Snape's Memories

Я поговорю с ней, когда закончу тут, — ответил компетентный голос.

Чудесно. Он снова натворил глупостей. Гарри надеялся, что Джинни не будет злиться на него очень уж сильно.

— Давайте-ка… — голоса растворились, и темная вода вновь сомкнулась над головой у Гарри.

Некоторое время спустя он почувствовал, как кто-то достает что-то изгибающееся из его рта.

— Гарри, если ты меня слышишь, то сделай глубокий вдох.

Послушавшись, Гарри непонятно почему удивился той легкости, с которой у него это вышло. Он почувствовал себя так хорошо, что сделал еще один вдох.

— Замечательно, Гарри. Теперь я снова погружу тебя в сон, но худшее уже позади. Хорошо?

Гарри показалось, что он пробурчал в ответ что-то утвердительное, но до конца в этом уверен не был.

Еще чуть позже его разбудили беспокойные сны. Он попытался перевернуться и снова заснуть, но оказалось, что он не мог пошевелиться. Гарри запаниковал, со всей силы попытавшись вырваться из пут, удерживавшего его на месте заклинания.

— Успокойся. Все хорошо, — на его руку опустилась чья-то теплая ладонь. — Целители не хотят, чтобы ты двигался.

Теперь это точно был голос Рона. Гарри с трудом открыл глаза, но в комнате было темно, и все расплывалась.

— Рон? — из его рта не вырвалось ни звука.

— Ты пока не можешь говорить, — расплывчатая фигура подняла волшебную палочку. — Finite.

Гарри с благодарностью сжал и разжал кулаки.

— Спасибо, — произнес он одними губами.

— Только не упади с кровати, а то я греха не оберусь, — пробурчал Рон.

Гарри кивнул, закрывая глаза.

Рядом с его головой снова послышались голоса.

— … не лишком тобой довольны.

— Угу, но что-то я сомневаюсь, что приступ паники тоже был бы полезен для его дыхания.

Кто-то тихо засмеялся.

— Да, это уж точно.

Дверь открылась и закрылась. Гарри медленно открыл глаза и поднял руку, чтобы потереть их, обрадовавшись тому, что все еще мог двигаться.

— Дать тебе их? — спросил Рон, протягивая очки.

— Спасибо, — в этот раз его ответ не был беззвучным. Надев очки, он наконец-то сумел разглядеть, что находится в одной из отдельный палат Мунго. Рон сидел на стуле у его кровати, явно пробыв здесь не мало времени, если судить по стопке журналов, возвышавшейся рядом с ним.

— С Тимом все в порядке? — прохрипел Гарри. Он кашлянул, прочищая горло.

— Да, дружище, с ним все нормально. Он с Джинни. Целители отпустили его домой на ночь, — улыбнулся ему Рон.

Значит, все хорошо. Остальное не имело особого значения.

— Итак, ты здесь для того, чтобы не дать мне сбежать или чтобы не дать им войти сюда? — хрипло спросил Гарри.

Рон наградил его мрачным взглядом.

— Ты о чем?

Гарри глянул на прикроватную тумбочку и тут же расслабился, заметив на ней свою волшебную палочку.

— Значит, я не под арестом?

Рон покачал головой.

— Расследование, конечно, начали, но ты проспал большую его часть. Рос скоро зайдет. Целитель только что ушел сказать ей, что ты проснулся, — Рон покачал головой. — Снова тебе повезло. Наверное, Смит купился на ту чушь, что у тебя иммунитет к Смертельному проклятью. Хотя, конечно, если бы его заклинание попало в тебя напрямую, ты бы был уже мертв.

— Чем он в меня угодил? — нахмурившись, спросил Гарри.

— Испарил половину твоего легкого. А с тем, что от него осталось, случился коллапс. Целителям пришлось выращивать его заново, чем они занимались последние три дня. Если бы ты не попытался уклониться, то… — Рон содрогнулся.

— О, — Гарри смутно помнил, как Рон напоил его обезболивающим после того, как Джинни забрала Тима. А потом появились колдомедики. Большая часть событий после того, как в него угодило проклятье Смита, было словно в тумане. Тогда ему стало трудно дышать. Что ж, потеря половины легкого все объясняла.

Но посланное им в Смита Смертельное проклятье совершенно четко отпечаталось в его памяти. В его воспоминаниях все происходило очень медленно, а Тим был очень быстр. Мальчик убежал от Смита настолько далеко, насколько позволяла комната, и Гарри направил палочку. Это заняло целую вечность. После этого Гарри повалился на пол, пытаясь отдышаться.

Тихий голос Тима срывался в истерику от страха и горя.

— О, нет-нет-нет! Папа! Не умирай, не умирай, не умирай, пожалуйста! — слова сливались вместе, что случалось с Тимом постоянно, когда он только начал жить у Поттеров.

Гарри приподнялся, чтобы заглянуть в глаза ребенку и молить его о прощении. В тот момент он спрашивал себя, можно ли было попросить Министерство подыскать дементоров, которые бы охраняли исключительно его камеру. Он убил единственного отца, которого знал ребенок, и неважно, что этот человек пытался убить Гарри.