Фандом: Доктор Кто, Секретные материалы. Эта история о том, как два сильно третьестепенных героя вынуждены бегать по времени и пространству и решать проблемы, возникшие из-за главного. Попутно создавая новые, но это уже детали. А еще она о том, что прогрессорство до добра не доводит, а уж в собственных интригах можно запутаться на раз-два. И о том, что люди в общей своей массе — существа чудовищно непредсказуемые. И не только люди.
Добавить в моё избранное
216 мин, 51 сек 17373
Она была похожа на готовящуюся взлететь птицу. Мортимус невольно залюбовался ею. Если бы не их вынужденная миссия, может, он позвал бы ее с собой. Опять же, с эстетической точки зрения Пеппи была куда приятнее, чем Сек.
— Есть связь! — громко воскликнул Профессор, поднимая над головой передатчик. Сек стоял рядом с ним и неумело, но широко улыбался. Его щупальца дрожали — не иначе как от переизбытка чувств. Пеппи бросила на Мортимуса быстрый взгляд, коротко улыбнулась.
— Твой приятель Гаутама починил передатчик, надо же, — сказала она. — Никто из нас не смог. Начинка выгорела к чертям.
Пеппи снова улыбнулась, дернув губами, и быстрым шагом направилась к остальным. Те сгрудились вокруг Профессора и Сека — даже стойкий оловянный Канцлер расплылся в улыбке. Он что-то говорил Секу, Мортимус напряг слух, но расслышать ничего не смог. А потом они пожали друг другу руки.
Оставаться в стороне не имело смысла, и Мортимус встал. В конце концов, было любопытно послушать, о чем они говорят. Но толпа почти сразу разошлась, едва он приблизился к ним.
— С лифтами так же просто не выйдет, нужно понимать… — Канцлер оборвал фразу на полуслове и оглянулся, когда Мортимус подошел ближе. Тот улыбнулся, стараясь выглядеть доброжелательней. Давно уже ему не приходилось располагать людей к себе, чтобы чего-нибудь добиться. Система, которую Мортимус выстроил в своей вотчине, работала на него сама, ему просто было не нужно этого делать, незачем. Но сейчас…
— Я могу починить и лифты, — продолжая счастливо улыбаться, сказал Сек. — Это должно быть просто, технология примитивная.
— Нам все равно нужно подняться на пятисотый этаж, — вмешался Профессор. — Виркашая хочет с тобой поговорить, Канцлер, ответь.
Еще раз бросив на Мортимуса быстрый и недоверчивый взгляд, Канцлер взял передатчик и отошел в сторону.
— А что вам нужно на пятисотом этаже? — спросил Мортимус Профессора. Тот улыбнулся почти так же счастливо, как и Сек — они стояли рядом, оба до глупого довольные. Действительно, как дети.
— Вы, думаю, знаете, что Спутник специализировался на телевещании, — ответил Профессор. — Я уже рассказывал Гаутаме предысторию, но могу повторить. Мы почти два года на военном положении. Спутник контролировала ранее группа банкиров — так называемый Консорциум, и после революции они не оставляли попыток вернуть контроль. В основном с помощью диверсантов; штурмовать нас на орбите, видимо, слишком дорого. Пока что Спутник не в силах противостоять им, но если мы восстановим вещание, если начнем транслировать честные новости…
А заодно продавать рекламное время. Мортимус сдержал зевок. Он понял, о чем будет идти речь, едва ли не с первой фразы.
— Именно для этого вам нужно наверх? Восстановить трансляцию?
— Да, — кивнул Профессор. — У нас есть ведущий журналист — Пеппи, есть техники, мои программы и охрана…
Мортимус глубоко вздохнул — наполовину раздраженно, наполовину устало. С одной стороны, эти люди казались сплоченными общей идеей, целью, которая звала их вперед, и цель эта теперь известна. С другой…
С другой стороны, здесь таилась какая-то тайна. Второй слой. Здравый смысл настойчиво твердил, что оставаться с людьми не стоило, но держать любопытство в узде становилось все труднее. Как они собираются включать вещание? Что за программы? Почему им нужен журналист? И что скажет Канцлер, когда подойдет поговорить? О, он наверняка подойдет, сомнений в этом не возникало.
— Я прошу прощения, Профессор, — сказал Мортимус, прервав длинную тираду о возможностях, которые откроются перед Спутником, — Все это очень интересно, но я хотел бы поговорить с Гаутамой. Наедине.
Он мотнул головой в сторону, и Сек, поняв намек, отошел. На его лице не осталось и тени улыбки.
— Что тебе нужно? — мрачно спросил Сек.
— Нам нельзя оставаться здесь, — ответил Мортимус, хотя почти сразу понял, что этот разговор смысла не имеет. — Ночью вернемся в ТАРДИС и отправимся дальше.
Сек молчал, сверля его неприязненным взглядом, в котором явственно читалось: «Мы с тобой на самом деле враги, таймлорд, и я это помню».
— Ты не хочешь уходить отсюда? Я так и понял. — Мортимус пожал плечами. Враги, союзники, какая разница. Все равно доверять можно только себе самому.
— Мне нравится с этими людьми. У них есть цель. Она важная, она интересная, и я нужен им. Это… увлекает.
Смысл его слов был ясен, как день. «Кто в здравом уме будет доверять таймлорду?»
