Фандом: Гарри Поттер. Заглянем в будущее. Настоящая любовь не заканчивается, пока длится жизнь. Она становится только сильней, глубже, богаче, и как магнит притягивает на свою орбиту новых людей, разнообразные события и приключения. Сбывается даже то, что кажется нереальным или почти недоступным… У Гарри и Северуса появился сын.
Добавить в моё избранное
172 мин, 4 сек 19183
Уф!
А теперь отдыхать! На полную катушку! И ни о чём не думать! Тишина, покой, ласковый океан, необитаемый рай!
Бравые матросы, озверевшие от многодневного простоя (ну, чисто склеилась вода вокруг этих дурацких островов, будто и течения никакого нет, не существует оно, как явление, а приливы-отливы словно в детской ванночке!), кинулись по приказу: четверо — к борту, а один — в рубку за оружием. Сам же папаша Отарди уже спустился в лодку и, через бинокль прочёсывая берег, подгонял:
— Быстрее, говнюки! За что я вам плачу? Налегли, суки, суки, там же мои девочки!
Суша была вроде бы недалеко, но вода патокой липла к веслам, наплевав на законы природы. Шлюпка, не пройдя и четверти мили (да какое там! и двухсот метров), встала, будто в густом стекле. А на берегу неизвестно откуда взявшиеся туземцы уже уводили юных пленниц в джунгли. Мармадюк схватился за голову и заскулил.
— Хозяйничек Севушка! — Рожа Хорси светилась от возбуждения, лохматые уши трепетали, сдвинувшись по стойке «смирно». — Тамчки людявицу, посудку пухлявую, волнушками несётся с пулявками длиннючими народища штучки больше два приближаемся к мы! Злюдевники, крикрявые! Уй, страхи-то жутчайшие!
— Что-о-о?! — взвился Люциус, его чашка с неподобающим звоном встретилась с блюдцем. — Что стряслось, Мерлин всех задери, Северус?
— К нам на надувной лодке прутся незваные вооруженные гости. Что-то произошло на пляже. А где мальчишки? — Снейп, до этого мирно заплетавший косу сидящему у его ног супругу, ответил скорее именно ему, а не Малфою.
Гарри мигом вскочил и нахмурился:
— Палочки, Хорси, быстро! Дети пошли на скалы через лес, я видел.
— Как вы понимаете это? — Люциус надменно покосился на чужого эльфа, не разговаривающего на приличном языке (конечно же, из вредности и от плохого воспитания), да ещё и одетого в полосатые трусы, и спешно поднялся, держа в руке грозное и неотвратимое оружие — волшебную палочку. — Скорей! — решил он взять на себя командование.
Мужчины припустили бегом к пляжу, скользя сквозь ажурные заросли джунглей смертельно опасными тенями.
— Дамки предупреждай, ховай-скрывай! — приказал сам себе эльф и аппарировал к бунгало у водопада, где ничего не подозревающая женская часть компании принимала солнечные ванны.
— Не бойтесь, барышни!
Бархатистый баритон дикаря странно успокаивал, и Одиль открыла глаза. Перед обнаженными девушками предстала удивительная картина: чудом оказавшиеся прямо рядом с ними двое загорелых молодых людей выглядели совсем неопасно, напротив, весьма приятно и дружелюбно улыбались. Длинноволосый статный красавец-брюнет, небрежно придерживающий на плече клюшку для гольфа, любезно произнёс:
— Добро пожаловать на Кроху.
А его блондинистый приятель, тоже очень симпатичный, хоть и поменьше ростом и поуже в плечах, который во все глаза рассматривал незнакомок, так и не вымолвил ни слова, только весь, до самого пупка, покрылся румянцем, ярко проступившим сквозь загар, и неопределенно помахал рукой.
Марждери, однако, оставаясь настороже, отступила, прикрываясь ладонями:
— Кто вы такие и что делаете здесь, на нашем острове?
— Я — Индиана Северус Снейттер, этот остров принадлежит моим родителям. Я из рода Принц и Поттер. Разрешите, мисс, представить вам моего друга мистера Магнуса Амадея, наследника Блэков и Люпинов, из рода лордов Малфоев. — Инди слегка поклонился и замолчал. Получилось глупо: он никогда не знакомился с магглянками, да еще и в такой… м… щекотливой ситуации, но тут к счастью опомнился Мани:
— Позвольте вам помочь, мисс? Разговаривать на таком жарком солнце — неудачная идея.
— Принчипесса Отарди, Одиль Аланис Поллиана, — высокомерно представилась белокурая голышка и тренированно стрельнула ярко-голубыми глазками в смутившегося брюнета. Но промахнулась: очи её сестры уже утонули в гипнотических омутах его выразительных раскосых глаз. Стоя так, по колено в воде, эти двое, казалось, выпали из реальности.
«Всегда такое! — мысленно фыркнула младшая дочь сомнительного Сиятельства. — Что эти дураки находят в зеленых глазах?!»
Как шорох прозвучало:
— Меня зовут Марджери-Луиза.
И хрипловато, будто бы издалека отклик Индианы:
— Очень… приятно. Очень.
Парни увели вдруг ужасно застеснявшихся своей наготы девушек в тенёк, в другую часть острова. Мани украдкой, встав за широкую спину индейца, наколдовал два пёстрых парео, которые те с восторгом приняли.
— Ты понял, что они магглы? — на всякий случай спросил героя-любовника Индиана, когда они отошли, чтобы принести воды из маленького бормотучего родника и дать гостьям привести себя в порядок.
