Прошлое прошлому

Белье, подходящее под размер груди Цунаде, им так и не удалось найти, но первая купленная специально для ее беременности вещь вызвала у Цунаде беспричинную радость.

Глава 9

Цунаде нервничала. Запретив себе кусать пальцы, она неосознанно кусала внутреннюю сторону губ и щек, что сидящая рядом Шизуне предпочла не замечать. Дверь за очередной пациенткой закрылась с глухим хлопком, и Цунаде с беспокойством осознала, что перед ней больше никого нет.

— Не волнуйтесь вы так, — прошептала Шизуне. — Рано или поздно все равно пришлось бы это сделать.

— С чего ты взяла, что я волнуюсь?

— Да нет, ни с чего. Я просто предположила.

Цунаде промолчала, вновь погрузившись в собственные размышления. Сейчас, оказавшись непосредственно в женской консультации, она все еще не могла осознать и привыкнуть к тому, что у нее будет ребенок. Пальцы рассеянно теребили сборку на подоле туники, но Цунаде этого не замечала. Единственным, что занимало ее мысли, была уверенность в том, что никаких абортов она делать не будет… Цунаде опустила глаза на живот, словно проверяя, не приснилось ли ей все это, и тяжело вздохнула. Нет, не приснилось.

— Что так долго? — пробормотала она, поворачиваясь лицом к двери.

— Потерпите немного, вас наверняка дольше продержат.

Цунаде недовольно дернула плечом. Постепенно ее одолевало раздражение, ведь она могла бы быть сейчас в Конохе вместо того, чтобы прохлаждаться здесь. Кстати, интересно, как там идут дела? Что с тем шпионом и нашли ли логово Орочимару? Справляются ли Шикаку и Какаши? Цунаде очень хотелось получить от них весточку, но она понимала, что напряженная работа в Резиденции просто не оставляет времени на написание дополнительных отчетов исключительно для нее. Хотя, возможно, дела идут не очень хорошо, но они не хотят огорчать Цунаде. Зная о ее положении, Какаши наверняка не посчитает нужным волновать ее. А ведь неизвестность пугает едва ли не больше известных бед.

— О чем задумались? — спросила Шизуне.

— О Конохе.

— Не стоит. Вы заняты кое-чем поважнее.

На вопросительный взгляд Цунаде Шизуне тепло улыбнулась:

— Вы поймете. Позже.

— Шизуне, с каких пор ты строишь из себя саму мудрость?

— Возможно, с тех самых, как вы начали глупить. Не обижайтесь, просто проанализируйте свои поступки. Что вы думали и делали в последнее время? Вы совсем о себе не заботились, предпочитая прятаться от проблем в своих бумажках. Это все, конечно, очень важно, но не важнее вас и вашего ребенка. Вы уже согласились с тем, что отказываться от него поздно, но я до сих пор не слышала от вас ни слова о том, когда вы собираетесь сказать Джирайе.

— При чем здесь Джирайя?

— Ну, хотя бы при том, что он отец ребенка.

— Мы уже говорили об этом, я даже пыталась сказать ему!

— Вы перестали пытаться, сославшись на то, что не будете рожать. Джирайя не должен был даже подозревать о вашей беременности. А теперь вы что будете делать? Представьте его реакцию, когда, вернувшись через три года, он обнаружит у вас на руках свою уменьшенную копию? И после этого вы надеетесь сохранить его дружбу?

Цунаде нахмурилась, но вместо ответа на довольно эмоциональный монолог Шизуне, спокойно сказала:

— Давай не будем обсуждать это здесь?

Шумно выдохнув, Шизуне отвернулась.

Лампочка над дверью мигнула, и Цунаде ничего не оставалось, кроме как встать и направиться в кабинет. Настроение было безнадежно испорчено. Надо же было так поругаться, чтобы не заметить, как девушка вышла из кабинета. Цунаде даже не успела морально подготовиться к предстоящей встрече.

В кабинете было светло и солнечно. Большие окна, занавешенные бежевым тюлем, отлично пропускали свет. Солнечные зайчики плясали на теплых кремовых стенах, скакали по развешенным на них фотографиям младенцев. Довершали интерьер светлая мебель и белый медицинский халат молодой девушки.

Цунаде сглотнула и представилась:

— Добрый день, я Сенджу Цунаде.

— Присаживайтесь, — улыбнулась Нанами. — Вы здесь впервые?

На легкий кивок она удовлетворенно сказала:

— Славно. Надеюсь, вы не будете разочарованы. Вы же собираетесь остаться в деревне до самых родов?

— Да, если можно.

— Можно и нужно.

Цунаде односложно отвечала на вопросы о количестве беременностей и детей, перенесенных болезнях, операциях, о том, какие заболевания встречались в семье. Она была приятно удивлена тем, как вела себя Нанами-сан. Говорила она много, быстро и по существу. У нее был приятный ласковый голос. В какой-то момент Цунаде подумала о том, что такие девочки, а по мнению Цунаде, Нанами была еще довольно молода, для того чтобы называться женщиной, незаменимы в работе с буйными больными и стариками.