Можешь винить в этом меня

— Тоби Роджерс, — парень протянул в ответ руку в перчатке и, сняв ее дрожащими пальцами пожал руку своему коллеге, — в школе получил кличку Тикки Тоби, а так называй меня просто, по имени.

— По имени… — Повторяя последнюю фразу, словно играя в эхо, Райт засмотрелся и почти утонул в солнечных глазах собеседника, очухиваясь и только потом вспоминая, что перевязывал ему ногу.

— А как зовут этого парня? — Тоби кивнул в сторону дверного проема и поджал искусанные до крови губы, покрытые коркой засохшей крови и, частично, грязи.

— А? — Тим до сих пор был в чем-то вроде забвения и сейчас чуть не истратил целый рулон марли, замотав только малую часть раны и принялся все переделывать, — Томас Брайан, но я его частенько называю Худи, ну, — парень пожал плечами, — просто приелось.

Увидев понимающий кивок, Маски еще минут пятнадцать провозился с окровавленными бинтами, пока работа не была выполнена до безобразия идеально и плотно облегала ногу парня, который слегка улыбнулся и посмотрел в темные, карие глаза Тима, моргая и улыбаясь еще шире.

— Спасибо.

Конец октября проявил себя во всех своих прелестях и, сегодня, даже тогда, когда солнце еще не успело показать свои холодные, слабо блекнущие в небе лучи, весь горизонт затянуло плотным слоем грозных туч, из которых, почти моментально повалил снег большими, сырыми хлопьями, и, оседая толстым слоем на промерзлый асфальт, начинал медленно таять.

Маски сидел на подоконнике из одного жилых домов, чьи хозяева были за пределами своего имущества и вернутся еще очень не скоро. Октябрь сменялся ноябрем, что не могло не радовать, но, в то же время сильно огорчать парня, сидящего у окна и разлядывающего, как таявшие снежинки медленно стекают по стеклу и прячутся в оконной раме.

Во-первых, очень сложно было найти хорошее жилище, да на долгий срок, чтобы спокойно отдохнуть и перевести дух, так как обладатель сия дома может вернуться в любую минуту, а истреблять всех и каждого парню, увы, не по силам.

С другой стороны, он очень любил осень, особенно в тех промежутках, когда все начинает замерзать, слякоть мешает людям на дорогах, а деревья стоят почти голые, и только два три серых, дряхлых листочка держатся на хрупкой ветке, не удерживаясь и падая в лужу, по которой в сию минуту проедет юный студент на велосипеде, с новыми докладами по социологии.

Тяжело вздохнув, Тим посмотрел на свое отражение в окне, которое выглядело затуманенным и расплывчатым, словно на холст со свежей картиной вылили ведро воды. Лицо было таким бледным, словно у приведения, а глаза так хорошо вырисовывались на фоне гипсовой головы, что Райт даже слегка испугался, взглянув на свой фейс и подумав, что на него кто-то пялится с обратной стороны дома, хотя, он и сидел на пятом этаже пятиэтажного дома.

Сзади раздалось невнятное шевеление и звук разбивающегося стекла, отчего Маски тихо вздрогнул и повернул голову в сторону шума, который вызвал Худи, что-то невнятно бубнящий себе под нос и отодвигающий осколки от бутылки с почти закончившимся лимонадом и тяжело вздыхая уселся на диван, скрестив руки в замок за головой и беря свежий выпуск газеты.

Окинув мимолетным взглядом помещение, Райт все так же убедился, что они находятся в маленькой комнатке не такой уж и большой квартиры, чья семья или молодожены жили скудно и даже бедно: гостиная была маленького размера, с грязными и порванными обоями, на которых образовались подтеки, из-за чего в доме странно пахло сыростью и гнилью. С правой стороны от входа стоял разваливающийся по кусочкам диван, совершенно без пледа и с прожженной дыркой от сигареты. Рядом стояла маленькая деревянная тумба, напротив возвышался коричневый, богатырских размеров шкаф, полностью пустующий и содержащий в себе лишь пару кусков чистого тряпья. Напротив входа располагалось окно с видом на серую улицу, которое продувало из нескольких щелей одновременно. Кухня располагалась по соседству с гостиной, а санузел был буквально за стенкой и, кажется, его давно не чистили.

— Как думаешь, — вдруг подал голос Маски, разглядывая бегущего по стене паука и раздавливая его грязным ботинком, оставляя большой и жирный след от насекомого и переводя взгляд на Худи, который уже давно отбросил газету в сторону и пытался кое-как открыть банку с консервами, — а в этом доме вообще хоть кто-то живет? Довольно-таки ветхая холупка, без отопления, воды и с тучей прочей живности за рамой окна.

Томас еле-еле, но сумел открыть банку с мясом и сейчас, раскладывая ложкой по тарелкам с уже готовой лапшой быстрого приготовления, взглянул в сторону парня и пожал плечами, выкидывая пустую банку в мусорку, находящуюся неподалеку.

— Честно, Тим, но я как-то и не запаривался по поводу этого вопроса, — он жестом указал Маски на место рядом с собой, зовя поесть и огляделся по сторонам, — а где Тоби?