Фандом: Гарри Поттер. Грюм не всегда выглядел, как пособие по неудачной защите, когда-то у него и ноги было две, и глаза оба, и нос целый.
Добавить в моё избранное
11 мин, 6 сек 3698
Почему-то простое слово «спальня» заставило её покраснеть. Казалось бы, ну что такого, каждый человек где-то спит! Но Алисе в этом слове чудилось совсем не отдохновение после трудов праведных, направленных на защиту невинных, а совершенно иные вещи, имеющие, кроме прочего, непосредственное касательство к кровати.
Грюм был… Грюмом. Насколько Алиса знала, не только она, но и все вокруг воспринимали наставника только и исключительно как наставника, шефа, образец для подражания, в конце концов! Но не как… мужчину?
Алиса снова залилась румянцем и, размышляя о личной жизни хозяина дома, без приглашения двинулась по лестнице вверх.
К её удивлению ближайшая дверь оказалась открыта, и Алиса тут же заглянула в комнату. Узкие окна-бойницы давали мало света, но достаточно, чтобы рассмотреть огромное ложе — банальной кроватью назвать это поле для любовных утех было преступлением.
Хихикнув, как девочка-подросток, Алиса попыталась припомнить, не упоминал ли кто о личной жизни шефа, но вместо того, чтобы сосредоточиться, представила, как Грюм резким движением дёргает пояс халата, в котором он открыл дверь, и заваливает её на ложе.
Охнув, шокированная собственной фантазией Алиса рванула прочь. Сердце билось в горле, словно она не десяток ярдов преодолела, а пару миль пробежала, и вдобавок было очень стыдно. Почему-то не перед мужем, и даже не перед собой, а перед Грюмом.
Адрес Лонгботтомов ему был прекрасно известен, так что аппарировал Аластор прямо от калитки. Неодобрительно поцокав языком при виде защитных чар на доме, он постучал и, едва дверь начала открываться, рванул вперёд, опрокидывая хозяина и приставляя волшебную палочку к его горлу.
— Расслабился, Лонгботтом! — рявкнул он прямо в лицо дезориентированного Фрэнка.
— Шеф?!
Аластор помог подчинённому подняться и продолжил критику:
— Дом как на ладони! Защита и пьяного сквиба не остановит! Сигнальных чар нет! И ты ещё требуешь, чтобы Алиса тут целые дни проводила?! Смерти её хочешь!
Фрэнк краснел, мял полы рубашки, мямлил что-то неслышимое под нос и не смел поднять глаза на орущего шефа. Но последняя фраза его задела.
— Алиса сказала? Шеф, я…
— А ну молчать! — вновь рявкнул Грюм. — Тряпка! У тебя жена умница-красавица, а ты…
Фрэнк никогда Аластору не нравился. Особых недостатков у Лонгботтома, на первый взгляд, и не было, и всё же эта его мягкость… не таким Грюм видел настоящего аврора. Аластор не особенно придирался к нему, считая, что личные предпочтения не при чём, когда речь идёт о грамотном выполнении обязанностей, а с работой Лонгботтом справлялся. И всё же…
Сейчас он получил прекрасный повод для того, чтобы высказать удачливому мальчишке всё. И тот слушал, даже не огрызался — никакого интереса!
— В общем так, — припечатал Грюм в конце, — Алиса останется у меня. Мальчонка пусть с матерью твоей поживёт — в безопасности. А вот ты займись домом. Лично проверю!
Фрэнк что-то промямлил, и Аластор аппарировал прямо из холла. Снимая защитные чары с собственной калитки, он кипел негодованием, но пока добрался до двери, немного остыл…
Алиса спала прямо в гостиной на диване. Будить её не хотелось, так что Аластор наколдовал согревающие чары, призвал своё собственное одеяло и, осторожно укрыв спящую девушку, ретировался.
Спать в чужом доме Алисе не понравилось. Диван был слишком жёстким, да и замёрзла она… Встав, она некоторое время всматривалась в темноту, а потом крадучись двинулась на второй этаж, откуда едва слышно доносился храп.
Ступени не скрипели, так что она не боялась разбудить хозяина.
Дверь тоже не скрипнула, когда она проникла в спальню, залитую тьмой и лунным светом.
Грюм спал на спине и едва слышно похрапывал. Алиса приблизилась, наклонилась… коврик поехал из-под ноги, и она была вынуждена опереться обеими руками о постель.
Не просыпаясь, Аластор обхватил её за талию и повернулся на бок, подминая под себя.
Алиса беззвучно ахнула и принялась ёрзать, силясь выбраться. И вдруг замерла: почувствовала, какое воздействие её движения оказывают на Грюма. И размеры этого воздействия впечатляли!
Секунду спустя она сумела извернуться и выползти из-под Грюма…
Ласковые руки обнимали его за талию, а горячие губы почти касались живота. Аластор вздрогнул и проснулся.
Над ним, опираясь на расставленные колени и локти, стояла Алиса и смотрела прямо ему в глаза.
Было темно, но молочные груди в вырезе проклятой кофты Аластор видел отчётливо.
