Фандом: Гарри Поттер. Гарри нашел здоровое применение своей вечной тяге к спасению людей в виде маленького покалеченного мальчика. Но это изменение в жизни всколыхнуло в его памяти воспоминания о бывшем учителе. Воспоминания, которые никак не оставляли его мысли. Фик является своего рода сиквелом к «Dudley's Memories». Сюжетно они имеют мало общего, но первую часть рекомендуется прочесть для лучшего понимания происходящего.
Добавить в моё избранное
305 мин, 4 сек 6538
— Я знаю, что ничего не должен трогать. Может быть, я могу помочь Кричеру или…
Гарри вздохнул, представив себе выражение на лице Джинни, услышь она подобное. Тим уже успел сказать достаточно за последнюю пару дней, из-за чего Джинни белела как простыня и выходила из комнаты.
— Нет, Тим, — мягко перебил его Гарри. — Я имел в виду, что мы пойдем все. Вся семья.
В глазах Тима мелькнули страх и грусть, и он закусил губу.
— О. Значит, вы возьмете Кричера с собой?
— Нет. То есть Кричер, конечно же, часть семьи, но и ты теперь тоже, — терпеливо объяснил Гарри. Ему вспомнилось, что на первом курсе Хогвартса он вел себя примерно так же. Кажется, он спрашивал Рона, действительно ли он получил подарки на Рождество. Конечно, когда Гарри начал учиться в Хогвартсе, ему было уже одиннадцать, а не семь (Тим был маленьким для своего возраста, явно переживая отставание в развитии из-за причин, в которых целители всё ещё пытались разобраться). Гарри не знал, к лучшему это было или к худшему.
— То есть… вы хотите, чтобы я тоже пошел? — уставился на него огромными глазами Тим.
Гарри улыбнулся.
— Да. Думаю, тебе понравится. Лили хочет всё тебе показать.
К большому удивлению Гарри и Джинни, Лили восприняла свою новую роль старшей сестры крайне серьезно. Хотя, конечно, заслугой тому во многом было то, что этой осенью Лили должна была отправиться в Хогвартс. Перспектива обретения волшебной палочки заставляла большинство детей-волшебников противиться тому, чтобы с ними нянчились. Помогало и то, что Тим проявил в Лили склонность присматривать за другими людьми.
— О…
Судя по всему, Тим не собирался больше ничего говорить. Возможно, он боялся, что скажет что-нибудь не то и разозлит Гарри. Конечно, после выходок Джеймса и Ала этот маленький мальчик едва ли мог сделать что-то, что могло вызвать в Гарри злость. Досаду и раздражение ещё может быть, но не злость.
— Пойдем, — Гарри снова протянул руку. — Давай уложим тебя обратно в кровать.
В этот раз Тим взял его руку чуточку более уверенно. Но Гарри не упустил то, что Тим стащил из банки еще три-четыре печеньки и незаметно засунул их в карман. Кричер рассказал Гарри и Джинни, что мальчик прятал еду в пакете под кроватью. Кричера и Джинни беспокоило, что Тим держал в комнате испорченную еду, но Гарри догадывался, зачем мальчик это делал. Он наказал Кричеру ничего не убирать и пообещал сам со всем разобраться. Похоже, ему предоставился удобный случай для этого.
— Эй, Тим? — сказал Гарри, когда они поднимались по лестнице в новую комнату мальчика. — Это печенье быстро испортится у тебя в кармане.
Тим остановился. Гарри опустился на несколько ступенек, когда мальчик повернулся к нему лицом, неподвижно замерев в свете волшебной палочки.
— Знаешь, ты всегда можешь взять себе что-нибудь поесть на кухне, — как ни в чем ни бывало продолжил Гарри, — или позвать Кричера. — Он снова начал подниматься, потянув мальчика за собой. — Но если тебе так проще, то я могу поставить шкафчик с едой в твою комнату. Я могу заколдовать его, чтобы еда внутри оставалась свежей. Не хочется, чтобы у нас завелись мыши, понимаешь?
Он открыл дверь в комнату Тима, и мальчик быстро забрался в кровать, с опаской наблюдая за Гарри. Одним быстрым заклинанием Гарри вынул половицу, внезапно вспомнив, как он сам прятал вещи в доме у Дурслей. Еще несколькими заклинаниями он создал маленький тайник для еды с сохраняющими чарами внутри. Что бы Тим ни положил сюда, оно будет оставаться свежим и не привлечет внимания мышей и жуков. Он протянул руку за печеньем, спрятанным в кармане Тима. Тот робко протянул его ему. Гарри указал палочкой под кровать, призывая спрятанный там пакет.
Тим протестующе пискнул, и Гарри постарался его успокоить.
— Все хорошо, я просто хочу убрать еду.
В пакете Гарри обнаружил еще печенье, яблоко, кусочек варенной морковки, половинку бутерброда, немного сыра и другие маленькие кусочки еды, которые легко можно было утащить с кухни. С уколом в сердце Гарри отметил, что, за исключением печенья, ничего из найденной им еды нельзя было отнести к «лакомствам». Тим обладал всеядностью ребенка, которому было знакомо чувство голода. Он ни разу не спрашивал о еде и не отказывался от нее, не было у него и каких-либо предпочтений, кроме большого количества съеденного шоколадного печенья.
Гарри убрал еду в маленький тайник и закрыл его сверху половицей.
— Вот так. Ты можешь есть в любое время, даже не спускаясь на кухню. Только не сори в кровати, — Гарри сделал мысленную пометку предупредить обо всем Кричера и, может быть, попросить его следить за тем, чтобы в маленьком тайнике всегда что-нибудь лежало.
