Snape's Memories

В его голосе не было слышно и намека на слезы или злость. Это сильно обеспокоило Гарри.

Должно быть, его молчание лишь подтвердило опасения мальчика, поскольку он перевел на него резкий взгляд.

— Так и куда меня отошлют теперь? — задал он новый вопрос безэмоциональный голосом.

— Мы с тетей Джинни подумали, что ты захочешь остаться с нами, — ответил Гарри. Он знал, что Тима было нелегко в чем-либо убедить, но он все же решил попробовать. — Ты можешь остаться с нами настолько, насколько захочешь.

Тим кивнул.

— Я… да. То есть я хочу остаться с вами… — Тим умолк, слегка смутившись. Гарри услышал несказанные им слова: «Пока вы от меня не устанете»,

— Тебе пора ложиться, — сказал Гарри. — Уже поздно.

Мальчик кивнул, сонно моргая. Гарри достал палочку, чтобы с помощью магии зажечь свет в камне, который служил ночником. Он направился обратно в гостиную, где на диване сидела Джинни, держа в руке бокал эльфийского вина.

Гарри уселся рядом с ней, и она протянула бокал и ему.

— Спасибо, любимая, — сказал он, закидывая ноги наверх.

Они почти не говорили, сидя вот так и смотря на огонь.

Спустя некоторое время Гарри проснулся один. Джинни укрыла его одеялом, а огонь в камине почти погас. Он предположил, что она, должно быть, отправилась спать, когда он задремал.

— Вы все еще спите, мистер Поттер, — раздался откуда-то голос Снейпа.

Гарри сел и огляделся по сторонам. Ему снился сон о том, что он находится в своей гостиной, а Снейп сидел в кресле с высокой спинкой.

— Теперь это будет происходить постоянно? — спросил он.

Выглядел Снейп не очень. Его окружала аура усталости и загнанности, которую Гарри помнил по своим дням в Хогвартсе.

— Возможно, Поттер.

— Итак, почему же ты решил меня преследовать? — прямо спросил Гарри. Этот день слишком измотал его в эмоциональном плане, чтобы играть в словесные игры.

Уголок рта Снейпа дернулся вверх.

— Я несколько непрозрачен для призрака, тебе так не кажется?

Так и было. Вместо того, чтобы висеть посреди комнаты серебристой прозрачной тенью, Снейп сидел в кресле во всей своей летучемышиной красе.

Гарри вздохнул, вновь спрашивая себя, что же пыталось донести до него подсознание.

— Полагаю, ты это то, что случается со мной, когда на меня сваливается слишком много стресса?

Снейп усмехнулся.

— Именно. Быть может, я даже «непереваренный кусок говядины, или лишняя капля горчицы, или ломтик сыра, или непрожаренная картофелина», — сказал он.

Гарри закатил глаза.

— Ты вообще планируешь выражаться яснее?

Улыбка Снейпа приобрела более веселый оттенок, но под его глазами залегли тени, а скулы резко выступали в приглушенном свете очага.

— Может, вам что-то предложить, профессор? — спросил Гарри, чувствуя необходимость проявить хотя бы элементарную вежливость.

При этих словах на журнальном столике между ними появился поднос с чаем, и Снейп взялся за заварочник.

— Хочешь узнать, что было хуже всего в мой последний год, проведенный в Хогвартсе, Поттер? — тихо спросил Снейп спустя мгновение.

— Нет, — в голову Гарри приходило множество вариантов ответа на этот вопрос.

— Я больше не мог приходить в кабинет Минервы и дразнить ее насчет квиддича. Или выпивать с ней чашку чая в конце рабочего дня, — Снейп содрогнулся. — Она едва могла смотреть на меня. Она осталась, чтобы защитить учеников, но так и не согласилась признать чужую власть, — он сделал глоток чая, а затем задумчиво продолжил. — Я считал, что со смертью твоей матери умерла и моя способность любить других людей. Но тот последний год доказал, как сильно я ошибался.

— О чем ты? — недоуменно спросил Гарри.

— За те годы, что я проработал вместе с Минервой, я полюбил ее. Она была мне наставником, когда я только начал преподавать. Думаю, она была мне сродни доброй тетушки.

Гарри горько улыбнулся.

— Откуда мне знать о добрых тетках.

— Неоткуда, — согласился Снейп. — Но у тебя были Минерва и Молли Уизли. Хоть кто-то, кто мог заменить материнскую фигуру. Просто представь, что Молли Уизли вдруг начала смотреть на тебя со страхом и отвращением.

— Минерва едва не лишилась чувств, когда узнала, что ты убил Дамблдора.

— Я знал, что мне не удастся пережить эту войну, — продолжил Снейп. — К тому времени, как Темный Лорд приготовился убить меня, я был более чем готов покончить со всем этим.

Гарри кивнул, вновь подумав, что Снейп действительно был самым храбрым из знакомых ему людей.

— Наверное, я сдался окончательно, когда узнал о том, что этот ублюдок задумал сделать с тобой. И о той роли, которую в этом должен был сыграть я.

— Волдеморт? — уточнил Гарри.

— Дамблдор.

Гарри кивнул.