— А мне всё равно! — Эльэм был перевозбужден как мартовский кот, благо набедренная повязка (в них мальчишки облачались, чтобы соответствовать колориту островной жизни) скрывала очевидность его состояния.
А теперь отдыхать! На полную катушку! И ни о чём не думать! Тишина, покой, ласковый океан, необитаемый рай!
Бравые матросы, озверевшие от многодневного простоя (ну, чисто склеилась вода вокруг этих дурацких островов, будто и течения никакого нет, не существует оно, как явление, а приливы-отливы словно в детской ванночке!), кинулись по приказу: четверо — к борту, а один — в рубку за оружием. Сам же папаша Отарди уже спустился в лодку и, через бинокль прочёсывая берег, подгонял:
— Быстрее, говнюки! За что я вам плачу? Налегли, суки, суки, там же мои девочки!
Суша была вроде бы недалеко, но вода патокой липла к веслам, наплевав на законы природы. Шлюпка, не пройдя и четверти мили (да какое там! и двухсот метров), встала, будто в густом стекле. А на берегу неизвестно откуда взявшиеся туземцы уже уводили юных пленниц в джунгли. Мармадюк схватился за голову и заскулил.
— Хозяйничек Севушка! — Рожа Хорси светилась от возбуждения, лохматые уши трепетали, сдвинувшись по стойке «смирно». — Тамчки людявицу, посудку пухлявую, волнушками несётся с пулявками длиннючими народища штучки больше два приближаемся к мы! Злюдевники, крикрявые! Уй, страхи-то жутчайшие!
— Что-о-о?! — взвился Люциус, его чашка с неподобающим звоном встретилась с блюдцем. — Что стряслось, Мерлин всех задери, Северус?
— К нам на надувной лодке прутся незваные вооруженные гости. Что-то произошло на пляже. А где мальчишки? — Снейп, до этого мирно заплетавший косу сидящему у его ног супругу, ответил скорее именно ему, а не Малфою.
Гарри мигом вскочил и нахмурился:
— Палочки, Хорси, быстро! Дети пошли на скалы через лес, я видел.
— Как вы понимаете это? — Люциус надменно покосился на чужого эльфа, не разговаривающего на приличном языке (конечно же, из вредности и от плохого воспитания), да ещё и одетого в полосатые трусы, и спешно поднялся, держа в руке грозное и неотвратимое оружие — волшебную палочку. — Скорей! — решил он взять на себя командование.
Мужчины припустили бегом к пляжу, скользя сквозь ажурные заросли джунглей смертельно опасными тенями.
— Дамки предупреждай, ховай-скрывай! — приказал сам себе эльф и аппарировал к бунгало у водопада, где ничего не подозревающая женская часть компании принимала солнечные ванны.
— Не бойтесь, барышни!
Бархатистый баритон дикаря странно успокаивал, и Одиль открыла глаза. Перед обнаженными девушками предстала удивительная картина: чудом оказавшиеся прямо рядом с ними двое загорелых молодых людей выглядели совсем неопасно, напротив, весьма приятно и дружелюбно улыбались. Длинноволосый статный красавец-брюнет, небрежно придерживающий на плече клюшку для гольфа, любезно произнёс:
— Добро пожаловать на Кроху.
А его блондинистый приятель, тоже очень симпатичный, хоть и поменьше ростом и поуже в плечах, который во все глаза рассматривал незнакомок, так и не вымолвил ни слова, только весь, до самого пупка, покрылся румянцем, ярко проступившим сквозь загар, и неопределенно помахал рукой.
Марждери, однако, оставаясь настороже, отступила, прикрываясь ладонями:
— Кто вы такие и что делаете здесь, на нашем острове?
— Я — Индиана Северус Снейттер, этот остров принадлежит моим родителям. Я из рода Принц и Поттер. Разрешите, мисс, представить вам моего друга мистера Магнуса Амадея, наследника Блэков и Люпинов, из рода лордов Малфоев. — Инди слегка поклонился и замолчал. Получилось глупо: он никогда не знакомился с магглянками, да еще и в такой… м… щекотливой ситуации, но тут к счастью опомнился Мани:
— Позвольте вам помочь, мисс? Разговаривать на таком жарком солнце — неудачная идея.
— Принчипесса Отарди, Одиль Аланис Поллиана, — высокомерно представилась белокурая голышка и тренированно стрельнула ярко-голубыми глазками в смутившегося брюнета. Но промахнулась: очи её сестры уже утонули в гипнотических омутах его выразительных раскосых глаз. Стоя так, по колено в воде, эти двое, казалось, выпали из реальности.
«Всегда такое! — мысленно фыркнула младшая дочь сомнительного Сиятельства. — Что эти дураки находят в зеленых глазах?!»
Как шорох прозвучало:
— Меня зовут Марджери-Луиза.
И хрипловато, будто бы издалека отклик Индианы:
— Очень… приятно. Очень.
Парни увели вдруг ужасно застеснявшихся своей наготы девушек в тенёк, в другую часть острова. Мани украдкой, встав за широкую спину индейца, наколдовал два пёстрых парео, которые те с восторгом приняли.
— Ты понял, что они магглы? — на всякий случай спросил героя-любовника Индиана, когда они отошли, чтобы принести воды из маленького бормотучего родника и дать гостьям привести себя в порядок.
— А мне всё равно! — Эльэм был перевозбужден как мартовский кот, благо набедренная повязка (в них мальчишки облачались, чтобы соответствовать колориту островной жизни) скрывала очевидность его состояния.
Страница 37 из 49