Гарри взглянул на другие вещи, лежавшие в пакете. Пара игрушек, что Тиму подарили сотрудники больницы Святого Мунго. Тим было вытянул руку вперед, но тут же отпрыгнул назад, когда Гарри поднял на него взгляд.
Гарри вздохнул, представив себе выражение на лице Джинни, услышь она подобное. Тим уже успел сказать достаточно за последнюю пару дней, из-за чего Джинни белела как простыня и выходила из комнаты.
— Нет, Тим, — мягко перебил его Гарри. — Я имел в виду, что мы пойдем все. Вся семья.
В глазах Тима мелькнули страх и грусть, и он закусил губу.
— О. Значит, вы возьмете Кричера с собой?
— Нет. То есть Кричер, конечно же, часть семьи, но и ты теперь тоже, — терпеливо объяснил Гарри. Ему вспомнилось, что на первом курсе Хогвартса он вел себя примерно так же. Кажется, он спрашивал Рона, действительно ли он получил подарки на Рождество. Конечно, когда Гарри начал учиться в Хогвартсе, ему было уже одиннадцать, а не семь (Тим был маленьким для своего возраста, явно переживая отставание в развитии из-за причин, в которых целители всё ещё пытались разобраться). Гарри не знал, к лучшему это было или к худшему.
— То есть… вы хотите, чтобы я тоже пошел? — уставился на него огромными глазами Тим.
Гарри улыбнулся.
— Да. Думаю, тебе понравится. Лили хочет всё тебе показать.
К большому удивлению Гарри и Джинни, Лили восприняла свою новую роль старшей сестры крайне серьезно. Хотя, конечно, заслугой тому во многом было то, что этой осенью Лили должна была отправиться в Хогвартс. Перспектива обретения волшебной палочки заставляла большинство детей-волшебников противиться тому, чтобы с ними нянчились. Помогало и то, что Тим проявил в Лили склонность присматривать за другими людьми.
— О…
Судя по всему, Тим не собирался больше ничего говорить. Возможно, он боялся, что скажет что-нибудь не то и разозлит Гарри. Конечно, после выходок Джеймса и Ала этот маленький мальчик едва ли мог сделать что-то, что могло вызвать в Гарри злость. Досаду и раздражение ещё может быть, но не злость.
— Пойдем, — Гарри снова протянул руку. — Давай уложим тебя обратно в кровать.
В этот раз Тим взял его руку чуточку более уверенно. Но Гарри не упустил то, что Тим стащил из банки еще три-четыре печеньки и незаметно засунул их в карман. Кричер рассказал Гарри и Джинни, что мальчик прятал еду в пакете под кроватью. Кричера и Джинни беспокоило, что Тим держал в комнате испорченную еду, но Гарри догадывался, зачем мальчик это делал. Он наказал Кричеру ничего не убирать и пообещал сам со всем разобраться. Похоже, ему предоставился удобный случай для этого.
— Эй, Тим? — сказал Гарри, когда они поднимались по лестнице в новую комнату мальчика. — Это печенье быстро испортится у тебя в кармане.
Тим остановился. Гарри опустился на несколько ступенек, когда мальчик повернулся к нему лицом, неподвижно замерев в свете волшебной палочки.
— Знаешь, ты всегда можешь взять себе что-нибудь поесть на кухне, — как ни в чем ни бывало продолжил Гарри, — или позвать Кричера. — Он снова начал подниматься, потянув мальчика за собой. — Но если тебе так проще, то я могу поставить шкафчик с едой в твою комнату. Я могу заколдовать его, чтобы еда внутри оставалась свежей. Не хочется, чтобы у нас завелись мыши, понимаешь?
Он открыл дверь в комнату Тима, и мальчик быстро забрался в кровать, с опаской наблюдая за Гарри. Одним быстрым заклинанием Гарри вынул половицу, внезапно вспомнив, как он сам прятал вещи в доме у Дурслей. Еще несколькими заклинаниями он создал маленький тайник для еды с сохраняющими чарами внутри. Что бы Тим ни положил сюда, оно будет оставаться свежим и не привлечет внимания мышей и жуков. Он протянул руку за печеньем, спрятанным в кармане Тима. Тот робко протянул его ему. Гарри указал палочкой под кровать, призывая спрятанный там пакет.
Тим протестующе пискнул, и Гарри постарался его успокоить.
— Все хорошо, я просто хочу убрать еду.
В пакете Гарри обнаружил еще печенье, яблоко, кусочек варенной морковки, половинку бутерброда, немного сыра и другие маленькие кусочки еды, которые легко можно было утащить с кухни. С уколом в сердце Гарри отметил, что, за исключением печенья, ничего из найденной им еды нельзя было отнести к «лакомствам». Тим обладал всеядностью ребенка, которому было знакомо чувство голода. Он ни разу не спрашивал о еде и не отказывался от нее, не было у него и каких-либо предпочтений, кроме большого количества съеденного шоколадного печенья.
Гарри убрал еду в маленький тайник и закрыл его сверху половицей.
— Вот так. Ты можешь есть в любое время, даже не спускаясь на кухню. Только не сори в кровати, — Гарри сделал мысленную пометку предупредить обо всем Кричера и, может быть, попросить его следить за тем, чтобы в маленьком тайнике всегда что-нибудь лежало.
Гарри взглянул на другие вещи, лежавшие в пакете. Пара игрушек, что Тиму подарили сотрудники больницы Святого Мунго. Тим было вытянул руку вперед, но тут же отпрыгнул назад, когда Гарри поднял на него взгляд.
Страница 3 из 86
