Фандом: Гарри Поттер. Гарри Поттер получает приглашение на Рождественский бал. Вот только пойти туда он никак не может.
Добавить в моё избранное
12 мин, 2 сек 12995
Я думал, я был просто уверен, что ты будешь моим спутником!
— Или спутницей, — невозмутимо заметил Северус, переворачивая страницу.
— Или… Северус! Черт тебя побери…
Гарри вытащил из рук Снейпа «Придиру», сел напротив. — Посмотри на меня. Почему ты не хочешь пойти на бал со мной? Потому что тебе не прислали отдельное приглашение, да? Но все и так знают, что мы вместе! — Все«не знают, Поттер. Они догадываются, сплетничают, но не знают точно, и я бы предпочел, чтобы ситуация оставалась таковой как можно дольше.»
— Нет… Только не говори мне, что мы опять это обсуждаем!
Гарри несколько раз глубоко вздохнул, чтобы взять себя в руки и не сорваться. Последний подобный разговор закончился грандиозным скандалом, а сейчас на это просто не было времени.
— А мы ничего и не обсуждаем, Поттер. Ты идешь на Рождественский бал в Министерство — не зря же я столько усилий потратил, чтобы научить тебя отличать правую ногу от левой! А я напишу Лавгуду — в его последней статье были интересные мысли, хотелось бы уточнить несколько моментов… Что?
Гарри молча смотрел на Северуса. Это было глупо, да. Он знал, с кем связался, его предупреждали и все такое. Северус Снейп был и остался упрямым, язвительным, мало приятным в общении с посторонними, вредным типом, и Гарри отдал бы все, что угодно, чтобы этот невыносимый тип оказался с ним на Рождественском балу в Министерстве, чтобы стоял рядом, отпуская вполголоса едкие замечания, чтобы можно было шагнуть ближе, чувствуя тепло его тела и безмолвную поддержку, чтобы они были вместе, по-настоящему, открыто вместе. Разве он так уж много хочет? Просто знать, что кому-то нужен — нет, не кому-то, а Снейпу. Но, похоже, Снейпу не нужен никто, и дурацкая статья в газетенке Лавгуда про очередных идиотских кизляков для него важнее, чем возможность вместе пойти на бал. Ну…
— Ну… Я тогда пошел, да?
— Повеселись там хорошенько, Поттер.
У самой двери Гарри остановился и повернулся к Северусу, который уже нацелился пером на чистый пергамент.
— Ты точно уверен, что не пойдешь? Я…
«Мне бы очень этого хотелось» и«Это было бы для меня важно» осталось несказанным. Как-то слишком жалко прозвучало даже в голове, чтобы произносить вслух. Пришлось отправляться одному. До самого последнего момента, пока не вспыхнул зеленым порох в камине, Гарри надеялся, что его окликнут. Ему показалось, что он слышит за спиной голос Северуса, уносясь в министерство. Послышалось, наверное.
Большой зал Министерства сиял. Горели сотни свечей, переливалась огнями огромная елка, сверкали хрустальные бокалы в руках разряженных гостей. Министр Шеклболт тоже сиял, лучась радушием и гостеприимством. Гарри улыбался, пожимал руки, потягивал шампанское — или что-то шипучее и бьющее в нос — из высокого фужера и чувствовал себя невозможно одиноким. Рон с Гермионой укатили на Рождество в Австралию, Джинни, которая по старой дружбе частенько составляла ему компанию на таких мероприятиях, праздновала со своими драгоценными «Гарпиями»… Люциус Малфой, стоявший чуть поотдаль, слегка наклонил голову. Гарри нахмурился, чувствуя нелепое облегчение: раз Малфой здесь, значит, он не с Северусом, уже хорошо. На другом конце зала промелькнул Невилл, но пробиваться к нему сквозь толпу Гарри не стал, тем более, что Невилл, кажется, был не один. Даже Невилл не один! А Гарри…
На небольшом возвышении у дальней стены появились музыканты в переливающихся блестками костюмах, гости оживились, заулыбались, задвигались, освобождая центр зала. Гарри, ловя на себе заинтересованные взгляды окружающих его дам, отошел к стене. Танцевать не хотелось. Северус гонял его две недели каждый вечер, так что в шагах он больше не путался и в поворотах не сбивался, просто… не хотелось. Без Северуса. Министр Шеклболт, галантно предложив руку стоящей рядом темноволосой ведьме в красном, выступил вперед. Смотреть на Шеклболта, который двигался с грациеей огромной черной пантеры, уверенно ведя за собой партнершу, было откровенно приятно и самую малость завидно. Постепенно все новые и новые пары выходили на середину зала, покачиваясь, кружась и слаженно двигаясь под звуки маленького оркестра. Музыка нежно и настойчиво звала присоединиться, погрузиться в танец, стать его частью, но Гарри стоял в задних рядах, пытаясь слиться с толпой, хотя что-то ему подсказывало, что рано или поздно все-таки придется показать всем, чему научил его Северус. Северус… Гарри моргнул, прогоняя ненужные мысли, и невесело улыбнулся. Северуса здесь нет, он пишет письмо Ксенофилиусу Лавгуду или сидит у камина, барабаня пальцами по подлокотникам, а потом срывается в свою чертову лабораторию, чтобы попробовать очередную призванную совершить переворот в зельеварении идею…
Какая-то незнакомая блондинка в голубом — чем-то похожая на женскую версию Драко Малфоя, родственница, что ли — поймав улыбку Гарри, улыбнулась в ответ и направилась к нему.
