Прошлое прошлому

Я не буду больше это обсуждать. На сегодня мне уже хватило.

— Так вы говорили об этом? И что он вам сказал?

— Что больше не будет этого делать.

— Прямо так и сказал?

— Шизуне, тебе больше заняться нечем, кроме как допрашивать меня?

— Извините, Цунаде-сама. Просто мне действительно интересно. И что же вы теперь будете с ним делать?

— Ничего.

— Ну, как же… Он же отец. Вам нужно помириться, чтобы у малыша были оба родителя.

— Я понимаю. Думаю, если Джирайя останется в Конохе, ничто не помешает ему приходить к нам в гости.

Шизуне усмехнулась:

— И вы думаете, он на это согласится? Видели, как он рассердился сегодня, когда вы не сказали ему, что идете за покупками для ребенка?

— Я не понимаю, зачем ему все это нужно. Если он рассчитывает, что увидев его заботу о малыше, я сразу к нему прибегу, то он ошибается.

— Мне кажется, это тут не при чем — просто он искренне хочет ребенка.

— Он сделал мне предложение, Шизуне.

— А что еще он мог сделать, чтобы быть рядом с любимой женщиной и любимым сыном или дочкой?

— Это Джирайя! Если бы ему нужна была семья, он бы давно ей обзавелся, а не толпами шлюх! Ты считаешь, что кто-то вроде него способен на заботу о ребенке и семейную жизнь? Я нет.

— Если у него есть любимая женщина, зачем ему заводить семью с кем-то еще?

— Если у него любимая женщина, зачем ему спать с кем-то кроме нее?

— Ладно, — согласилась Шизуне. — Тогда что вы будете делать, когда малыш родится?

— Вернусь в Коноху, а там посмотрим. Не хочу я сейчас об этом думать. Мне сразу тоскливо и тревожно становится оттого, что я не знаю, как там идут дела.

Цунаде недолго помолчала, а потом добавила:

— Может, стоит вернуться в Коноху на пару дней?

— Мне жаль, Цунаде-сама, но мы не должны там появляться раньше срока. Ваша беременность уже заметна, представляете, какие слухи пойдут по Конохе? Данзо только этого и ждет. Да и дорога туда не близкая, если ехать на телеге. А эти самые телеги ходят раз в неделю…

— Я поняла. Может тогда отправить письмо? Да, точно! Я напишу Какаши. Пусть расскажет мне, как у них идут дела. Шикаку уже должен быть принят в совет.

— Вы пишите, а потом я передам почтальону.

Цунаде согласно кивнула и принялась за написание письма. Увлеченная этим занятием, она не заметила, как Шизуне вышла из номера. В письме Цунаде сообщила, что у нее все хорошо, она встретила Джирайю и рассказала ему о своем положении. Про их ссору, она предпочла не писать. Вместо этого она рассказала об успехах Наруто и перешла к тому, что волновало ее больше всего. Цунаде спросила, что сейчас происходит в Конохе и в совете, справляется ли Какаши со своими обязанностями, и самое главное: как ведет себя Данзо. Цунаде была раздосадована тем, что эта мысль пришла к ней так поздно. Она отнесла письмо Шизуне и забралась в кровать с чувством выполненного долга.

Проспав почти до четырех часов, Цунаде так и не прошлась по магазинам, как планировала с утра. Она пыталась найти Наруто, чтобы подробнее расспросить его об их путешествии, но Шизуне сказала ей, что они с Джирайей ушли на тренировку.

— Я знаю, чем можно вас занять до их прихода, — улыбнулась Шизуне. — Давайте сходим в кино?

Цунаде с радостью приняла приглашение.

Это была мелодрама. Цунаде никогда ничего подобного не видела. Ей не удавалось сдерживать слезы на самых грустных или веселых моментах, а в перерывах между ними, она нервно кусала губы, пытаясь угадать, чем же все кончится. Шизуне сидела рядом и понимающе улыбалась поведению Цунаде, которая сейчас напоминала комок обнаженных нервов. Стоило лишь чуть-чуть задеть, как резонировало абсолютно все.

Из кинотеатра Цунаде вышла оживленной. Она спрашивала у Шизуне мнение о тех или иных моментах, тут же начиная высказываться и не давая ей ответить. Шизуне, впрочем, не была этим расстроена. Она слушала Цунаде с вежливым интересом и время от времени сама задавала ей вопросы.

— Я рада, что вам понравился фильм.

— Знаешь, мне кажется, у меня будет девочка, — неожиданно улыбнулась Цунаде.

— Почему? — Шизуне посмотрела на нее с искренним любопытством.

— Потому что на самых ответственных моментах она начинала вертеться. А в конце успокоилась. Ни один мальчишка не может проявлять такой интерес к мелодрамам.

— Думаю, вам нельзя столько волноваться, Цунаде-сама, — вздохнула Шизуне.

— Может ты и права, но я не чувствую себя плохо. Только вот голова немного болит.

— После ужина вам нужно отдохнуть.

В номере Цунаде с удовольствием приняла теплую ванну и после нее отправилась прямо в постель. Спускаться вниз ей не хотелось. Она так устала за вечер, что не вынесла бы шума, который постоянно наполнял столовую во время обедов и ужинов.