кухню. Стакан в руке дрожал, и Цунаде сама не помнила, как ей удалось не расплескать воду. Липкий страх медленно отступал. Она вернулась в спальню и, перебарывая детское желание укрыться с головой, легла на спину, натянув одеяло до подбородка. Засыпать было страшно. Одолеваемая противоречивыми чувствами, Цунаде положила руки на живот. Во сне он был просто огромен. Сейчас, ощущая, привычную теплую округлость, Цунаде испытывала ни с чем несравнимое облегчение, а вместе с ним вскоре пришел и сон.
Как и обещала, Шизуне отправилась в Деревню Горячих источников, поэтому в Резиденции она так и не появилась. С самого утра Цунаде в одиночку изучала формы документов и реквизиты, необходимые для различных бланков, чтобы потом не возникло проблем. Более-менее освободившись к обеду, она отправилась в одну из забегаловок, где назначила встречу Какаши и Шикаку. Место приличное, не шумное, а главное — в меню был рамен. Джонины уже ждали ее, и когда она вошла, помахали ей рукой. Цунаде присела напротив, и Какаши заказал всем по чашке рамена с зеленым чаем.
— Какаши уже рассказал тебе? — сходу спросила Цунаде, обращаясь к Шикаку.
— Да. Я благодарен за оказанное доверие, но искренне не понимаю, к чему такая спешка.
Цунаде строго посмотрела на Какаши:
— Я думала, он сказал, что мне необходимо покинуть Коноху на неопределенное время.
— Это Какаши сказал, но вот на вопрос, почему нельзя отложить отъезд до лучших времен, когда все, что вы, Цунаде-сама, задумали относительно нас с Какаши будет точно реализовано, он не ответил.
— Дело в том, что мой «отъезд» — первоочередная задача. И чем скорее это случится, тем лучше. Не думаю, что все это займет много времени — не больше месяца. Ваша задача — сохранить Коноху в лучшем виде до моего возвращения. Вчера мне удалось поговорить с советниками. Они согласны принять тебя, Шикаку, в Совет. Но, к сожалению, только тебя.
— Советников по-прежнему двое. Я один против двоих ничего не смогу сделать. Что-то подсказывает мне, что в таких условиях на вашем месте я продержусь не долго.
— Я много думала об этом. Вам же без разницы эти формальности? Фактически вы будете вдвоем против двоих. Мне пришла в голову мысль о том, что моим заместителем на время вполне сможет стать Какаши. Ты, Шикаку, уже в любом случае в Совете и у дел. Если Какаши станет…
— Эээ, нет… Так мы не договаривались, — протянул Какаши. — Вы уверены, что это единственный выход?
— А что, ты имеешь что-то против? — Цунаде отстранилась от стола, давая официантке возможность поставить перед ней чашку рамена. — Спасибо.
— Имею. Я бы не хотел связываться со всей этой бюрократией, — ответил Какаши и принялся за рамен.
— Эй, не ты ли вызвался обеспечить прикрытие и защиту Шикаку?
— Я, но то, о чем мы говорим сейчас, подразумевает совсем обратное.
— Ошибаешься, — возразил Шикаку, разделяя палочки. — Цунаде-сама права. Не имеет значения, кто из нас занимает место Хокаге. Если я член Совета, ты будешь иметь право обращаться ко мне по любому вопросу, а следовательно — перекладывать фактическую работу на меня. Я надеюсь, пока вас нет, мы свободны в выборе политической стратегии?
— Справедливости! Он — твой последний друг, если когда-нибудь правда раскроется, не думаю, что он простит! — солгала Шизуне.
— Ну, хорошо. С завтрашнего дня я займусь основательной подготовкой бумаг, а ты — поисками этого маньяка. Если это действительно Джирайя, в чем я сильно сомневаюсь, можешь рассказать ему все, что посчитаешь нужным.
— Спасибо, Цунаде-сама! Я тогда завтра с утра отправляюсь.
Цунаде кивнула в знак согласия и скрылась за дверью своего дома. Она очень устала. Из головы не шел разговор с советниками, а как осуществить задуманное в таких условиях, она не знала.