— Или спутницей, — невозмутимо заметил Северус, переворачивая страницу.
— Или… Северус! Черт тебя побери…
Гарри вытащил из рук Снейпа «Придиру», сел напротив. — Посмотри на меня. Почему ты не хочешь пойти на бал со мной? Потому что тебе не прислали отдельное приглашение, да? Но все и так знают, что мы вместе! — Все«не знают, Поттер. Они догадываются, сплетничают, но не знают точно, и я бы предпочел, чтобы ситуация оставалась таковой как можно дольше.»
— Нет… Только не говори мне, что мы опять это обсуждаем!
Гарри несколько раз глубоко вздохнул, чтобы взять себя в руки и не сорваться. Последний подобный разговор закончился грандиозным скандалом, а сейчас на это просто не было времени.
— А мы ничего и не обсуждаем, Поттер. Ты идешь на Рождественский бал в Министерство — не зря же я столько усилий потратил, чтобы научить тебя отличать правую ногу от левой! А я напишу Лавгуду — в его последней статье были интересные мысли, хотелось бы уточнить несколько моментов… Что?
Гарри молча смотрел на Северуса. Это было глупо, да. Он знал, с кем связался, его предупреждали и все такое. Северус Снейп был и остался упрямым, язвительным, мало приятным в общении с посторонними, вредным типом, и Гарри отдал бы все, что угодно, чтобы этот невыносимый тип оказался с ним на Рождественском балу в Министерстве, чтобы стоял рядом, отпуская вполголоса едкие замечания, чтобы можно было шагнуть ближе, чувствуя тепло его тела и безмолвную поддержку, чтобы они были вместе, по-настоящему, открыто вместе. Разве он так уж много хочет? Просто знать, что кому-то нужен — нет, не кому-то, а Снейпу. Но, похоже, Снейпу не нужен никто, и дурацкая статья в газетенке Лавгуда про очередных идиотских кизляков для него важнее, чем возможность вместе пойти на бал. Ну…
— Ну… Я тогда пошел, да?
— Повеселись там хорошенько, Поттер.
У самой двери Гарри остановился и повернулся к Северусу, который уже нацелился пером на чистый пергамент.
— Ты точно уверен, что не пойдешь? Я…
«Мне бы очень этого хотелось» и«Это было бы для меня важно» осталось несказанным. Как-то слишком жалко прозвучало даже в голове, чтобы произносить вслух. Пришлось отправляться одному. До самого последнего момента, пока не вспыхнул зеленым порох в камине, Гарри надеялся, что его окликнут. Ему показалось, что он слышит за спиной голос Северуса, уносясь в министерство. Послышалось, наверное.
Большой зал Министерства сиял. Горели сотни свечей, переливалась огнями огромная елка, сверкали хрустальные бокалы в руках разряженных гостей. Министр Шеклболт тоже сиял, лучась радушием и гостеприимством. Гарри улыбался, пожимал руки, потягивал шампанское — или что-то шипучее и бьющее в нос — из высокого фужера и чувствовал себя невозможно одиноким. Рон с Гермионой укатили на Рождество в Австралию, Джинни, которая по старой дружбе частенько составляла ему компанию на таких мероприятиях, праздновала со своими драгоценными «Гарпиями»… Люциус Малфой, стоявший чуть поотдаль, слегка наклонил голову. Гарри нахмурился, чувствуя нелепое облегчение: раз Малфой здесь, значит, он не с Северусом, уже хорошо. На другом конце зала промелькнул Невилл, но пробиваться к нему сквозь толпу Гарри не стал, тем более, что Невилл, кажется, был не один. Даже Невилл не один! А Гарри…
На небольшом возвышении у дальней стены появились музыканты в переливающихся блестками костюмах, гости оживились, заулыбались, задвигались, освобождая центр зала. Гарри, ловя на себе заинтересованные взгляды окружающих его дам, отошел к стене. Танцевать не хотелось. Северус гонял его две недели каждый вечер, так что в шагах он больше не путался и в поворотах не сбивался, просто… не хотелось. Без Северуса. Министр Шеклболт, галантно предложив руку стоящей рядом темноволосой ведьме в красном, выступил вперед. Смотреть на Шеклболта, который двигался с грациеей огромной черной пантеры, уверенно ведя за собой партнершу, было откровенно приятно и самую малость завидно. Постепенно все новые и новые пары выходили на середину зала, покачиваясь, кружась и слаженно двигаясь под звуки маленького оркестра. Музыка нежно и настойчиво звала присоединиться, погрузиться в танец, стать его частью, но Гарри стоял в задних рядах, пытаясь слиться с толпой, хотя что-то ему подсказывало, что рано или поздно все-таки придется показать всем, чему научил его Северус. Северус… Гарри моргнул, прогоняя ненужные мысли, и невесело улыбнулся. Северуса здесь нет, он пишет письмо Ксенофилиусу Лавгуду или сидит у камина, барабаня пальцами по подлокотникам, а потом срывается в свою чертову лабораторию, чтобы попробовать очередную призванную совершить переворот в зельеварении идею…
Какая-то незнакомая блондинка в голубом — чем-то похожая на женскую версию Драко Малфоя, родственница, что ли — поймав улыбку Гарри, улыбнулась в ответ и направилась к нему.
Страница 3 из 4
