Фандом: Гарри Поттер. Заглянем в будущее. Настоящая любовь не заканчивается, пока длится жизнь. Она становится только сильней, глубже, богаче, и как магнит притягивает на свою орбиту новых людей, разнообразные события и приключения. Сбывается даже то, что кажется нереальным или почти недоступным… У Гарри и Северуса появился сын.
Добавить в моё избранное
172 мин, 4 сек 19172
Ты бросила Люца?! Или мэнор, наконец-то, продали за долги? — Вымокший под моросившим на улице холодным дождём Северус был и озадачен, и зол… почему-то.
— Я пришла спасти от вас вашего сына. В этом возрасте мужчины бесполезны. В бауле — моя складная кровать, я останусь на полгода, а там поглядим, меня будет сменять Андромеда. Жалование нам не нужно, не волнуйся.
— Мерлин… — Гарри, не зная, как реагировать, опустил на ковер блестящего глазенками Инди. — Я принесу чай.
Снейп же так и стоял с саквояжем:
— Это розыгрыш? Не смешно. Сначала ваши обнаглевшие отпрыски семнадцать лет портили нам жизнь, а теперь тут вообще вся семейка поселиться вздумала!
— Неплохо бы, — обращаясь к Поттеру, сказала Нарцисса. — На улице скверная погода, а чай меня всегда успокаивает. Я пока подержу Индиану. Иди сюда, сокровище. — Она протянула к мальчику холеные, никогда не знавшие ничего тяжелей пудреницы, руки. — Какой же ты славный. И красивый! Мы подружимся. Меня зовут Цы-си, как китайскую императрицу, так меня дразнила гувернантка. Хочешь, расскажу тебе сказку про маленького Пу И, который сидел на троне Дракона?
— Да, — ответил Индиана. — Хочу. — И залез доброй ведьме на колени.
— Цветик синий, — со знанием дела потрогав нарциссину бутоньерку, заключил он.
— Га… Гарри! Иди скорей сюда! — шепотом закричал Снейп. — Он заговорил!
— А? — Поттер прибежал, держа в руках заварочный чайник. — Чёрт возьми!
— Молодые люди! — Самая родовитая бонна британских островов по-малфоевки взметнула бровь. — Теперь здесь будут другие порядки.
Вечер этого судьбоносного дня ознаменовался ударным трудом. Естественно, Нарциссе предоставили отдельную небольшую комнату (какие уж тут раскладушки!), соединенную с гардеробной и со спальней, где удобно расположились две кровати: старинная фопостер с тяжелым бархатным балдахином и маленькая с ситцевыми занавесочками в миленький чисто английский принт, стоящая в алькове напротив. Перед тем как заговорившему и обретшему няню и защитницу Индиане было положено отправляться спать на новом месте, уставшие взрослые решили отметить все важные события этого дня приготовленным Гарри особым венским тортом и ананасовым сорбе.
— Я легко могу объяснить молчание Инди, — говорила леди Малфой, разрумянившаяся от непривычного домашнего колдовства и чисто физических хлопот по устройству нового быта в Тейл-Пазс. — Есть две причины, первая — он к вам присматривался, а ко мне с какой стати ему присматриваться? Няни, лучше меня, ну, может быть, ещё моей сестры, у него всё равно не будет.
Северус усмехнулся:
— Плоды вашего дивного воспитания, оба фрукта с картавым «бутончиком», всё еще потрясают магический мир; кстати, на днях тут пьянку устроили. Грейнджер небось надоумила?
— Славные мальчики! — гордо подтвердила Нарцисса. — Так вот куда исчезли те шесть трехсотлетних бутылок, которых нынче утром не досчитался Люциус. Пустяки. — Не моргнув глазом, она продолжила: — Северус, ты сильный легилимент. Вот мальчик и беседовал с тобой на самом лёгком, как ему показалось, языке. Ему, бедняжке, и невдомек было, что надо иначе отвечать. А я общаюсь только на правильном английском. С кем поведёшься — от того и наберёшься. — («А почему он мне» брац-пюнь«сказал?» — задумался Поттер). — Сорбе великолепно, Гарри. Вам понравилось, мистер Снейттер? — Самоназначенная няня наклонилась к Инди, сидящему на высоком детском стульчике, который тоже был припасён в старом Гермионином (теперь Гарри узнал его!) ридикюле.
— Мама! — Вдруг заявил малыш. Взрослые замерли — неприятная минута. Но Индиана светло улыбнулся и, указывая на Снейпа измазанным в креме пальчиком, повторил, как бы представляя Цы-си свою семью: — Мама. — Затем быстро показал на Поттера: — Папа!
Вот за что можно ценить аристократов, так это за чувство такта!
— Великолепно, мой мальчик, — проворковала леди Малфой. — Теперь понятно, кто в этом доме… — она позволила себе миниатюрную, как булавка, придерживающая цветок на корсете, паузу, — есть кто.
Отправив Поттера укладывать сына на новом месте, Нарцисса подошла к хмурому Северусу, курившему у открытого окна гостиной, и положила ладонь на его согнутый локоть:
— Дорогой друг. Я не шучу, у нас нет друга вернее и дороже тебя. Позволь нам помочь тебе и Гарри с ребёнком. Эта та малость, которой мы можем отблагодарить вас за всё бесчисленное добро, что вы сделали для нашей семьи. Без тебя на земле не было бы Малфоев. И… я очень люблю малышей…
— Нарцисса. — Снейп развернулся, чтобы возразить. Но, помолчав, кивнул: — Хорошо.