— Мне ты тоже нужен, — возразил обиженно Мортимус. Далекам доверять нельзя тем более, но он же рискнул, не так ли?
Сек скривил рот и покачал головой. Было еще что-то, кроме очевидных и почти озвученных причин.
— Твоя миссия может подождать. Сколько бы времени ни прошло, ты все равно успеешь. У тебя ТАРДИС. Приоритеты расставить несложно.
Несокрушимая логика.
— Есть связь! — громко воскликнул Профессор, поднимая над головой передатчик. Сек стоял рядом с ним и неумело, но широко улыбался. Его щупальца дрожали — не иначе как от переизбытка чувств. Пеппи бросила на Мортимуса быстрый взгляд, коротко улыбнулась.
— Твой приятель Гаутама починил передатчик, надо же, — сказала она. — Никто из нас не смог. Начинка выгорела к чертям.
Пеппи снова улыбнулась, дернув губами, и быстрым шагом направилась к остальным. Те сгрудились вокруг Профессора и Сека — даже стойкий оловянный Канцлер расплылся в улыбке. Он что-то говорил Секу, Мортимус напряг слух, но расслышать ничего не смог. А потом они пожали друг другу руки.
Оставаться в стороне не имело смысла, и Мортимус встал. В конце концов, было любопытно послушать, о чем они говорят. Но толпа почти сразу разошлась, едва он приблизился к ним.
— С лифтами так же просто не выйдет, нужно понимать… — Канцлер оборвал фразу на полуслове и оглянулся, когда Мортимус подошел ближе. Тот улыбнулся, стараясь выглядеть доброжелательней. Давно уже ему не приходилось располагать людей к себе, чтобы чего-нибудь добиться. Система, которую Мортимус выстроил в своей вотчине, работала на него сама, ему просто было не нужно этого делать, незачем. Но сейчас…
— Я могу починить и лифты, — продолжая счастливо улыбаться, сказал Сек. — Это должно быть просто, технология примитивная.
— Нам все равно нужно подняться на пятисотый этаж, — вмешался Профессор. — Виркашая хочет с тобой поговорить, Канцлер, ответь.
Еще раз бросив на Мортимуса быстрый и недоверчивый взгляд, Канцлер взял передатчик и отошел в сторону.
— А что вам нужно на пятисотом этаже? — спросил Мортимус Профессора. Тот улыбнулся почти так же счастливо, как и Сек — они стояли рядом, оба до глупого довольные. Действительно, как дети.
— Вы, думаю, знаете, что Спутник специализировался на телевещании, — ответил Профессор. — Я уже рассказывал Гаутаме предысторию, но могу повторить. Мы почти два года на военном положении. Спутник контролировала ранее группа банкиров — так называемый Консорциум, и после революции они не оставляли попыток вернуть контроль. В основном с помощью диверсантов; штурмовать нас на орбите, видимо, слишком дорого. Пока что Спутник не в силах противостоять им, но если мы восстановим вещание, если начнем транслировать честные новости…
А заодно продавать рекламное время. Мортимус сдержал зевок. Он понял, о чем будет идти речь, едва ли не с первой фразы.
— Именно для этого вам нужно наверх? Восстановить трансляцию?
— Да, — кивнул Профессор. — У нас есть ведущий журналист — Пеппи, есть техники, мои программы и охрана…
Мортимус глубоко вздохнул — наполовину раздраженно, наполовину устало. С одной стороны, эти люди казались сплоченными общей идеей, целью, которая звала их вперед, и цель эта теперь известна. С другой…
С другой стороны, здесь таилась какая-то тайна. Второй слой. Здравый смысл настойчиво твердил, что оставаться с людьми не стоило, но держать любопытство в узде становилось все труднее. Как они собираются включать вещание? Что за программы? Почему им нужен журналист? И что скажет Канцлер, когда подойдет поговорить? О, он наверняка подойдет, сомнений в этом не возникало.
— Я прошу прощения, Профессор, — сказал Мортимус, прервав длинную тираду о возможностях, которые откроются перед Спутником, — Все это очень интересно, но я хотел бы поговорить с Гаутамой. Наедине.
Он мотнул головой в сторону, и Сек, поняв намек, отошел. На его лице не осталось и тени улыбки.
— Что тебе нужно? — мрачно спросил Сек.
— Нам нельзя оставаться здесь, — ответил Мортимус, хотя почти сразу понял, что этот разговор смысла не имеет. — Ночью вернемся в ТАРДИС и отправимся дальше.
Сек молчал, сверля его неприязненным взглядом, в котором явственно читалось: «Мы с тобой на самом деле враги, таймлорд, и я это помню».
— Ты не хочешь уходить отсюда? Я так и понял. — Мортимус пожал плечами. Враги, союзники, какая разница. Все равно доверять можно только себе самому.
— Мне нравится с этими людьми. У них есть цель. Она важная, она интересная, и я нужен им. Это… увлекает.
Смысл его слов был ясен, как день. «Кто в здравом уме будет доверять таймлорду?»
— Мне ты тоже нужен, — возразил обиженно Мортимус. Далекам доверять нельзя тем более, но он же рискнул, не так ли?
Сек скривил рот и покачал головой. Было еще что-то, кроме очевидных и почти озвученных причин.
— Твоя миссия может подождать. Сколько бы времени ни прошло, ты все равно успеешь. У тебя ТАРДИС. Приоритеты расставить несложно.
Несокрушимая логика.
Страница 15 из 64