Она чуть наклонилась, прижалась грудью к его паху, и Аластор едва сдержал стон. Он совершенно не представлял, что делать — явно ведь не то, чего так отчаянно хотелось…
— Нападение! Поттеры убиты! Грюм! Мать твоя троллиха! Живее сюда!
Аластора буквально подкинуло с постели.
Грюм был… Грюмом. Насколько Алиса знала, не только она, но и все вокруг воспринимали наставника только и исключительно как наставника, шефа, образец для подражания, в конце концов! Но не как… мужчину?
Алиса снова залилась румянцем и, размышляя о личной жизни хозяина дома, без приглашения двинулась по лестнице вверх.
К её удивлению ближайшая дверь оказалась открыта, и Алиса тут же заглянула в комнату. Узкие окна-бойницы давали мало света, но достаточно, чтобы рассмотреть огромное ложе — банальной кроватью назвать это поле для любовных утех было преступлением.
Хихикнув, как девочка-подросток, Алиса попыталась припомнить, не упоминал ли кто о личной жизни шефа, но вместо того, чтобы сосредоточиться, представила, как Грюм резким движением дёргает пояс халата, в котором он открыл дверь, и заваливает её на ложе.
Охнув, шокированная собственной фантазией Алиса рванула прочь. Сердце билось в горле, словно она не десяток ярдов преодолела, а пару миль пробежала, и вдобавок было очень стыдно. Почему-то не перед мужем, и даже не перед собой, а перед Грюмом.
Адрес Лонгботтомов ему был прекрасно известен, так что аппарировал Аластор прямо от калитки. Неодобрительно поцокав языком при виде защитных чар на доме, он постучал и, едва дверь начала открываться, рванул вперёд, опрокидывая хозяина и приставляя волшебную палочку к его горлу.
— Расслабился, Лонгботтом! — рявкнул он прямо в лицо дезориентированного Фрэнка.
— Шеф?!
Аластор помог подчинённому подняться и продолжил критику:
— Дом как на ладони! Защита и пьяного сквиба не остановит! Сигнальных чар нет! И ты ещё требуешь, чтобы Алиса тут целые дни проводила?! Смерти её хочешь!
Фрэнк краснел, мял полы рубашки, мямлил что-то неслышимое под нос и не смел поднять глаза на орущего шефа. Но последняя фраза его задела.
— Алиса сказала? Шеф, я…
— А ну молчать! — вновь рявкнул Грюм. — Тряпка! У тебя жена умница-красавица, а ты…
Фрэнк никогда Аластору не нравился. Особых недостатков у Лонгботтома, на первый взгляд, и не было, и всё же эта его мягкость… не таким Грюм видел настоящего аврора. Аластор не особенно придирался к нему, считая, что личные предпочтения не при чём, когда речь идёт о грамотном выполнении обязанностей, а с работой Лонгботтом справлялся. И всё же…
Сейчас он получил прекрасный повод для того, чтобы высказать удачливому мальчишке всё. И тот слушал, даже не огрызался — никакого интереса!
— В общем так, — припечатал Грюм в конце, — Алиса останется у меня. Мальчонка пусть с матерью твоей поживёт — в безопасности. А вот ты займись домом. Лично проверю!
Фрэнк что-то промямлил, и Аластор аппарировал прямо из холла. Снимая защитные чары с собственной калитки, он кипел негодованием, но пока добрался до двери, немного остыл…
Алиса спала прямо в гостиной на диване. Будить её не хотелось, так что Аластор наколдовал согревающие чары, призвал своё собственное одеяло и, осторожно укрыв спящую девушку, ретировался.
Спать в чужом доме Алисе не понравилось. Диван был слишком жёстким, да и замёрзла она… Встав, она некоторое время всматривалась в темноту, а потом крадучись двинулась на второй этаж, откуда едва слышно доносился храп.
Ступени не скрипели, так что она не боялась разбудить хозяина.
Дверь тоже не скрипнула, когда она проникла в спальню, залитую тьмой и лунным светом.
Грюм спал на спине и едва слышно похрапывал. Алиса приблизилась, наклонилась… коврик поехал из-под ноги, и она была вынуждена опереться обеими руками о постель.
Не просыпаясь, Аластор обхватил её за талию и повернулся на бок, подминая под себя.
Алиса беззвучно ахнула и принялась ёрзать, силясь выбраться. И вдруг замерла: почувствовала, какое воздействие её движения оказывают на Грюма. И размеры этого воздействия впечатляли!
Секунду спустя она сумела извернуться и выползти из-под Грюма…
Ласковые руки обнимали его за талию, а горячие губы почти касались живота. Аластор вздрогнул и проснулся.
Над ним, опираясь на расставленные колени и локти, стояла Алиса и смотрела прямо ему в глаза.
Было темно, но молочные груди в вырезе проклятой кофты Аластор видел отчётливо.
Она чуть наклонилась, прижалась грудью к его паху, и Аластор едва сдержал стон. Он совершенно не представлял, что делать — явно ведь не то, чего так отчаянно хотелось…
— Нападение! Поттеры убиты! Грюм! Мать твоя троллиха! Живее сюда!
Аластора буквально подкинуло с постели.
Страница 3 из 4