— Спасибо, Северус. У тебя замечательный сын, мы будем очень его любить. Я постараюсь, чтобы у Индианы Снейттера были самые прекрасные младенческие годы и счастливые воспоминания.
— Поговорим утром, сегодня был утомительный день. Тебе всё же потребуется дополнительная помощь по дому.
— Я пришла спасти от вас вашего сына. В этом возрасте мужчины бесполезны. В бауле — моя складная кровать, я останусь на полгода, а там поглядим, меня будет сменять Андромеда. Жалование нам не нужно, не волнуйся.
— Мерлин… — Гарри, не зная, как реагировать, опустил на ковер блестящего глазенками Инди. — Я принесу чай.
Снейп же так и стоял с саквояжем:
— Это розыгрыш? Не смешно. Сначала ваши обнаглевшие отпрыски семнадцать лет портили нам жизнь, а теперь тут вообще вся семейка поселиться вздумала!
— Неплохо бы, — обращаясь к Поттеру, сказала Нарцисса. — На улице скверная погода, а чай меня всегда успокаивает. Я пока подержу Индиану. Иди сюда, сокровище. — Она протянула к мальчику холеные, никогда не знавшие ничего тяжелей пудреницы, руки. — Какой же ты славный. И красивый! Мы подружимся. Меня зовут Цы-си, как китайскую императрицу, так меня дразнила гувернантка. Хочешь, расскажу тебе сказку про маленького Пу И, который сидел на троне Дракона?
— Да, — ответил Индиана. — Хочу. — И залез доброй ведьме на колени.
— Цветик синий, — со знанием дела потрогав нарциссину бутоньерку, заключил он.
— Га… Гарри! Иди скорей сюда! — шепотом закричал Снейп. — Он заговорил!
— А? — Поттер прибежал, держа в руках заварочный чайник. — Чёрт возьми!
— Молодые люди! — Самая родовитая бонна британских островов по-малфоевки взметнула бровь. — Теперь здесь будут другие порядки.
Вечер этого судьбоносного дня ознаменовался ударным трудом. Естественно, Нарциссе предоставили отдельную небольшую комнату (какие уж тут раскладушки!), соединенную с гардеробной и со спальней, где удобно расположились две кровати: старинная фопостер с тяжелым бархатным балдахином и маленькая с ситцевыми занавесочками в миленький чисто английский принт, стоящая в алькове напротив. Перед тем как заговорившему и обретшему няню и защитницу Индиане было положено отправляться спать на новом месте, уставшие взрослые решили отметить все важные события этого дня приготовленным Гарри особым венским тортом и ананасовым сорбе.
— Я легко могу объяснить молчание Инди, — говорила леди Малфой, разрумянившаяся от непривычного домашнего колдовства и чисто физических хлопот по устройству нового быта в Тейл-Пазс. — Есть две причины, первая — он к вам присматривался, а ко мне с какой стати ему присматриваться? Няни, лучше меня, ну, может быть, ещё моей сестры, у него всё равно не будет.
Северус усмехнулся:
— Плоды вашего дивного воспитания, оба фрукта с картавым «бутончиком», всё еще потрясают магический мир; кстати, на днях тут пьянку устроили. Грейнджер небось надоумила?
— Славные мальчики! — гордо подтвердила Нарцисса. — Так вот куда исчезли те шесть трехсотлетних бутылок, которых нынче утром не досчитался Люциус. Пустяки. — Не моргнув глазом, она продолжила: — Северус, ты сильный легилимент. Вот мальчик и беседовал с тобой на самом лёгком, как ему показалось, языке. Ему, бедняжке, и невдомек было, что надо иначе отвечать. А я общаюсь только на правильном английском. С кем поведёшься — от того и наберёшься. — («А почему он мне» брац-пюнь«сказал?» — задумался Поттер). — Сорбе великолепно, Гарри. Вам понравилось, мистер Снейттер? — Самоназначенная няня наклонилась к Инди, сидящему на высоком детском стульчике, который тоже был припасён в старом Гермионином (теперь Гарри узнал его!) ридикюле.
— Мама! — Вдруг заявил малыш. Взрослые замерли — неприятная минута. Но Индиана светло улыбнулся и, указывая на Снейпа измазанным в креме пальчиком, повторил, как бы представляя Цы-си свою семью: — Мама. — Затем быстро показал на Поттера: — Папа!
Вот за что можно ценить аристократов, так это за чувство такта!
— Великолепно, мой мальчик, — проворковала леди Малфой. — Теперь понятно, кто в этом доме… — она позволила себе миниатюрную, как булавка, придерживающая цветок на корсете, паузу, — есть кто.
Отправив Поттера укладывать сына на новом месте, Нарцисса подошла к хмурому Северусу, курившему у открытого окна гостиной, и положила ладонь на его согнутый локоть:
— Дорогой друг. Я не шучу, у нас нет друга вернее и дороже тебя. Позволь нам помочь тебе и Гарри с ребёнком. Эта та малость, которой мы можем отблагодарить вас за всё бесчисленное добро, что вы сделали для нашей семьи. Без тебя на земле не было бы Малфоев. И… я очень люблю малышей…
— Нарцисса. — Снейп развернулся, чтобы возразить. Но, помолчав, кивнул: — Хорошо.
— Спасибо, Северус. У тебя замечательный сын, мы будем очень его любить. Я постараюсь, чтобы у Индианы Снейттера были самые прекрасные младенческие годы и счастливые воспоминания.
— Поговорим утром, сегодня был утомительный день. Тебе всё же потребуется дополнительная помощь по дому.
Страница 26 из 49
