Откровение. Шрам на руке

Слишком обычно, и внешность, и даже вес-рост, и
Только лишь шрам на руке от других отличал.
Тонкой полоской скользил по её он запястью.
Словно бы он отводил от неё все несчастья,
Тонкою гранью сделил её жизнь на две части:
Жизнь-как-у-всех, и начало, начало начал.
… Он появился, когда ей исполнилось девять.
Сразу сказал, что обычно его любят дети,
Но вот она не должна — чтобы не умереть ей.
Ссыпал в ладошку ей горстку конфет и ушёл.
Он приходил к ней во снах, она ждать его стала.
День длился долго, а ночи всегда было мало.
За день она совершенно хоть не уставала,
Ночи всегда всё ждала, и спала хорошо.
… К ней он пришёл, когда ей уже было семнадцать.
Как ни старалась, она не могла разобраться,
Что это — может, всего-то лишь галлюцинация?
Только бывают ли столько реальные «глюки»?
Он говорил, может сделать её всех сильнее,
Если она потерпеть, хоть немного, сумеет.
Джилл с каждым днём становилось страшней и страшнее
Могут у монстра ли быть эти тёплые руки,
Голос настолько знакомый?… Великая сила
Тоже её привлекала. Она согласилась,
Дальше… Как будто в аду — всё настолько красиво,
Только и больно к тому, даже хуже, чем смерть.
Впрочем, закончилось это довольно так скоро.
Только сомнений остался ведь всё ещё ворох —
Что за любовь, и откуда?… Всё это ведь ново.
«Нет уж, любовь… право, лучше бы было сгореть»
Так и ушла. В двадцать два уж два года как монстр.
Вроде бы, ей не мешает, и жить так же просто.
Разве что так и осталось сто тысяч вопросов,
Но и ответы на них ещё можно найти.
Джилл точно знает — осталась на верном пути.