Цунаде мешал живот. Он был таким огромным, что рубашка задиралась на нем, а халат не сходился. Она смешно ходила, переваливаясь с ноги на ногу, и чувствовала себя мячом на тоненьких ножках-спичках. Неожиданно Цунаде опрокинулась на спину и стала тянуться вперед, чтобы подняться. Кто-то подбежал к ней и широко раздвинул ее ноги. С удивлением, не чувствуя абсолютно ничего, Цунаде смотрела сначала на свой уменьшающийся живот, а потом и на голубенький сверток, из которого выглядывал курносый кареглазый мальчик. Цунаде приняла его на руки, удивляясь тому, насколько он крохотный. Такой маленький и беззащитный. Мальчик не кричал. Осознав это, Цунаде вздрогнула и, вскочив на ноги, быстрым шагом направилась в Госпиталь. Она звала на помощь и открывала все подряд двери, не помня, где искать нужных врачей, но Госпиталь был пуст. Опустив глаза, Цунаде поняла, что у нее в руках лежит маленькая соломенная кукла, перевязанная красной лентой.
Цунаде резко села в кровати, обливаясь холодным потом. Это просто кошмар, обычный кошмар. Спустив ноги на пол, она пошла на кухню. Стакан в руке дрожал, и Цунаде сама не помнила, как ей удалось не расплескать воду. Липкий страх медленно отступал. Она вернулась в спальню и, перебарывая детское желание укрыться с головой, легла на спину, натянув одеяло до подбородка. Засыпать было страшно. Одолеваемая противоречивыми чувствами, Цунаде положила руки на живот. Во сне он был просто огромен. Сейчас, ощущая, привычную теплую округлость, Цунаде испытывала ни с чем несравнимое облегчение, а вместе с ним вскоре пришел и сон.
Как и обещала, Шизуне отправилась в Деревню Горячих источников, поэтому в Резиденции она так и не появилась. С самого утра Цунаде в одиночку изучала формы документов и реквизиты, необходимые для различных бланков, чтобы потом не возникло проблем. Более-менее освободившись к обеду, она отправилась в одну из забегаловок, где назначила встречу Какаши и Шикаку. Место приличное, не шумное, а главное — в меню был рамен. Джонины уже ждали ее, и когда она вошла, помахали ей рукой. Цунаде присела напротив, и Какаши заказал всем по чашке рамена с зеленым чаем.
— Какаши уже рассказал тебе? — сходу спросила Цунаде, обращаясь к Шикаку.
— Да. Я благодарен за оказанное доверие, но искренне не понимаю, к чему такая спешка.
Цунаде строго посмотрела на Какаши:
— Я думала, он сказал, что мне необходимо покинуть Коноху на неопределенное время.
— Это Какаши сказал, но вот на вопрос, почему нельзя отложить отъезд до лучших времен, когда все, что вы, Цунаде-сама, задумали относительно нас с Какаши будет точно реализовано, он не ответил.
— Дело в том, что мой «отъезд» — первоочередная задача. И чем скорее это случится, тем лучше. Не думаю, что все это займет много времени — не больше месяца. Ваша задача — сохранить Коноху в лучшем виде до моего возвращения. Вчера мне удалось поговорить с советниками. Они согласны принять тебя, Шикаку, в Совет. Но, к сожалению, только тебя.
— Советников по-прежнему двое. Я один против двоих ничего не смогу сделать. Что-то подсказывает мне, что в таких условиях на вашем месте я продержусь не долго.
— Я много думала об этом. Вам же без разницы эти формальности? Фактически вы будете вдвоем против двоих. Мне пришла в голову мысль о том, что моим заместителем на время вполне сможет стать Какаши. Ты, Шикаку, уже в любом случае в Совете и у дел. Если Какаши станет…
— Эээ, нет… Так мы не договаривались, — протянул Какаши. — Вы уверены, что это единственный выход?
— А что, ты имеешь что-то против? — Цунаде отстранилась от стола, давая официантке возможность поставить перед ней чашку рамена. — Спасибо.
— Имею. Я бы не хотел связываться со всей этой бюрократией, — ответил Какаши и принялся за рамен.
— Эй, не ты ли вызвался обеспечить прикрытие и защиту Шикаку?
— Я, но то, о чем мы говорим сейчас, подразумевает совсем обратное.
— Ошибаешься, — возразил Шикаку, разделяя палочки. — Цунаде-сама права. Не имеет значения, кто из нас занимает место Хокаге. Если я член Совета, ты будешь иметь право обращаться ко мне по любому вопросу, а следовательно — перекладывать фактическую работу на меня. Я надеюсь, пока вас нет, мы свободны в выборе политической стратегии?
Страница 27 из 59
