Вампиры

Женщины торопливо засеменили вокруг, вызывая в памяти Гиэрре обстановку комплекса, и все-таки даже их шевеление не могло сравниться с насыщенностью прежней жизни.

Теперь он был предоставлен самому себе — впервые с тех пор, как появился на свет.

Всё вокруг было знакомо по учебным пособиям и курсам лекций, но совершенно ново с практической точки зрения. Гиэрре бродил по пустым коридорам, изредка ощущая на себе взгляды бдительной охраны.

Гостевые комнаты, просторные залы, библиотеки…

Пустые, заброшенные.

Одинокие.

Он ловил себя на мысли о том, что перестает видеть монотонную реальность, погружаясь в воспоминания. Во вчерашний день, когда на его глазах двадцать восемь клонов убили друг друга.

Блондин вернулся только через три дня, и Гиэрре за это время успел освоить интерфейс библиотеки. Чем еще можно занять себя, он просто не представлял — экскурсии по замку надоели еще в первый день. Что толку ходить взад-вперед, когда комнаты похожи одна на другую, а коридоры абсолютно пусты?

Кроме того, когда он читал, воспоминания не возвращались, и он был по-настоящему один.

— Скучаешь? — блондин положил на стол возле него обернутый шелком сверток размером с две ладони мальчика.

— Книг много, — Гиэрре пожал плечами. Жест был его обычной реакцией на чужие расспросы.

— Принес тебе подарок, разверни, пожалуйста.

Гиэрре пододвинул сверток ближе и принялся бережно разворачивать шелк.

Пара металлических браслетов и вещь, по форме напоминающая ошейник.

Подарок.

Его первый в жизни подарок.

Он улыбнулся.

— Для чего это? — клон с интересом посмотрел на блондина. Его учили не задавать лишних вопросов, но он чувствовал, что сейчас — можно.

— Это вещь, которая помогает в сражении, Гиэрре, — блондин вздохнул, — пользоваться ей нужно с большой осторожностью. Чтобы научиться этому, придется потратить много лет на тренировки.

— Вы для этого забрали меня из комплекса?

Они всегда называли свой дом так.

— Да, — блондин кивнул. — У этого подарка есть двойное дно, видишь ли. В вашей программе, к сожалению, нельзя было предусмотреть вводный курс, так что я начну издалека. Моя семья уже много поколений передает особую магическую технику…

— Магия крови, — кивнул Гиэрре, придвинув к собеседнику планшет с открытым текстом — короткий энциклопедический справочник. — Она упоминается в тексте несколько раз.

Блондин снова засмеялся. Этот смех, хотя Гиэрре и не понимал до конца его причины, был приятным.

Искренним.

К искреннему обращению клон из научного комплекса не привык, и ощущения были новыми. Приятными.

— Магия крови — это больно, — отсмеявшись, добавил блондин и снова, как в прошлый раз, помрачнел. Будто смех не ассоциировался у него с приятными мыслями. — Очень больно, Гиэрре, и даже просто носить эти браслеты неприятно.

— Я понял, — кивнул в ответ Гиэрре, возвращая планшет на место, точно перед собой.

— Мы условимся с тобой вот как, — блондин взял его руку и снова внимательно посмотрел в глаза, как в тот раз, когда заговорил об имени. — Ты будешь жить здесь и постепенно привыкать к этому месту. Сейчас тут тихо — я нарочно отослал всех, чтобы ты мог освоиться. Книги и голозаписи останутся в твоем полном распоряжении. Когда ты захочешь сам, мы начнем занятия.

— Хорошо, — Гиэрре снова пожал плечами. — Как скажете.

Когда пошел к выходу из комнаты, он выкрикнул:

— Как вас зовут?

— Хельг.

— Мы можем начать занятия, Хельг.

Ему понравилась новая порция смеха. Кроме того, нужно было что-то значимое, чтобы одолеть неприятное воспоминание о двадцати восьми трупах. Боль, наверное, то что поможет.

На следующий день Хельг привел его к двери в подземном отсеке замка. Он достал из кармана черный платок и обошел Гиэрре сзади.

— Закрой глаза, пожалуйста.

Материал плотно прилегал к лицу, полностью лишив его зрения. Хельг взял его за руку и повел вперед.

Гиэрре сконцентрировался на слухе, как учили на уроках самообороны, чтобы получить хоть какую-то информацию о происходящем.

— Три ступеньки, поднимись, и сядь в кресло.

Он послушно сел, а после развязал платок, дождавшись разрешения. Защитный барьер мешал ему видеть что-либо снаружи, но судя по оборудованию, дополняющему кресло, он находился в капсуле стазиса.

— Не хотел заранее пугать тебя, сын.

Голос Хельга был грустным, а последнее слово Гиэрре поначалу пропустил мимо ушей. Лишь несколько секунд спустя, когда ему нужна была хоть какая-то реальная мысль, чтобы отвлечься, он осознал его.

В голове начали возникать образы.

Чужие мысли — Гиэрре знал, для чего используют стазис-капсулы. Теоретический курс мнемографии был его любимым.